Питер Пэн, стр. 8

— Как это?

— Я откромсал от него кусочек.

— Ты?

— Я! — ответил Питер резко.

— Я не хотел тебя обидеть.

— Ладно уж.

— А что же ты у него отрезал?

— Правую руку.

— И теперь он не может сражаться?

— Как бы не так!

— Он что, левша?

— У него теперь вместо руки — железный крюк, он как коготь.

— Коготь!

— Послушай, Джон!

— Да?

— Ты мне теперь должен говорить: «Есть, сэр!»

— Есть, сэр!

— Вот что. Всякий, кто служит под моей командой, дал мне обещание. И ты тоже должен дать. Джон побледнел.

— Оно заключается в следующем. Если мы встретимся с Джезом Крюком в открытом бою, ты не должен его убивать. Это сделаю я.

— Есть, сэр! — быстренько согласился Джон. Сейчас им было не так жутко, потому что Динь летела рядом, и в ее свете они ясно различали друг друга. Она слетала на остров и теперь что-то сообщала Питеру своим колокольчиковым голосом.

— Она говорит, — переводил Питер, — что пираты засекли наше приближение, и теперь они выкатывают Большого Тома.

— Пиратскую пушку?

— Ага. Им с земли виден огонек Динь. И если они сообразят, что мы летим рядом с ней, они дадут залп.

— Вели ей улететь отсюда, Питер! — закричали Майкл, Джон и Венди разом. Но он отказался.

— Она сама напугана. Не думаете ли вы, что я могу отослать ее одну, неведомо куда, когда ей и так страшно?

В этот момент свет заколебался в воздухе и кто-то ласково легонечко ущипнул Питера.

— Тогда скажи ей, — умоляла Венди, — чтобы она погасила свет.

— Она не может. Это почти единственная вещь, которую феи не могут сделать сами. Он гаснет сам по себе, когда они засыпают.

— Тогда вели, ей заснуть, — почти что скомандовал Джон.

— Не может она спать, пока ей не захочется. Это, пожалуй, вторая вещь, которую феи не могут сделать. Если б у кого-нибудь из нас был карман, ее можно было бы туда засунуть.

Но вы помните — они вылетели в такой спешке, что переодеваться было некогда. Так что на всех четырех не нашлось ни одного кармана.

Вдруг Питера осенило. Шляпа!

Динь согласилась туда залезть. Правда, шляпа так и осталась в руках у Джона, а она-то надеялась, что ее понесет Питер. Но вот Джон обо что-то стукнулся коленкой, и Венди взяла у него шляпу из рук.

Ах, не надо было этого делать! Потому что из-за этого случилась беда.

Благодаря шляпе огонька не было видно, и они летели в полной темноте. К тому же было удручающе тихо. Только один раз они услыхали странные звуки. Внизу что-то хлюпало. Питер сказал, что это дикие звери лакают воду у брода. Да еще показалось, что сухие деревья скрипят сучьями, но Питер объяснил, что это краснокожие точат ножи.

Потом опять наступила мертвая тишина.

— Хоть бы раздался какой-нибудь звук, — сказал Майкл.

И словно в ответ воздух содрогнулся от страшного взрыва. Пираты выстрелили по ним из Большого Тома.

Гул пронесся по горам, казалось, что эхо без конца повторяет грозным голосом: «Где они, где они, где они?» Венди, Джон и Майкл, перепуганные насмерть, ясно ощутили разницу между островом понарошку и тем, когда он, придуманный ими самими, вдруг становится существующим на самом деле.

Когда небеса понемножку успокоились, Джон и Майкл оказались одни в полной темноте.

— Майкл, нас застрелили? — спросил Джон дрожащим шепотом.

— Я еще не понял, — таким же шепотом ответил Майкл.

Сейчас-то мы уже знаем, что никто тогда не был ранен, только Питера взрывной волной понесло в сторону открытого моря, а Венди подкинуло вверх, и она оказалась наедине с Динь-Динь.

Хорошо, если бы Венди в этот момент выронила шляпу из рук.

Никому не известно, обдумала ли Динь свой коварный план заранее, но она выпорхнула из шляпы и полетела, указывая Венди дорогу и стараясь заманить ее туда, где ее ждала гибель.

Нельзя сказать, чтобы Динь была такая уж плохая. Вернее сказать так: в этот момент Динь была вся насквозь плохая. Все дело в том, что феи такие маленькие, что в них помещается только одно чувство — либо злое, либо доброе. Они могут изменяться. Но только изменяться им приходится целиком.

