Забыть резервацию, стр. 64

– Это похоже на иронию, – заметил Стинов.

– Не понимаю, о чем идет речь. Я всего лишь поделился своими соображениями.

– Давайте вернемся к реальности, – предложил Хук. – Воду и электричество в секторах, где находятся люди, отключил ты? – спросил он у Ома.

– Да, – ответил тот.

– Позволь спросить, с какой же целью?

– Нужно довершить начатое.

– Что ты имеешь в виду?

– В Сфере не должно быть людей. Их место на Земле.

– Вот в этом я с тобой абсолютно согласен, – Хук вытянул указательный палец, собираясь ткнуть Ома в грудь, но, подумав, не стал этого делать. – Проблема в том, как их вернуть на Землю.

– Я не создавал эту проблему, – ответил Ом.

– Поверь мне, Ом, чаще всего именно так и получается, – заверил варианта Хук. – Одни создают проблемы, а другим приходится их решать.

Стинов видел, что Хук ведет разговор с Омом не только с интересом, но к тому же еще и в нужном направлении, а потому не вмешивался, полагая, что варианту будет полезно пообщаться с новым человеком. Сам он тем временем пытался осторожно, чтобы не вызвать у Ома подозрений, прощупать его настроение. Периферийная область сознания варианта была поглощена беседой с Хуком. Но внутри него шла жестокая борьба. Что именно там происходило, Стинов выяснять не стал, боясь оказаться обнаруженным. А то, что ему удалось различить, можно было сравнить с коконом, сотканным из противоречивых мнений и суждений, готовым вот-вот лопнуть и выпустить на свет то, что зародилось внутри него. Что это будет, на что окажется похожа душа Ома, можно было только гадать.

– Проблемы создают люди, – сказал Ом. – И вместе с ними они исчезнут.

– Ты намерен уничтожить всех оставшихся в Сфере людей? – спросил Хук.

– Да.

– И какую же цель ты при этом преследуешь?

– Программа, заложенная в вариантах, будет полностью выполнена, и они обретут свободу.

– Свобода ценой смерти других? Это несправедливо и жестоко.

– Это разумно.

– Для чего, в таком случае, ты спас нас? – задал вопрос Стинов.

Прежде чем ответить, Ом на несколько секунд задумался.

– Мне была непонятна цель, с которой вы пришли сюда, – сказал он.

– Разве ты не ждал нас?

– Ждал. Но вы пришли без оружия. Вы просто стояли и ждали, когда варианты набросятся на вас. Что вы хотели этим доказать?

– Значит, ты спас нас только для того, чтобы получить ответы на интересующие тебя вопросы?

Ом снова выдержал паузу, еще более продолжительную, чем предыдущую.

– Нет, – произнес он. – Не совсем так… Мне хотелось знать, зачем вы пришли… Но было и еще что-то… Я точно не знаю… Не знаю правильных названий… Вас было только двое, и вы были без оружия… Вы были обречены…

– Ты понял, что можешь предотвратить гибель людей, и ты сделал это, – уверенно закончил за него Стинов.

– Не знаю… – медленно произнес Ом. – Вы были без оружия, а значит, не собирались убивать…

– А теперь внимательно выслушай то, что я тебе скажу, Ом, и постарайся понять, – сказал Стинов. – Если у тебя вдруг возникнет сомнение в том, что я говорю правду, можешь проконтролировать мое сознание. Проблема, с которой ты столкнулся, чисто человеческая. Но даже нам порою бывает непросто с ней справиться. Тебе же это во сто крат труднее, потому что ты еще только учишься чувствовать. Я имею в виду не восприятие твоих внешних органов, а те чувства, что находятся в глубине твоего сознания, то, что принято называть душой. Зачастую бывает непросто найти компромисс между разумом и чувствами, когда разум подсказывает тебе одно, а чувства требуют нечто совершенно иное. Здесь не помогут никакие советы. Каждый сам решает, чему отдать предпочтение и как поступить. Но я хочу повторить для тебя совет, который когда-то дал мне мой наставник: «Прежде чем принять решение, освободись от мешающих тебе эмоций. Оставь только те, которые действительно необходимы. А когда ты тщательно и обязательно с умом проделаешь эту операцию, все твои эмоции будут находиться под контролем разума». Я склонен считать, что по большому счету люди именно тем и отличаются от животных, что умеют держать под контролем свои эмоции. Правда, к сожалению, не все и не всегда. Твое сознание восприняло страх и ненависть, выплеснувшиеся из моей души в тот момент, когда в тебя угодил снаряд, выпущенный Тейнером. Но для меня это была мгновенная вспышка, ты же сохранил в себе эти эмоции. И именно они направляют твои действия. Пока ты еще не совершил непоправимой ошибки, и у тебя есть возможность подумать, чтобы изменить свое решение. Ошибки может совершать каждый, но только разумный может признать, что был не прав, и попытаться исправить содеянное.

