Самая длинная ночь в году (СИ), стр. 14

Какая серьезная мордашка! Он не мог не улыбнуться. Она почувствовала эту улыбку на своих губах - и очнулась.

Мучительно покраснела.

Он погладил ее по щеке.

"К Небесам все! За два-три дня я организую нам свадьбу, порву всех, кто хоть косо взглянет, императрица не рискнет со мной связываться, - и на нее найдется управа". И он прижал девушку к себе еще крепче.

И ему стало так легко, как не было с тех самых восемнадцати лет, когда привычный мир вдруг рухнул.

И он опять потянулся к ее губам, но остановился, потому что вспомнил:

- Ты не ужинала!

Улыбнулся ее недоуменному взгляду, потому что она чуть было не сказала вслух: "Какой ужин?" Поэтому спросил уже недовольно:

- Ты хоть обедала нормально?

Ирина, лукаво улыбаясь, отрицательно покачала головой.

- Охрану приставлю! - грозно заявил он.

Потом вспомнил, что охрана уже приставлена - и огорчился. А как подумал, что ему еще и объясняться с ней...

- Ужинать! - возвестил он, а про себя подумал, что и это решаемо...

После еды она стала дремать сидя прямо за столом, с открытыми глазами, да еще и умудряясь ему что-то отвечать. Получалось, правда, не очень внятно. Поэтому он сделал над собой героическое усилие и преодолел искушение оставить ночевать ее в своем доме.

- Я отнесу тебя домой, - подошел он к ней и подхватил на руки.

- Сумка и жакет, - все-таки она была прагматична. - И на вешалке мое пальто.

Подождал, пока она соберется. И с печальным вздохом доставил ее домой, прямиком в гостиную.

- Только пообещай, что сразу ляжешь спать. Наверняка, сумасшедший день будет... - прошептал он ей, уже прощаясь. И поцеловал. Снова.

- Хорошо, Андрей Николаевич, - с интонацией первой ученицы ответила она.

- Называть мужчину, с которым целуешься на "вы" и по имени-отчеству...- раздосадовано протянул он, - это...

- Неприлично? - улыбнулась она.

- Практически. Я встречу тебя завтра с работы - и мы поговорим. Пока тренируйся.

В семь пятнадцать утра он был у княгини Снеговой.

- Я искренне благодарен вам, ваше сиятельство, за то, что вчера вы сохранили мою тайну и не стали раскрывать мое инкогнито, - после всех необходимых ритуалов приветствия, поклонов и целования ручек, заявил он.

Княгиня не садилась, демонстрируя свое недовольство, поэтому и он остался стоять.

- Я так понимаю, - аккуратно подбирая слова, начала она, - что моя сотрудница понятия не имеет, кто тот "молодой человек", с которым у нее роман?

- Вы совершенно правильно все понимаете, - не стал спорить с очевидным он.

- Ваше сиятельство, вы понимаете, насколько это выглядит дурно со стороны?

- Отчего же? - вдруг разозлился он. - Я что - подлец? Или насильник? Не человек? У меня не может быть искренней привязанности?

- Вы - человек, которого я, бесспорно, уважаю. Однако... Что будет с этой девочкой? Она и так практически не сходится с людьми. У нее нет родных. Нет друзей. А после... опыта общения с вами... Она же никого никогда к себе не подпустит!

- Ей не придется к себе кого-то подпускать, - яда в его голосе было предостаточно. - Моей супруге, согласитесь, это будет не к лицу.

- Что? - изумилась княгиня.

- Ваше сиятельство... Я уважаю вашу заботу об Ирине Алексеевне и лишь поэтому с вами беседую. Однако согласитесь... - он как-то устал объясняться витиевато и просто сказал. - Это все обидно слышать.

- Вы ведь аристократ. Первая фамилия империи.

- Поэтому у меня больше проблем с заключением брака, чем у полковника, которым я имел неосторожность представиться в начале нашего знакомства.

- И дело только в этом?

- Совершенно верно.

