Золотой цверг, стр. 86

– Цирк какой-то, – поморщился Багров. – Все-таки надо… тьфу! Короче, обдумайте, может, что и получится. Андрей, ты тоже подключайся, и своих социологов подключи. Юджин, сколько нам требуется строительных рабочих?

– Тысячи две как минимум.

– Андрей, как, по-твоему, Рамирес столько наагитирует?

– Посмотрим, – пожал плечами Кузнецов. – Надо начать, а там видно будет, объявить мобилизацию никогда не поздно. Только надо вначале провести соответствующую подготовку – продовольственные запасы подходят к концу, надо сократить нормы, нам грозит голод, отечество в опасности, ну и так далее…

Юджин недовольно скривился. Кузнецов никак не мог иметь доступа к сценарию номер четыре, но сейчас он излагал его шаг за шагом. Слушать это было неприятно, Юджин предпочитал думать, что результаты работы его отдела не настолько тривиальны, чтобы быть очевидными первому встречному.

Багров поглядел в виртуальные бумаги перед собой и прервал разошедшегося ректора.

– Я тебя понял, Андрей, – сказал Багров, – достаточно. Не надо изобретать велосипед, у нас уже есть подробный сценарий действий на этот случай.

– Я подавал прогноз…

– Да, я вижу, расхождения с нашими данными минимальны. Спасибо, Андрей, передай авторам, что их труды очень помогли. Короче. Юджин, Андрей, Миштич, продумайте рекламную кампанию и побыстрее все организуйте. Миштич, когда начнется регулярное телевещание на Олимп?

– Завтра-послезавтра.

– Хорошо. В первый же день организуешь выступление Рамиреса. И вообще, займись им поплотнее. По первому вопросу другие мнения есть? Хорошо. Перейдем ко второму. Танака, тебе слово.

Танака Ногами, полковник в отставке, в недавнем прошлом советник мэра Олимпа по вопросам жилищного строительства, а сейчас временно совмещающий обязанности мэра столицы и главнокомандующего вооруженными силами братства, начал говорить:

– В целом ситуация под контролем, худшие ожидания не оправдались, лучшие, впрочем, тоже. По последним данным, в Олимпе в первый день со стороны противника погибло около 1600 человек, 423 находятся в больницах, 3396 сдались в плен, около 2500 пока еще на свободе. Мы полностью контролируем все населенные пункты в окрестностях столицы. Противник деморализован, мелкие группы прячутся по квартирам и на окрестных фермах и плантациях. На всех дорогах установлены блокпосты, в городе проходят выборочные зачистки. К востоку от города, там где будет ветровой щит, идет сплошное прочесывание местности. За последние два дня отмечено одиннадцать боестолкновений, с нашей стороны погибло пять человек, в том числе трое студентов.

– Каких еще студентов? – удивился Багров.

– После агитации Рамиреса 540 человек записались в добровольцы. С ними провели сокращенный инструктаж, выдали оружие, теперь они входят в состав боевых групп. Лучше терять студентов, чем обученных бойцов.

– Логично. А этот Рамирес молодец. Может, нам какой-нибудь орден учредить?.. Что скажешь, Си Цин?

Си Цин, главный редактор газеты «Олимпийский Трибун», сказал следующее:

– Думаю, пока рано. Если все пойдет хорошо, можно включить Рамиреса в состав ЦРК…

– Ну уж нет! – возразил Сингх. – Тогда нам придется фильтровать базар даже здесь. Вы не знаете Джона, а я его очень хорошо знаю, он еще тот идеалист. Решать, конечно, вам, Александр, но я считаю, что это лишнее.

– Согласен, – кивнул Багров. – Так что, Танака, в городе все в порядке?

– Так точно.

– Что с Гуляй-Полем?

– То же, что и вчера. Думаю, нет смысла проводить там военную операцию. Этот поселок практически отрезан от остального мира, народу там немного, транспорта почти нет, в общем, угроза оттуда минимальная. По данным разведки, продовольствия там на два месяца, так что, когда жрать станет нечего, они сами попросят помощи. Если организовывать штурм, положим кучу людей, а результат будет тот же самый.

– Как ведется разведка?

– Спутник плюс мобильные передатчики. Я полностью в курсе дела.

– Они не собираются напасть?

Танака ехидно усмехнулся.

