Неолиберальная реформа в России, стр. 13

Неолиберальная реформа в России - i_006.png

Рис. 5. Динамика металлического фонда Российской империи и СССР относительно металлического фонда США (%)

Простые колонки цифр, показывающие состояние советской экономики, говорят о страшном голоде на металл, который испытывали все без исключения отрасли народного хозяйства (за исключением оборонных). При этом металлоемкость основных фондов в СССР объективно должна была быть существенно выше, чем в США — из-за больших расстояний, климатических условий и геологических условий залегания главных полезных ископаемых. [21] Отставание по количеству вложенного в страну металла приводило СССР к большим социальным и экономическим перегрузкам, а США его прочный «железный» фундамент давал большие преимущества.

Прежде всего, нехватка металла ограничивала возможности строительства в СССР — на здания и сооружения приходилась половина металлического фонда страны. В СССР, чтобы оживить большие пространства, требовались гораздо большие металлоинвестиции в сооружения, чем в США. В 15 раз больше металла, чем СССР, вложили США в их автомобильный парк, в два раза больше металла было вложено в запчасти (в расчете на 1 машину). Площадь дорожного полотна, армированного металлической сеткой, была в США в десятки раз больше, чем в СССР. Огромный перерасход средств вызывала в СССР нехватка трубопроводов (протяженность промысловых и распределительных газопроводов в СССР была примерно в 10 раз меньше, чем в США). Наверстывать отставание стали в 80-е годы.

Острая нехватка металла в СССР приводила к перерасходу самого металла — из-за повышенной интенсивности эксплуатации металлических изделий в СССР, более высоких удельных нагрузок на металл. В США срок службы введенного в хозяйственный оборот металла составлял 17–18 лет, а в СССР 12 лет.

Напряженное положение с металлом вызывало в СССР, по сравнению с США, перерасход финансовых и трудовых ресурсов и по другой причине. Имея достаточно металла, американцы могли себе позволить не возвращать использованную сталь на вторичную переработку, если это было экономически невыгодно. Мы в СССР себе этого позволить не могли — мы берегли металл, как крестьянин, который выпрямляет старый согнутый гвоздь. Вследствие нехватки металла в СССР металлический лом собирали для нового оборота почти полностью, а в США — только то, что было экономически выгодно. В 1986 г. в СССР было переработано на сталь 96,3 млн. т лома черных металлов, а в США 45,1 млн. т — при том, что металлический фонд США был больше советского. Безвозвратные потери металла за срок его службы составляли в США 43–45 %, а в СССР 12–15 %. На одни консервные банки в США расходовалось 5 млн. т стали в год, и 87 % этой стали не возвращалось.

Экономисты, которые фабриковали в годы перестройки миф об избыточном производстве стали в СССР, и их западные коллеги и наставники прекрасно знали эту реальность. Количество и движение металлов в ведущих странах мира является информацией стратегического значения и для политики, и для экономики, и скрупулезно изучается.

Каков был главный аргумент в дискредитации советской металлургии как части всей кампании по дискредитации экономики СССР? Утверждение о якобы абсурдной избыточности производства стали. Это утверждение в разных вариантах повторяли приближенные к Горбачеву экономисты высшего ранга, а затем оно непрерывно тиражировалось в СМИ — с благожелательными комментариями зарубежных авторитетов.

Примером может служить книга влиятельного экономиста, эксперта ЦК КПСС, депутата Верховного Совета СССР Н. Шмелева, одобренная другими авторитетами экономической науки С. С. Шаталиным и член-корр. АН СССР Н. Я. Петраковым. [22] Эта книга, изданная большим тиражом (50 000 экз.) была для административной и партийной элиты СССР программным документом. О стали в этой книге говорится в главе «Черные дыры», в которых исчезают ресурсы». Авторы пишут об СССР: «Мы производим и потребляем в 1,5–2 раза больше стали, чем США, но по выпуску изделий отстаем в 2 и более раза».

