Я, робот, стр. 67

— А я и не знал… По этому трапу, пожалуйста.

— Обычно об этом не говорят. Чтобы убедить землян, Космотаун подчёркивает преимущество таких, как я, а не наши слабости.

— Тогда зачем вы мне сказали?

Р. Дэниел посмотрел прямо в глаза своему живому напарнику.

— Вы — мой партнёр, Илайдж. И вам надлежит знать все мои слабости и недостатки.

В ответ Бейли лишь неопределённо хмыкнул.

— Идёмте сюда, — сказал он немного погодя. — Мы в четверти мили от нашей квартиры.

Это была унылая квартира низшей категории. Одна небольшая комната с двумя кроватями. Два складных стула и стенной шкаф. Встроенный в стену субэтеральный экран без ручного управления, который нельзя самостоятельно включить, но нельзя и выключить, когда он начнёт работать. Здесь нет умывальника, даже самого простого, неактивированного; здесь нельзя приготовить пищу или хотя бы вскипятить воду. Лишь в углу торчит уродливая, ничем не замаскированная труба мусоропровода.

Бейли всего передёрнуло.

— Вот мы и дома. Надеюсь, выдержим.

Р. Дэниел подошёл к мусоропроводу. Его рубашка разошлась по шву, обнаружив мускулистую на вид грудь.

— Что вы делаете? — удивился Бейли.

— Хочу избавиться от пищи, которую проглотил. Если её оставить в пищевом мешке, она начнёт портиться, и в моём обществе будет неприятно находиться.

Р. Дэниел нащупал что-то у себя на груди и особым образом надавил там двумя пальцами. Его грудная клетка раскрылась в продольном направлении. Р. Дэниел просунул руку сквозь паутину серебристого металла, и извлёк оттуда тонкий, местами вздувшийся полупрозрачный пакет. Бейли с ужасом наблюдал, как тот открыл его.

Р. Дэниел неуверенно сказал:

— Пища совершенно чистая. Я не выделяю слюну и не жую. Понимаете, она проходит внутрь по пищеводу благодаря всасыванию. Она съедобна.

— Очень хорошо, — мягко ответил Бейли. — Я не голоден. Лучше выбросьте её.

«Пищевой пакет Р. Дэниела сделан из фторуглеродного пластика, — решил Бейли. — Хорошо хоть, что к нему ничего не пристаёт». Пища легко выходила из пакета и понемногу исчезала в мусоропроводе. «Хорошая ведь еда пропадает», — подумал Бейли.

Бейли сел на край кровати и стянул с себя рубашку.

— Я предлагаю начать завтра пораньше, — сказал он.

— На это есть причина?

— Наши друзья пока не знают местоположения квартиры. Вернее, я надеюсь, что не знают. Чем раньше мы уйдёт отсюда, тем лучше. А в муниципалитете мы решим, стоит ли нам впредь работать вместе.

— Вы в этом сомневаетесь?

Бейли пожал плечами и строго сказал:

— Мы не можем каждый день подвергать себя такому риску.

— Но мне кажется, что…

Р. Дэниела прервала пунцовая вспышка сигнала входной двери.

Бейли бесшумно вскочил на ноги, отстёгивая ремешок бластера. Сигнал вспыхнул ещё раз.

Держа бластер наготове, он осторожно приблизился к двери, повернул специальную рукоятку, и узкая полоска двери стала прозрачной изнутри. Она давала искажённое изображение, но и его было достаточно, чтобы Бейли различил за дверью своего сына Бентли.

Бейли распахнул дверь настежь, схватил Бена за руку, не дав ему в третий раз нажать кнопку сигнала, и грубо втащил его в комнату.

С лица Бентли медленно сходило выражение испуга и недоумения, пока он стоял, прижавшись к стене, к которой толкнул его отец. Он смущённо потирал руку.

— Отец, — сказал он обиженно, — вовсе незачем меня так дёргать.

Бейли внимательно вглядывался в смотровую полоску закрытой теперь двери. Насколько он мог судить, коридор был пуст.

— Там кто-нибудь был, Бен?

— Нет, слушай, пап, я просто пришёл тебя проведать.

— А зачем меня проведывать?

— Не знаю, это мама. Она плакала и вообще… велела разыскать тебя. Сказала, что если я не пойду, то она пойдёт сама и тогда, говорит, не знаю, что случится. Она велела мне, пап…

— Как ты меня нашёл? Ты от мамы узнал мой адрес?

— Нет. Я позвонил тебе на работу.