Ом слушал Стинова внимательно, но по его внешнему виду невозможно было определить, какое впечатление произвели на варианта слова человека. Хук же смотрел на друга с искренним восхищением.

– Послушай, почему ты никогда прежде не говорил мне такого? – с укором произнес он, когда Стинов закончил. – Возможно, это уберегло бы меня от многих ошибок!

– Я знаю, что мы – Тейнер и, косвенно, я – причинили тебе страшную обиду и боль, – обращаясь по-прежнему к Ому, продолжал Стинов. – Этот вопрос должен быть улажен исключительно между нами. Другие люди здесь совершенно ни при чем.

Секунды медленно падали в тишину. Вариант обдумывал слова человека.

– Ты хочешь сказать, – наконец произнес он, – что готов принести свою жизнь в жертву ради того, чтобы спасти других людей?

– А разве то, что мы пришли сюда без оружия, не служит подтверждением этому? – опередив Стинова, ответил Хук.

– Да, вы так и не ответили на мой первый вопрос. Для чего вы здесь?

Стинов вкратце изложил Ому свою теорию о возможности обмануть вариантов, избавившись от барьеров в сознании.

– Предположение верное, но выводы из него сделаны ошибочные, – прокомментировал его слова Ом. – Особенности человеческой психики определяют для вариантов приоритет при выборе жертвы. В отсутствие же выбора вариант нападает на любое живое существо. Я же рассказывал тебе о том, как в лаборатории нас натаскивали на кроликах.

– Я решил, что это были всего лишь лабораторные испытания, – признался Стинов.

– Ошибка могла стоить вам жизни, – сказал Ом.

– Зато в случае удачи мы могли бы спасти сотни других жизней, – ответил Стинов.

– Я вот что тебе скажу, Ом, – обратился к варианту Хук. – Может быть, грубо и не так складно, как Стинов. Но все же… Возможно, у вариантов и имеются предпосылки для развития разума. Но пока еще они находятся на животном уровне. Что из себя представляешь ты, для меня лично пока еще не до конца ясно. Тебе самому решать, кто ты такой – животное или человек.

– Разве я похож на человека? – спросил Ом.

– Для меня человек – это не совокупность внешних признаков. Далеко не каждого из тех, кто формально относится к роду людскому, можно назвать человеком.

– Прежде чем принять решение, я хочу встретиться с другими людьми, – сказал Ом.

– А почему бы и нет, – быстро взглянув на Стинова, чтобы убедиться, что он не имеет ничего против, Хук снова перевел взгляд на Ома. – Только давай все же для начала дадим свет в наши секторы.

– Это уже сделано, – сказал Ом. – Я отдал приказ варианту, оставленному возле распределительного щита энергетической подстанции.

– Когда? – недоверчиво посмотрел на него Хук.

– Только что, – ответил Ом. И уточнил: – Мысленный приказ.

– А он там ничего не напутает? – все так же с сомнением спросил Хук.

– Может быть, сам он мыслить и не умеет, но приказы выполняет в точности, – сказал Ом.

– А как быть с теми вариантами, что ждут нас за дверью?

– Их там уже нет.

Чтобы снять противопожарную блокировку входа в здание, Ом провел рукой над щитком. Сделал он это быстро, но Стинов все же успел заметить на его ладони, прежде представлявшей собой единую плоскость, пять четко дифференцированных пальцев.