Йоханнес Кабал, Некромант (ЛП), стр. 39

— Докажи.

— Батлер, постарайся... Я присяду, ладно? Постарайся понять, я тебе не полиция. Мне не

нужны улики, ни настоящие, ни поддельные. Достаточно лишь обоснованного подозрения, а ты,

Батлер, весьма подозрителен. Если бы, в эту самую минуту, кто-нибудь тестировал измеритель

подозрительности, он бы воскликнул: "Вот это да, это же самый подозрительный объект, что я видел.

Ну надо же! Он выглядит совсем как Билли Батлер, всемирно известный поджигатель и никудышный

лжец".

Батлер поразмыслил над тем, что сказал Кабал, и счёл это вполне разумным.

— Ну хорошо, — сказал он, — о чём мы там договорились?

— Дело прошлое. У тебя был шанс, и ты его упустил. — Он уставился в облепленное мухами

окно фургона. — Слушай, мне не очень-то хочется марать о тебя руки. Было бы ужасно неудобно.

Почему бы нам не попробовать ещё раз?

* * *

Через двадцать четыре часа Кабал и Джоуи Гранит вернулись. От манжетов и воротника Кабала

всё ещё поднимались тонкие струйки дыма, а лицо было измазано в саже. Выглядел он недовольным.

* * *

Накануне пожар причинил ущерб не только имуществу, но и достоинству Кабала. Когда он

пробудился от тяжёлого сна, то обнаружил, что неизвестное лицо или лица не только облили

бензином рельсы, на которых стоял состав, включая вагон-контору, где он ночевал, но и заложили

дверь засовом снаружи, а это уже граничило с открытым вызовом. Как раз когда он обдумывал, какое

из окон лучше разбить, послышались удар, треск, скрежет, и дверь открыл Хорст.

— А ты знаешь, что дверь заперли? — с участливым видом осведомился он.

Кабал оттолкнул его и соскочил вниз, на гравийную насыпь.

— Вы двое! — закричал он в сторону кабины, — Ходу! Быстрее, будьте вы неладны!

Деннис и Дензил посмотрели друг на друга. Они практически начали подозревать, что что-то не

так, ещё когда пламя объяло поезд, но им не хотелось поднимать шум, привлекая к этому внимание.

Дензил собирался сказать Деннису, чтобы он разводил пары, но заметил, что у того горят волосы. Это

сразу же вызвало у него смех, или, по крайней мере, леденящее кровь гоготание, заменявшее Дензилу

смех в последнее время, с тех пор как лёгкие в его груди окончательно ссохлись. Деннис нахмурился,

почесал в затылке, и огонь перекинулся ему на руку. Дензил загоготал с новой силой.

Так бы и остались они там, если бы огромный паровоз, решив "делу время, потехе час", не

тронулся с места с чудовищным рёвом взбесившейся железной конструкции. Кабал и Хорст с

удивлением смотрели, как локомотив начал медленно пятиться по путям. Все языки пламени,

встречавшиеся на его пути, засасывались под его днище и стремительно гасли, теряя силу. Не прошло

и минуты, как нигде не осталось и огонька, за исключением топки паровоза — топки, ещё за десять

минут до того стоявшей холодной и сырой. Теперь же она гудела как пекло. Братья Кабал

переглянулись, — ещё много чего в их балагане оставалось для них загадочным и непонятным.

* * *

Вот что случилось тогда. Теперь Йоханнес Кабал и Джоуи Гранит стояли перед Билли

Батлером, не говоря ни слова. За них говорил запах дыма.

Батлер улыбнулся гадкой улыбочкой.

— О, да это же... – фраза оборвалась на полуслове, как это обычно и случается с

предсмертными речами

— Джоуи, апперкот, — приказал Кабал.

Джоуи Гранит провёл апперкот, полный превосходного математического расчёта и высокого

боксёрского мастерства, настоящий шедевр красоты и хореографии, которым могли бы долго

восторгаться те, кому нравиться смотреть, как другие люди вышибают друг из друга дух и к тому же

такой сильный, что мог бы сорвать с фундамента небольшое здание. Всё вплоть до здания местной

библиотеки упало бы наземь. Билли Батлер, несмотря на лишний вес, был в другой весовой

категории. Каким-то чудом его голова осталась на плечах, зато не было никаких сомнений в том, что

полиция начнёт расследование задолго до его возвращения на землю.