— И тебе сказали?

— Конечно, — тихо ответил Бен, смущённый горячностью отца. — А разве нельзя было?

Бейли переглянулся с Р. Дэниелом.

— Где мама, Бен? Дома? — спросил он, вставая.

— Нет, она у бабушки и останется там ночевать. Мне надо сразу вернуться туда. То есть если у тебя всё в порядке.

— Ты останешься здесь. Дэниел, вы заметили, где находится переговорная трубка?

— Да. Вы хотите выйти отсюда?

— Это необходимо. Я должен связаться с Джесси.

— Разрешите мне заметить, что более логично было бы поручить это Бентли. Это довольно рискованно, а он представляет меньшую ценность…

— Ах ты… — возмутился было Бейли, но тут же пришёл в себя. — Видите ли, Дэниел, — сказал он более спокойно, — у нас, у людей, взрослый мужчина никогда не станет подвергать опасности своего сына. Даже если логика подсказывает сделать это.

— «Опасности»! — с восторгом воскликнул Бен. — О, пап что случилось? Ну скажи…

— Ничего, Бен. И вообще это не твоё дело. Понятно? Тебе пора спать. Когда я вернусь, чтобы ты уже был в постели. Слышишь?

— Ну ладно. Я не проболтаюсь.

— Немедленно!

— Да ну…

Стоя у переговорной трубки, Бейли откинул полу пиджака так, чтобы было удобнее выхватить бластер. Он назвал свой личный номер и ждал, пока электронная машина, установленная в пятнадцати милях отсюда, проверит, имеет ли он право на разговор. Ждать долго не пришлось, поскольку на детектива подобные ограничения не распространяются. Затем он назвал номер квартиры тёщи.

У основания трубки засветился небольшой экран, в котором показалось её лицо.

— Мама, — сказал он негромко, — попросите Джесси.

Должно быть, Джесси ждала его, потому что тотчас же подошла к трубке. Бейли посмотрел на неё и слегка притемнил экран.

— Всё в порядке, Джесси. Бен здесь. Что у тебя стряслось?

Бейли водил глазами из стороны в сторону, не переставая следить за коридором.

— Как ты? С тобой ничего не случилось?

— Да нет же, Джесси, разве ты не видишь? Прекрати сейчас же.

— О, Лайдж, я так волновалась!

— Почему? — спросил он напряжённо.

— Ты знаешь. Из-за твоего друга.

— При чём здесь он?

— Я говорила тебе вчера. Быть беде…

— Ерунда. Бен останется у меня. Спокойной ночи, дорогая. Не волнуйся.

Он отключил соединение и дважды глубоко вздохнул, прежде чем отправиться обратно. Лицо его посерело от напряжённого ожидания и страха.

Он застал Бена посреди комнаты. Одна из его контактных линз аккуратно лежала в миниатюрном футляре. Вторая ещё была у него на зрачке.

— Пап, здесь даже нет воды умыться. А мистер Оливо не пустил меня в туалетную.

— Он прав. Никуда не ходи. Вставь эту штуку в глаз, Бен. За ночь ничего с тобой не произойдёт.

— Ну ладно, — покорился Бен и взобрался на кровать. — Ух ты, какой матрац!

Бейли повернулся к Р. Дэниелу:

— Надеюсь, вы не будете возражать, если вам придётся посидеть.

— Конечно, нет. Между прочим, что это за стекла на глазах у Бентли? Их носят все земляне?

— Нет. Некоторые, — ответил Бейли уклончиво. — Я не ношу, например.

— А каково их назначение?

Бейли был слишком поглощён своими невесёлыми мыслями, чтобы ответить.

В комнате погас свет.

Бейли не спал. Он почти не слышал ровного и глубокого дыхания сына, которое стало потом несколько жёстким. Повернув голову, он скорее вообразил, чем увидел, как в углу неподвижно сидит Р. Дэниел, уставившись взглядом на дверь.

Затем он заснул, и ему приснился сон.

Ему приснилось, будто Джесси падает в реактор энергостанции, с воплем отчаяния протянув к нему руки. А он, а он не в силах переступить красную ограничительную линию, лишь смотрит, как удаляется от него её искажённая фигура, становясь всё меньше и меньше, пока не превращается в едва заметную точку.

Он ничем не может ей помочь и сознаёт во сне, что столкнул её туда он сам.

12. Мнение эксперта

Илайдж Бейли устало кивнул комиссару Джулиусу Эндерби, когда тот вошёл в комнату.