2 Разбойник с большой дороги(СИ), стр. 19

Как выяснилось, двери были распахнуты настежь, и едва молодожены оказались на пороге, откуда-то сверху раздалась громкая торжественная музыка, несущаяся из серебряного раструба гномьего заводного органа. Потом ее Величество поздравила остановившихся посреди комнаты смущенных супругов короткой, но прочувствованной речью, а все сидящие за столами зазвенели маленькими колокольчиками, призывающими семейное счастье. Мужчины дружно прокричали шуточное простонародное напутствие завести не менее шести малышей, трех принцесс и троих принцев, а Бетрисса от имени девушек пожелала "тихого лада и полного склада", и кадетки поддержали ее звоном колокольчиков.

Баронесса Ульрика Лювье, довольно пухленькая дама средних лет, смотрела на эту необычайно вольную, по ее мнению, церемонию поздравления новобрачных, широко распахнув глаза и временами забывала захлопнуть рот. Мага при дворе считали бездушным сухарем, да и как не считать, если он ни за деньги, ни за красивые глазки никогда не шел ни на какие уступки? Ни разу никому и одной веснушки не свел, ни зелья приворотного не дал. А тут обнимает при всех Доренею Марьено, которую госпожа Лювье помнит совсем юной девчушкой, и может на алтаре всех богов принести клятву, не было у той Доры ни такой стройной фигурки, ни таких точеных черт лица. Та была едва-ли не пышнее ее самой и черты лица тоже имела достаточно крупные и расплывчатые.

-Мы хотели устроить праздник вечером, - шепнула Дора Бетриссе, когда устроилась между нею и мужем.

-Обязательно устроим, - услышала ее королева, - сейчас было только начало. Мне рассказали, что тебе несказанно повезло, сама Элторна отметила ваш союз своим поздравлением.

-Где такое было? - не выдержала Ульрика.

-В Дройвии, - сухо ответил за королеву Годренс, - у меня там дом и друзья.

-Но разве... - любопытные огоньки все жарче разгорались в бледно-серых глазах баронессы, грозя превратить так весело начавшийся завтрак в допрос.

-Вы хотите, ваша светлость, - с ледяной учтивостью усмехнулся Годренс, вмиг превращаясь в того мороженого сухаря, каким обзывали его незадачливые просители, - чтобы я выдал вам мои родовые и профессиональные тайны? Извольте. Но после трапезы и наедине. Но потом я буду вынужден наложить на вас печать вечного молчания, постоянно следить за вашим языком мне просто некогда.

-Я думаю, Ульрика просто неудачно пошутила, - спасла побледневшую баронессу Зантария, - а кроме того сразу после завтрака я желаю видеть советника Шаграйн и вас, князь и княгиня Марьено, в своем кабинете, у меня есть к вам вопросы.

Доренея сдержала невольную усмешку, о любопытстве и болтливости баронессы ходило не меньше баек, чем про Мишеле, и Год правильно сделал, что так резко ее осадил. Догадывалась она и о том, какие вопросы собирается решать Зантария, и ничего не имела против.

После того, как дед подчистую проигрался в торемские кости, и тут же, следуя негласному закону чести покончил с собой, бабушке пришлось применить все свои способности чтобы сохранить видимость былого благополучия. Еще повезло, что замок и прилегающие к нему холмы и лес согласно королевского указа являются фамильными и их нельзя ни продать, ни подарить. И уж тем более, проиграть. Зато ушли из дома все прочие ценности, кроме тех, что принадлежали остальным членам семьи. Но после того, как удачливый игрок вывез всё доставшееся ему богатство, в высоких залах и переходах замка Марьено поселилось гулкое и насмешливое эхо.

Бабушка протянула недолго, ушла к деду через год после того, как выдали замуж Гелению, старшую сестру Доры. А потом внезапно ушла мать и отец совсем забросил дела, вести которые, он, впрочем, никогда не имел особого желания. Теперь там всем заправляет старенький дворецкий, оставшийся в замке с кучкой таких же старых и преданных слуг.

-Дора, мы после завтрака идем к морю, - шепнула княгине Бетрисса и выразительно подмигнула, намекая, что девушки будут ее ждать.