– Они только и делают, что собираются. Сидят в клубе, пьянствуют и все время собираются напасть. Но у них всего два трейлера, а энергии хватит только на один рейс туда-обратно. Пусть попробуют.

– Замечательно, – сказал Багров. – Еще какие-нибудь проблемы?

– Никаких.

– Значит, продолжаем действовать по прежнему плану. Ефим, что с щитом?

– Строится, – ответил Ефим Борода. – Дней через пять можно будет поднимать.

– Побыстрее нельзя?

– Быстро только мыши размножаются. Лучше пусть строительство продлится вдвое дольше, чем если щит потом упадет.

– Да уж, – кивнул Багров, – если щит упадет, позору не оберемся. Хорошо, действуй по плану. Что у нас еще… все, повестка дня исчерпана. Абубакар, что там с исчезнувшей начинкой?

– Я уже говорил, – скривился Сингх.

– Скажи еще раз, внятно и последовательно, от начала и до конца.

Сингх вздохнул и начал говорить:

– Четвертая партия начинки была доставлена на планету внутри золотой статуи, замаскированной под цвергское народное творчество. На Деметру объект доставил курьер компании «Истерн Дивайд», на таможне статую задержали наши люди. После выступления она была извлечена со склада, но оказалось, что ее подменили искусной подделкой – оболочка из медно-цинкового сплава, внутри хлорид бария. Делом занимается мой заместитель, Дзимбээ Дуо, господин Багров его знает. Установлено, что статую изъял с таможни некто Ибрагим Бахтияр, офицер планетарной безопасности. Где он сейчас – неизвестно. Дзимбээ копает дальше, я оцениваю шансы на успех примерно как один к десяти.

– Почему так мало? – ворчливо спросил Ефим Борода. – Работать разучились?

Сингх с трудом сдержался, чтобы не взять гаденыша за грудки и не высказать все, что о нем думает. Но вместо этого он спокойно сказал:

– Потому что с большой вероятностью объект потерян навсегда. Скорее всего, Бахтияр погиб в день выступления, а если нет, то наверняка выбросил статую куда-нибудь в болото. Есть небольшой шанс, что он не понял, что именно ему досталось, или что статуя попала к наркодилерам или ящерам, но это очень маленький шанс. Если Бахтияра накрыло в первый день, статуя погибла вместе с ним, а если он жив, она, вероятнее всего, покоится на дне болота. Я не говорю, что нет смысла ее искать, чудеса бывают всякие… Дзимбээ работает.

– Хорошо, – сказал Багров, – мне все понятно. Вопросы?

– С Гуляй-Полем мы без нее справимся? – спросил Борода.

– К Гуляй-Полю этот объект не имеет никакого отношения, – влез в разговор полковник Ногами. – Даже если мы вдруг соберемся штурмовать этот поселок, ядерные заряды нам не понадобятся. Я вообще не понимаю, зачем они еще могут нам пригодиться.

Багров демонстративно посмотрел на часы и прервал дискуссию красноречивым жестом.

– Давай, Абубакар, работай, – сказал он. – Начинка не должна попасть в руки врага ни при каких обстоятельствах. Ты и сам это понимаешь, правда?

Сингх кивнул.

– Успехов вам, ребята, – сердечно улыбнулся Багров. – Дайте миру шанс.

И с этими словами он растворился в воздухе.

Ибрагиму было плохо. Он неподвижно лежал на циновке, температура не падала ниже 39°, каждый час он просил пить, а каждые два часа Хусуэлва выносила горшок. Похоже, Хусуэлва уже привыкла к работе медсестры, специализирующейся по больным людям. А что, не самая худшая работа, гораздо лучше, чем весь день напролет собирать в лесу молодые побеги вавовахлав или выковыривать из трясины мясистые корни лвухсылк, каждую минуту оглядываясь по сторонам, чтобы вовремя заметить страшного крокодилв.

Ибрагим опрометчиво понадеялся, что генетически измененная одноклеточная живность, циркулирующая в его крови и лимфе, сумеет одолеть болезнь. Но то ли искусственная бактериальная флора тоже пострадала от облучения, то ли просто доза оказалась слишком высока, но Ибрагим явно сдавал. Хорошо еще, что Якадзуно догадался набрать антибиотиков в аптечке борделя.