Тайна Тёмного Оплота, стр. 73

— Мы не играем в игры. Мы стараемся спасти свою масть, — отрезал Эдвин.

Вот уж кто, похоже, не испытывал ни малейших сомнений в собственной правоте.

— Поздравляю: спасли, — констатировала я с горьким смешком.

— Ещё не вечер, — процедил сквозь зубы Эдвин.

— Что ты предлагаешь сделать? Взять Оплот штурмом? — вскинулась я, чувствуя, как в голосе прорезаются никому не нужные истеричные нотки. — Ладно, разберёмся, — бросила я себе под нос, стараясь взять себя в руки.

Вскочила и направилась к выходу, но у дверей столкнулась нос к носу с Сэндом.

— Нам надо срочно поговорить, — начала я и только тут заметила, что супруг тоже держит в руке основательно помятый лист бумаги.

— Я так понимаю, ты тоже получила информацию, — откликнулся он. — Откуда?

— Дик написал.

— Глава разбойников?

Я кивнула.

— Это хорошо, что ему можно доверять, и сам он пока на свободе, — проговорил Сэнд.

— Их пробуют зазвать обратно в Оплот, но он вовремя сообразил, чем это чревато, и остаётся с настрийской стороны, — передала я информацию, которую также почерпнула из письма. — Пока — под благовидным предлогом. А ты откуда узнал?

— У меня есть свои люди в Оплоте, — объяснил Сэнд. — Сначала им не удавалось со мной связаться из-за этой внутренней блокады. Но потом один из них сумел прислать весть голубиной почтой.

— Отстреливать голубей Брайан ещё не додумался? — бросила я, не ожидая, разумеется, ответа.

Потом решительно подняла голову и твёрдо посмотрела мужу в глаза.

— Мы обязаны что-то предпринять, Сэнд. — Я даже вцепилась руками ему в плечи. — Обязаны, понимаешь? Плевать на политику, но мы несём ответственность за этих людей. Мы сами втянули их в нынешние неприятности, даже не спросив их точку зрения. Загнали в болото, из которого им теперь самим не выбраться.

— Тише, Элайна, — успокаивающе сказал он. — Мы этим займёмся.

— Что конкретно мы можем сделать?

Сэнд осторожно высвободился из моей хватки.

— Вот сейчас соберём совещание и выясним. Вы оставайтесь здесь. А я кое — кого позову и скоро вернусь.

Он действительно вернулся скоро, в обществе Джоя, Роберта и заместителя министра. Министр, присутствовавший на самом первом совещании с моим участием, то ли не смог прийти, то ли не получил приглашения. На мой взгляд, последний вариант был бы абсолютно логичен. Я ещё тогда, на первой встрече, пришла к выводу, что этим двоим не мешало бы поменяться ролями. Немного позднее к нам присоединился ещё один мужчина, представленный Сэндом как генерал Дэр, хотя внешне он совершенно не походил ни на генерала, ни вообще на военного.

И вот, пятеро светлых и двое тёмных сидели в зале совещаний за овальным столом и пытались решить проблему, по определению не имеющую решения.

— Если бы не одно «но», я бы сказал, что единственный вариант при таких обстоятельствах — это военное вмешательство, — заявил помощник министра.

— Лично мне видится два «но», — заметил Роберт. — Не могли бы вы уточнить, что именно имеете в виду?

— Моё «но» именуется «Грань Безопасности», — откликнулся помощник. — Как можно вторгнуться на магически защищённую территорию? В течение двухсот лет это никому не удавалось.

— В течение двухсот лет никто по — настоящему и не пытался, — вмешался Сэнд.

Помощник министра прикрыл глаза, давая понять, что возражение принимается.

— Полагаю, Роберт, твоё второе «но» — это сам факт военного вмешательства, против которого мы все выступали?

На этот раз Сэнд вёл себя менее формально, чем на первом совещании, и сейчас это проявилось в том, что к другу он обратился по имени и на «ты». Повлияло не то отсутствие министра, не то экстренность обстоятельств.

— Именно, — подтвердил Роберт. — Мы не хотим, чтобы жители Оплота видели в нас врагов.