— Пойдём, Джоуи, — сказал Кабал, когда Батлер скрылся за облаками.

Они быстро пересекали ярмарку Батлера: его люди выкрикивали оскорбления, но не

приближались, туда-сюда бегали охваченные предсказуемой паникой женщины. Кабал и Джоуи

демонстративно не обращали внимания на вопли и крики, и вскоре пришли к дороге на Мёрсло.

Пройдя полмили, Кабал остановился.

Его кое-что беспокоило. Мысль о предсказуемой панике. Чуть ли не отрепетированной.

Он мог поклясться, что несколько женщин выкрикивали нечто невразумительное, а мужчины

махали кулаками и ругались. И кажется на каком-то древнем языке.

— Ты задумался, старина, — с лёгким любопытством сказал Джоуи. — В чём дело?

— Я возвращаюсь, — решительно сказал Кабал.

— Да ну? Зачем?

— Здесь что-то не так. С этой ярмаркой что-то нечисто.

— Помимо того, что её владелец сейчас где-то на околоземной орбите?

— Да. У меня есть шестое чувство, которое подсказывает мне, когда меня дурачат.

— Я слышал о таком. По-моему, называется "клиническая паранойя".

— У меня шестое чувство, — сказал Кабал, смерив Джоуи взглядом человека, который умеет

управляться с отбойным молотком и не побоится пустить его в ход, — и оно мне подсказывает, что

кто-то где-то пытается меня одурачить.

Он развернулся и двинулся назад к ярмарке Батлера.

Ярмарка исчезла. Не осталось ни следа её пребывания.

— Так и знал! — Кабал зашагал по пустырю. — Так и знал!

— Ничего себе, — сказал Джоуи, положив ручищи на пояс и с неприкрытым удивлением глядя

по сторонам. — Вот так трюк.

Кабал остановился и посмотрел на Джоуи. Великан вполне правдоподобно удивился, но в

конечном итоге он исчадие Ада, рождённое от крови самого Сатаны. Насколько стоит ему верить?

Даже мистер Костинз, его мажордом, появился из того же источника. Возможно, только Хорсту Кабал

и может доверять. Как-никак, кровь гуще воды. У него даже где-то была записана её относительная

плотность, так что пословица не лжёт.

Рука Джоуи бережно опустилась ему на плечо и оттащила в сторону. Через полсекунды в то

место, где он только что стоял, рухнул Билли Батлер, образовав воронку глубиной в четыре фута.

— Спасибо, Джоуи, — сказал Кабал

Они посмотрели на лежащий в яме изуродованный труп.

— Хоть хоронить не придётся, — заметил Джоуи. — Просто земли сверху накидаю, да?

— Нет, — сухо ответил Кабал.

— Глубже надо? Я схожу за лопатой.

— Глубже. Гораздо глубже, — он скрестил руки на груди и с холодным презрением посмотрел

на тело. — Кстати, как глубоко находится Ад?

Повисло долгое молчание. Затем голова Батлера со скрипом повернулась на сто восемьдесят

градусов.

— Как догадался? — прохрипел он через скрученную и сломанную трахею.

— Слишком театрально, чтобы меня убедить. Это ведь ты, Растрепай?

— Астрепаг, — капризно поправил покойник. Голова снова повернулась, с щелчком становясь

на место. Затем он начал увеличиваться в размерах, его позвоночник прорвался сквозь воротник

пиджака. Джоуи от удивления сделал шаг назад.

— Ого! Ну и ну...

Дыр на его одежде становилось всё больше по мере того, как тварь, что недавно была Билли

Батлером, извергала наружу клубок из рук, когтей и извивающихся шипастых щупалец. Неевклидовы

углы вырастали вверх из его тела, как строительные леса вокруг Вавилонской башни. Поверх всего

этого из прорехи между измерениями вылез лошадиный череп, увенчанный стилизованным под