-Я тоже хочу... - кивнула новобрачная, зная что сидящий рядом муж не пропустит мимо ушей ее слов.

-Вообще-то для семейных пар тут есть отдельные купальни, - так же тихо фыркнул он, и по тому, что больше никто не обратил внимания на их переговоры, Бет поняла, что маг незаметно сплутовал, - но я так и быть, приведу Дору. А за это вы вместе придумаете, чем нам украсить сегодняшнее празднество чтобы оно получилось самым замечательным.

-Договорились, - кивнула Бет и почувствовав на себе пристальный взгляд, резко подняла голову, в то же мгновение сообразив, как напрасно это сделала. Только один человек мог неотступно следить за нею, и запретить ему это было не в ее власти. Да с этим вообще ничего нельзя было поделать. Он имеет полно право знать, с кем дружит его жена и чем занимается.

Обнаружив, что его настойчивость наконец-то замечена, Тайвор приветливо улыбнулся жене и совершил не подобающее знатным господам за обедом деяние: послал ей воздушный поцелуй. Впрочем, кроме Бет никто этого не заметил, пользуясь небольшим послаблением правил этикета, герцог сидел, откинувшись на спинку стула. В одной руке он небрежно держал серебряный бокал, изредка делая вид, будто потягивает знаменитое розовое Шанрегское вино, пальцы другой задумчиво постукивали по подлокотнику.

Бет ответила мужу вежливым, но прохладным кивком и её вдруг заинтересовало, почему он упорно садится не рядом с нею, а напротив. Нет, самой Бетриссе так было значительно удобнее и привычнее, зато противоречило всем правилам и этикету. Даже странно, отчего ее величество до сих пор ничего не заметила и не сделала замечания.

"А может быть, все она замечает, но пока просто закрывает глаза на нарушение свежеиспеченной герцогиней правил, давая ей время привыкнуть?" - мелькнуло вдруг неожиданное прозрение. Бет почти сразу уверилась верности неожиданной догадки и с досадой поджала губы. Больше всего она не желала, чтобы ее начали считать капризной, ветреной особой, не желающей понимать и принимать выгоду и привилегии нового положения, которыми она обязана именно Тайвору. И не умеющей вести себя в обществе так, как подобает ее титулу.

До конца обеда Бетрисса старалась больше не смотреть в сторону мужа, но постоянно чувствовала его неотступный взгляд, и от этого сердилась все сильнее, но виду старалась не показывать, улыбаясь заученной когда-то любезной полуулыбкой на замечания и шутки сотрапезников. Сегодня ее более всего интересовал не герцог Лаверно, а разбойник и сидевший рядом с ним могучий мужчина, которого всем представили, как сержанта Дунвара.

В знак особой милости Зантария велела ему сесть возле себя, на то место, где обычно сидел тайный советник. Сержант, буквально пожиравший ее Величество восхищенным взором, беседовал с королевой так запросто, словно был вовсе не простым воином, случайно попавшим на обед к королеве, а по меньшей мере переодетым князем или герцогом.

Видимо ее внимание вскружило бедняге голову, вздохнула Бетрисса, и покосилась на вяло ковыряющую яблочный десерт соседку. Появление за столом целого и невредимого разбойника вовсе не привело ее в хорошее настроение, наоборот, Тэрлина стала еще сумрачнее и неразговорчивее. Еще хорошо, что Кателла каким-то чудом оказалась не рядом с ними, а напротив, рядом с бароном Габердом, и как обычно взгляды присутствующих устремлены на ее живое, светящееся весельем м счастьем личико. Иначе Тэри рядом с нею выглядела совсем уж плачевно.

Наконец королева встала, учтиво посетовала что не может насладиться яблочным десертом на балконе, и коротко глянула на советника. Разбойник тотчас поднялся с места и отправился подавать ей руку а свежеиспеченный князь Марьено с женой поспешили за ними, Дора только и успела по пути тайком помахать подругам.

Бетрисса несколько мгновений сомневалась, чем заняться вначале, попытаться расшевелить воспитанницу или потребовать с мужа объяснений, но когда наконец приняла решение и повернулась в сторону герцога, обнаружила там лишь пустой стул. Тайвор исчез, молча и незаметно, как он умел очень хорошо, Бет убеждалась в этим все сильнее.