В книге утверждается, что СССР с его плановой системой производит избыточную сталь (максимум — 160 млн. т в 1988 г.), в то время как эффективно регулируемая рынком экономика США разумно производит небольшое количество (70–80 млн. т). Это утверждение — столь недобросовестная манипуляция, что повторявшие ее экономисты поставили себя вне всяких норм научности.

Как обстояло дело в действительности? Только за два десятилетия, с 1951 по 1970 г., США произвели почти 2 миллиарда тонн стали (средний уровень производства в 100 млн. т стали в год). За это же время в СССР было произведено 1406 млн. т стали — на 540 млн. т меньше, чем в США. Да, в начале 80-х годов на какое-то время США снизили свое производство стали. Самой низкой точкой был 1982 г., когда в США произвели 67,7 млн. т. — тогда всего за один год производство стали в США упало почти вдвое. После этого производство стало расти. Да, бывали в США такие резкие колебания, это присуще капиталистической экономике.

Что же делают экономисты из ЦК КПСС, чтобы убедить граждан в абсурдности плановой экономики и избыточности производства стали в СССР? Они сравнивают пик производства в СССР с временным провалом в США. Они не сообщают, что в периоды спада производства США компенсируют его резким увеличением импорта стали, а значительную часть металлоемкого производства ведут на зарубежных предприятиях ТНК. В 90-е годы импорт стали в США превысил 30 млн. т в год (например, в 1998 г. он составил 37,7 млн. т).

А главное, ставить знак равенства между производством стали в таком-то году и ее потреблением — бессмыслица. Экономисты внушали ложную мысль фундаментального, общего значения — будто потребление стали, скажем, в 1985 г., равно производству стали в этом году (даже если отвлечься от импорта и экспорта). Это — подмена предмета путем смешения разнородных понятий, известный в логике недобросовестный прием спора. В экономической науке уже с середины XIX века четко различались понятия «потока» ресурсов и «фонда» или «запаса» ресурсов (stock). Очевидно, даже в рамках простого здравого смысла, что годовое производство стали — это прирост запаса, часть «потока», а «потребляем» мы весь действующий в хозяйстве металл.

В 1985 г. СССР потреблял сталь, сваренную из всего чугуна, выплавленного в Российской империи и СССР — за вычетом безвозвратных потерь. Чтобы сравнить действительное потребление стали в СССР и США, авторы должны были бы сообщить величину металлического фонда СССР и США — количество стали, «работающей» в зданиях, сооружениях, машинах двух стран. Сказать об СССР, что «мы потребляли стали вдвое больше, чем США» — иррациональное утверждение, за которым можно разглядеть открытую и циничную ложь, а в устах экономистов высокого статуса и должностной подлог.

Экономисты «перестройки» ввели еще одну ложную меру: «На ту же единицу национального дохода у нас уходит в 2,4 раза больше металла, чем в США». Сам же Н. Шмелев пишет, что объем промышленной продукции СССР составлял 80 % от американского, а продукция сельского хозяйства — 85 %. Металлический фонд в СССР был намного меньше, чем в США — каким же образом «на ту же» единицу национального дохода у нас могло уходить в 2,4 раза больше металла? Металлоемкость продукции в СССР была заведомо ниже, чем в США — меньше у нас было сооружений и машин, причем намного меньше, а это главный фактор металлоемкости производства. Хоть какой-то расчет должны же были привести экономисты! Ведь на основании подобных заявлений предлагалось ни много ни мало как сменить сам тип хозяйственной системы огромной страны.

вернуться

21

Например, 95 % добычи угля США было сосредоточено в Аппалачском бассейне с глубиной залегания пластов 63 м. В СССР средняя глубина залегания пластов в Донецком и Печорском бассейнах была 395–420 м, в Карагандинском 300 м и в Кузнецком 200 м. Соответственно отличалась и металлоемкость угольной промышленности.

вернуться

22

Н. П. Шмелев, В. Попов. На переломе: перестройка экономики в СССР. М.: Изд-во Агентства печати Новости. 1989.