— Всё это верно, — подтвердил генерал, — но, если позволите высказаться военному человеку… Я понимаю, от нас ожидают исключительно желания повоевать, — он иронично усмехнулся, — однако на самом деле мы кое-что смыслим в целесообразности подобных действий и их последствиях. Так вот, не думаю, что в сложившейся ситуации вмешательство военных станет политической помехой. До того, как власти Оплота начали закручивать гайки, мы выглядели бы как завоеватели. Теперь же мы придём как освободители, а это совершенно другая роль и другое отношение со стороны народа.

— Вы полагаете?

— Уверен. Разумеется, мнения в любом случае разделятся. Но основная часть населения будет рада нашему появлению. После того, как поймут, что мы не собираемся грабить, насиловать и убивать мирных жителей, разумеется.

— А вы уверены, что сможете это гарантировать? — спросил Сэнд, сверля генерала пронзительным взглядом.

— Это война, — ответил тот. — Совсем без потерь среди мирного населения вряд ли обойдётся. Но гарантировать, что такие потери будут сведены к минимуму, я могу. Я — профессионал, господа, и у меня — армия, а не сборище бандитов. Что такое дисциплина, мои ребята знают хорошо. Насколько я понимаю, у нас будет две основные цели — отряд, охраняющий границу, и затем — Замок Надежды. Первое будет легко, второе — посложнее, но осуществимо.

— Мы можем переправить вместе с войском герольдов, которые будут предупреждать местное население не выходить из своих домов, — внёс предложение Джой. — Используя магическое усиление голоса. Так же они будут объявлять, что цель настрийской армии — свергнуть власть и вернуть свободу населению Тёмного Оплота. Нечто в этом роде, формулировку нужно будет продумать, — добавил он.

— Что скажете? — обратился к Эдвину Сэнд. — Как отреагируют местные жители на подобное развитие событий?

— Немного сложно говорить, учитывая, что я не видел их реакцию на наши последние действия, — ответил Эдвин. — Однако учитывая всё, что мне известно, думаю так. В данный момент люди уже поняли, что правительство Оплота — это отнюдь не тот лучший друг и защитник, каким она позиционировала себя до сих пор. Почувствовав, что власть ускользает из рук, Коллинз пошёл на решительный шаг, полностью изменивший его образ в глазах окружающих. Теперь всем очевидно, что в Оплоте — диктатура. Раньше у правительства не было проблем, поскольку народ винил в своей тяжёлой жизни светлого врага. Теперь все увидели, что обстоятельства несколько иные. Одним словом, я думаю, люди действительно могут увидеть в настрийских воинах освободителей. Сначала они испугаются и попрячутся по домам без всяких предупреждений. Им покажется, что кошмар многих поколений тёмных осуществился, и светлые пришли по их душу. Но если практика покажет, что дело обстоит иначе, нам удастся единожды расставить все точки над «и». Если мирное население действительно не тронут, люди быстро поймут, что кровожадные светлые — это очередная ложь вероломного правительства.

— Значит, будем считать, что этот вопрос решён, — заключил Сэнд. — Назовём это даже не вторжением, а военной операцией, которую необходимо провести не просто эффективно, а ювелирно.

Он требовательно взглянул на генерала.

— Сделаем, — спокойно отозвался тот.

— Всё это хорошо, но как насчёт моего «но»? — вмешался помощник министра. — Что мы будем делать с Гранью?

— А вот теперь, когда мы пришли к выводу, что это действительно ключевой вопрос, предлагаю именно на нём и сосредоточиться, — кивнул Сэнд.

И обвёл взглядом всех присутствующих.

— Граница закрыта не для всех настрийцев, а только для светлых, — хмурясь, протянул Эдвин. — Её может пересечь любой тёмный. Для рыжеволосых она, как я понимаю, тоже не помеха.

— Да, — подтвердил Джой. — На рыжеволосых магия не действует, этот факт уже можно считать доказанным научно.

— То есть теоретически можно ввести в Оплот войско, состоящее из тёмных и рыжих солдат, — озвучил напрашивающийся вывод помощник министра.

— В этом случае я умываю руки, — отрезал генерал. — Проверенные воины, профессионалы — это одно. А войско, собранное исключительно по принципу цвета волос, — это не войско, а сборище неучей, которым по недоразумению раздали оружие. Они могут натворить что угодно. Тут я не обещаю ни успешное завершение операции, ни тем более дисциплину.