Великий поход, стр. 75

Но монахи не стали воевать. Они проявили истинное смирение. Не вполне понятное мне.

Свист падающего с большой высоты тела за окном и писк лэптопа в соседней комнате сообщил нам, что заказ прибыл. Элиночка достала из шкафа рамку пеленгатора, мы взяли мощные электрические фонари и отправились к озеру.

Впрочем, ни фонари, ни пеленгатор не понадобились. Слегка светящаяся капсула с заказом из Парижа качалась на легкой зыби озера метрах в двадцати от причала шлюпки.

Алюминиевый контейнер было не так просто выудить из воды. Гладкий мокрый шар выскальзывал из рук. Да и размеров он оказался приличных. Не думаю, что девушки заказали столько платьев. Видимо, размер контейнера был стандартным. И рассчитывался таким образом, чтобы при любом содержимом общая плотность контейнера не превосходила плотность воды – то есть чтобы он мог плавать.

После непродолжительной борьбы посылка из Парижа была водворена в лодку. С добычей я вернулся к дамам.

– Мы идем примерять одежду, – широко улыбнулась Элиночка. – Не думаю, что вам будет с нами интересно.

– Мне было бы интересно, но я лучше займусь дирижаблем. Нужно освоиться с управлением. Надеюсь, Лонгченпа поможет мне разобраться с приборами.

– На пару недель я вполне могу уступить вам Лонгченпу. Он довезет вас куда угодно, – простодушно заявила госпожа Тизенберге.

– Не смею отбирать у вас пилота. К тому же мне было бы интересно самому управлять дирижаблем. Очень давно не летал, хотя когда-то у меня был свой дирижабль.

По пути к причальной вышке я размышлял. Может быть, стоит оставить Милу здесь? Одному мне было бы не просто проще – несоизмеримо проще. Но зачем я тогда покупал дирижабль? Нет, девушка мне понадобится. Я встретился с ней не случайно. А если и не понадобится – лучшую заложницу, чтобы угрожать мне, трудно представить. Оставлять ее в гнезде китайской контрразведки глупо.

Лонгченпа сидел около причальной вышки на бочке из-под питьевой воды, глядя в черное бездонное небо. К дирижаблю тянулись пластиковые шланги заправочных устройств. Они слегка вибрировали. Водород шел от реактора порциями. Клапан топливного бака пропускал его внутрь, но не выпускал обратно.

– Хороший дирижабль, – равнодушно кивнул Лонгченпа, заметив меня. – Дорого купили, правда.

– Срочно понадобился, – отозвался я.

– Убегаете от сожженного монастыря?

– Нет, причина спешки не в этом. А что ты знаешь о монастыре?

– Бомбили всю ночь, – вздохнул Лонгченпа. – И ни одного выстрела в ответ… А они могли бы выстрелить… Мой брат работал там механиком, рассказывал об оборонительном оружии. Нападавшим не показалось бы мало.

– Брат погиб?

– Его отослали в Непал. И многих рабочих тоже. Монахи знали, что произойдет. Но приняли такую судьбу.

– Ты говоришь по-русски даже лучше, чем Йеши.

– Я окончил Новосибирский университет, – усмехнулся Лонгченпа. – Не похоже?

– Похоже, – покривил душой я. – А почему работаешь пилотом на дирижабле?

– Инженеры в Тибете почти никому не нужны. В Китай я не хочу. Госпожа Тизенберге платит очень неплохо. И работы немного. Много времени остается для того, чтобы думать. Смотреть на звезды…

По винтовой лестнице вокруг причальной вышки я поднялся в корзину дирижабля. Приборы были знакомыми, навигационное оборудование – тоже. Дирижабли не слишком изменились за последние сто лет.

– Какая скорость в штиль? – крикнул я вниз.

– Можно разогнать до сорока километров в час, – отозвался Лонгченпа. – Но лучше идти тридцать. Расход водорода в три раза меньше.

– Хорошо.

Спустившись, я пожал Лонгченпе руку, поблагодарил его:

– Дирижабль в отличном состоянии!

– Старался… Привык выполнять свою работу добросовестно.

Главный вопрос я задал без перехода:

– Как ты догадался, что мы были у монастыря?

– В глазах твоей девушки боль. Она слишком молода для таких сильных чувств. Недавно она видела что-то страшное.

– А в моих глазах боли нет?

– В них нет радости, – ответил непалец.

Меня поразило точное определение Лонгченпы. На самом деле, я давно ничему не радовался… Все мои улыбки, шутки – напускное. Я делаю только то, что необходимо. Потому что так нужно. И меня мало трогает, что будет со мной. Только в той степени, насколько это отразится на выполнении задания.

– Постараюсь обрести радость, – улыбнулся я Лонгченпе.

Тот молча покачал головой. – Вряд ли это так просто…

– Тогда я сделаю то, что от меня требуется.

– Делай что должно, и будь что будет, – отозвался непалец.