Сейчас Динь была вся заполнена ревностью. Какие слова она говорила на своем колокольчиковом языке, Венди понять не могла. Но ей казалось, что огонек феи ей подмигивает и сообщает: «Лети за мной вслед, и все будет хорошо».

А что было делать бедной Венди?

Она позвала Питера, потом окликнула Майкла и Джона. Но только эхо ее передразнило, и никто не отозвался. Она пока еще не понимала, как ее ненавидит фея Починка, сокращенно Динь-Динь. Испуганная и потерянная, она летела вслед за ее огоньком навстречу своей судьбе.

Глава пятая

ВСАМДЕЛИШНЫЙ ОСТРОВ

Чувствуя приближение Питера, остров Нетинебудет вновь оживал.

Надо сказать, что, когда Питер отсут ствовал, жизнь на острове замирала.

Феи отсыпались по утрам, звери занимались своими зверенышами, краснокожие пировали по шесть дней кряду, а пираты и мальчишки, наталкиваясь друг на друга, разве что просто кусали друг друга за палец. Другое дело, когда тут бывал Питер. Он терпеть не мог спокойствия. И теперь, когда он был уже близко, все обитатели острова зашевелились.

В тот вечер основные силы острова располагались следующим образом.

Потерянные мальчишки разыскивали место, где приземлится Питер, пираты разыскивали мальчишек, краснокожие разыскивали пиратов, дикие звери разыскивали краснокожих, чтобы их съесть. И все они ходили и ходили по кругу, потому что двигались с одинаковой скоростью.

Если мы сейчас с вами вообразим, что укрылись в зарослях сахарного тростника, то мы увидим, как мимо, крадучись, проходят мальчишки, по одному, в затылок, и каждый держит в руках кинжал. Поскольку им категорически запрещено быть похожими на Питера, то они одеты не в листья, а в медвежьи шкуры. Первым проходит Болтун. Он вполне отважный парень, только ужасно невезучий. Он испытал меньше всех разных приключений, потому что важные события чаще всего совершаются тогда, когда Болтун только что завернул за угол. Например, когда все спокойно и благополучно. Болтун идет поднабрать хвороста для костра. И вдруг — трах! — тут-то все случается. Он приносит хворост и выясняет, что великая битва с пиратами произошла как раз без него. Но он от этого не ожесточился. Даже наоборот. Я бы сказал — подобрел.

Бедный добрый Болтун. Над ним нависла опасность. Фея Динь-Динь ищет орудие мщения, а простодушного Болтуна легче всего провести!

Если бы он мог услышать, мы бы крикнули ему: «Берегись феи Динь-Динь!» Но мы не можем этого сделать — ведь на самом-то деле мы не на острове.

Следом идет Кончик, самый веселый и жизнерадостный, а за ним — Малышка. Ему кажется, что он хорошо помнит то время, когда он еще не потерялся, и поэтому поглядывает на всех сверху вниз. Четвертым шагает Кудряш. Он такой отчаянный озорник и так часто несет наказание за свое озорство, что, когда Питер требует: «Пусть встанет тот, кто это натворил», — Кудряш тут же вскакивает, не задумываясь над тем, кто виноват на самом деле. Дальше идут Двойняшки. Их бессмысленно описывать^ потому что обязательно окажется, что говоришь не про того, а про другого.

Мальчишки уходят в темноту, дорбга минуту остается пустой и мрачной. Но ровно через минуту на ней появляются пираты. Но прежде, чем их увидеть, мы услышим их ужасную песню:

Йо-хо, поднимем якоря, Мы черные пираты.

Нас ждут кровавые моря, Йо-хо, крепи канаты!

Свет не видел такого кровожадного, злого и бесстыжего сброда! Они всем хорошо известны по книжкам про пиратов! Первым вышагивает итальянец Чекко

— рукава закатаны по локоть, в ушах — огромные круглые серьги из золотых монет, за ним, чуть отставая, топает огромный негр, который сменил столько имен, что и сам не помнит, как его зовут. Дальше следует Билл Джукс, весь с ног до головы покрытый татуировкой, а сразу за ним идет Ко-ксон. Говорят, что он — родной брат знаменитого кровавого Черного Мерфи, но это пока что не доказано. Его догоняет джентльмен Старки, который некогда был учителем в младших классах. Кажется, он все еще сохраняет свою манеру убивать изысканно и утонченно. Чуть поотстав, идет Сми, в отличие от других он убивает свою жертву попросту, не издеваясь над ней. Но это далеко не все. За ними топают Робт, Муллинз, Элф Мейсон и много других негодяев, которых хорошо знают и которых смертельно боятся жители побережий.