- Тогда я сохраню вашу тайну и дам возможность объясниться с вашей избранницей самостоятельно, - склонила голову княгиня. - И... приношу свои извинения за необоснованные подозрения.

Князь отбыл на службу. Так как он планировал исчезнуть где-нибудь дней на пять - сразу после празднования Тезоименинства наследника - то надо было максимально разобраться с текучкой, распределить обязанности. И еще много чего интересного, включая беседу с Его Императорским Величеством.

Вместо этого он битый час выслушивал причитания ее императорского величества на предмет того, как она боится, что на дне рождения наследника может случиться что-то плохое.

В глубине души князь был с ней абсолютно согласен. Как и Служба Безопасности, а так же еще добрый десяток организаций, отвечающих за безопасность на подобных мероприятиях. Однако... Монархия держится на традициях, на торжественности вот таких моментов... На единении власти и народа. Конечно, на иллюзии единения - но эту самую иллюзию как раз и надо было создавать тем более старательно, что опять начались покушения. И начались они как раз с него, с великого князя Радомирова Андрея Николаевича - верного пса престола.

- Я могу гарантировать, что все возможное и невозможное будет сделано. К тому же, на наследнике будет кольцо с мгновенным телепортом - если что - он будет перенесен в безопасное место.

- Почему нельзя раздать эти кольца всем?

- Разметает, - пожал плечами князь. - Один - уйдет. Если все сразу - Эффект будет равен той самой бомбе, которую могут бросить.

- Вы столь равнодушны к чужой жизни, - патетично прошептала императрица.

- Я там тоже буду, - пожал плечами он.

- Если с моим сыном, наследником Империи что-то случится - я вам этого никогда не прощу!

- Я понимаю ваше беспокойство и сделаю все, чтобы не допустить покушения.

И вот так об одном и том же - уже полтора часа. Участники совещания меланхолично ожидают за дверью - а вот они-то как раз и должны обеспечивать ту самую безопасность, о которой так переживала императрица.

Обычно князь так долго императрицу не выслушивал: ни сил, ни времени, ни желания особого не было. Но сейчас, когда он со дня на день будет представлять невесту... Портить отношения еще больше не хотелось.

Поэтому он терпеливо рассказывал - вот не думал, что в нем есть подобная добродетель - какие беспрецедентные меры безопасности... Какой силы защитный купол... Сколько полицейских в охранении...

Наконец, императрица поднялась - показала, что беседа окончена.

"Слава Небесам!" - подумал князь.

Можно было начинать совещание.

А он еще не поговорил с императором.

Через час он понял, что не успевает.

Мысленно связался с ней - надо научить ее общаться, не используя кулон - это намного удобнее - и вслух говорить не надо.

"Милая! Я задерживаюсь. У нас нескончаемое совещание. И я не могу ни покинуть его, ни перенести. Доберешься домой сама?"

"Хорошо" - даже сквозь расстояние он понял, что она смущена.

Но проговорить все моменты завтрашнего мероприятия было попросту необходимо, поэтому, подавив тяжелый вздох, он уселся поровнее и стал слушать еще внимательнее.

Через два часа она позвонила сама - князь посмотрел на часы - восемь вечера скоро. А у них еще...

Пользуясь тем, что докладчики менялись, ответил под изумленные взгляды присутствующих:

- Да... могу. Сейчас. Пять минут перерыв, мне надо ответить.

Подождать, пока все выйдут, повернуться к окну, уставиться на панораму расцвеченной огнями реки. Город заносило снегом...

- Ты только выходишь? Опять задержалась?

Послушать, как она рассказывает что-то про маленького, но храброго гимнаста, который бежал домой с тренировки с папой наперегонки.

- Представляешь, они столкнулись и упали. Мальчик пальцы на правой руке сломал. Папа колено разбил. Мама и сердится, и обнимает. А мальчик плачет, что его с соревнований могут снять - а они через неделю.

- И ты ему помогла?

- Да. Только завтра посмотрю его ручку - можно ли на тренировку - и вперед.