На мотоциклах «Урал» вокруг света, стр. 80

Для чего сегодня нужны путники, эти странные, бородатые, непричёсанные, не похожие на основную массу людей, чудаки? Если есть идущий и находится встречающий на его пути, то мир ещё жив! Необходимо осознание того, что в путниках и чудаках мир остро нуждается, также как и люди нуждаются в мире. Ходоки — как искорки романтического света в серой картине будней и безысходности. Сверкнут и исчезнут. Исчезая, важно осознать, что ты принёс, и что оставил после себя!

А мы сейчас проезжаем по интереснейшим местам, со своим богатым прошлым. „Час пик“ панамских будней изрядно измотал коробку скоростей нашего „Урала“. Мы попали в непроглядную толчею, состоящую из автомобилей и их водителей, спешащих как можно скорее попасть утром в столицу. Наше продвижение напоминало шаги черепахи. Я на свой страх и риск приспособился протискиваться между рядами автомобилей, а это было тяжело на таком на нагруженном „Урале“. Так ехали несколько часов, всё высматривая — а где канал!?

И перед мостом над Панамским каналом затрамбованность машин немного уменьшилась, стало свободнее. Мы въехали в городок Бальбоа, соединившийся со столицей длиннющим мостом.

Справа от нас, на волнах Панамского залива, покачивались суда различных размеров и конструкций. Тут были торговые, нефтеналивные, контейнеровозы, рыбные траулеры и морские яхты. Все они ожидали входа или выхода в канал.

А впереди нашему взору предстала фантастическая картина — Панама во всём своём величии и современном уродстве. Всевозможные фабрики и заводы, сконцентрированные по берегам залива и канала, многочисленные небоскрёбы, своими верхушками уходящие в дымку серого смога, заменяющего тут облака…

Несколько растерявшись, мы всё же выбрались в центральную часть города и оказались на набережной, тянущейся по берегу Панамского залива. Возле нас показался памятник воздвигнутый конкистадору Васко Нуньесу де Бальбоа. Огромная его фигура возвышалась над пальмами и асфальтированной дорогой. В правой руке первооткрыватель сжимал меч, а в левой развивалось знамя.

Испанский авантюрист-конкистадор, искатель приключений — Бальбоа, в 1513 году, первым из европейцев увидел воды Тихого океана — великого и необъятного. С небольшим отрядом от побережья Карибского моря он пробрался через густые джунгли и горную гряду Панамского перешейка к другим водам. Пришёл, чтобы увидеть и вступить во владение для Испании новыми землями и этим „Южным морем“, как в те времена называли „Тихий океан“. Какой же ценой делались такие открытия? Ценой крови и страданий коренных жителей-индейцев.

Вот оно сейчас перед моими глазами — это „Южное море“, и я имею счастье наблюдать его — неизменное, как когда-то наблюдали этот горизонт те первые европейские землепроходцы зайдя от счастья по пояс в его воды. Трудно сравнить наши ощущения и мысли с теми, кто ушёл уже в глубину веков. Но радость их открытия очевидна!

Очень много изменилось с тех пор. В XVI веке, здесь, кроме индейских селечий, хижин, ничего не было, а сейчас?!

— Саня! Давай сфотографируемся на память и для факта! — предложил Володя и, тем самым, вывел меня из размышлений.

Надо отметить, что фотоаппарат и видеокамеру мы доставали из алюминиевых ящиков очень редко и без особого энтузиазма — трудно быть оператором, фотографом, водителем и механиком одновременно! Да и заботы возникали постоянно — одна за одной.

Сейчас перед нами стояла сложная задача — отправить мотоцикл, и нас самих, в Колумбию. Для этого мы решили обратиться в Российское посольство в Панаме. Но реальный адрес его оказался другой, чем тот, что мы узнали в Москве, и пришлось потерять достаточно времени, чтобы отыскать его местонахождение. В этом нам помогли работники самого посольства — русские ребята: они случайно, а может быть — и не случайно! оказались с нами на одной улице:

— Русский мотоцикл? Парни, вы из России? — окликнули нас на чистом русском языке. Из окна автомобиля выглянули две светлые физиономии.

На нашем „Урале“ был регистрационный номер Аляски, США. Но на одном из алюминиевых ящиков развивался флаг России, он, прежде всего и привлёк внимание наших соотечественников. Остановились, познакомились. Ребята дали нам точный адрес посольства, а также телефоны.

Посольство в Панаме, на тот момент, расположилось в многоэтажном здании на одном из верхних этажей, по улице Ave, Manuel Espinosa Balista Торге IBS PISO 10.

В консульском отделе откликнулись на нашу просьбу и узнали всё о переправе в Колумбию. Оказалось, что паром в Колумбию уже не ходит два года — ни с Панамы, ни с порта Колона, расположенного на побережье Карибского моря. И нам ничего не оставалось делать, как лететь на самолёте в Санта-Фе-Де-Боготу — столицу Колумбии. Мотоцикл со всеми вещами отправился грузовым рейсом, чуть раньше нас.

В общем, в Панаме мы провели четыре томительных дня. Воздушный путь был быстрее, но способ этот более дорогостоящий и заметно поубавил валютное содержимое наших карманов.

Южная Америка. Наркотическая Колумбия

Вечером, 11 декабря 2003 года, Володя и я шагали уже по Южной Америке, а точнее, по Колумбии.

С аэропорта мы направились сразу же в Российское посольство. Город Санта-Фе-Де-Богота или просто Богота, расположен в Восточных Кордильерах на высоте свыше 2500 метров над уровнем море. Мы ощущали на себе влияние горного климата: было свежо и даже прохладно. Моросил мелкий дождичек, заметно ухудшая душевное настроение. На какое-то время мы оказались пешеходами, и приходилось учиться ходить.

Колумбия, внешне — безрадостная страна. Затяжная война оказывает своё влияние на общий психологический портрет населения, и, к тому же, в обществе устроен весьма жёсткий, определённый режим и порядок.

Если работники и служащие Российского посольства в Панаме выглядели расслабленными и всё делали свободно, вальяжно, то в Боготе мы узрели абсолютно противоположное этому.

У ворот посольства, на улице Carrera 4 75–00, мы позвонили в звонок. Ha вопрос: „Кто такие и что нам нужно?“, мы бегло разъяснили суть дела, представились. К нам вышел консул Петр Вайтекович, своим строгим видом давая нам понять, что мы здесь — гости нежданные и нежеланные. Стал объяснять поучительным и вполне откровенным тоном положение в Колумбии:

„Колумбия это не место для проведения мотопробегов. Современную Колумбию можно сравнить с Россией 1919 года. Частые вооруженные столкновения на улицах городов и дорогах Республики. Партизаны, вооружённые солдаты, беспредельные наркодельцы, разные бандитские формирования. Даже вечером опасно выйти в относительно безопасный центр Боготы!

Почему вы не были осведомлены МИД-ом России в Москве? А о частых случаях исчезновения путешественников, вам, по всей видимости, тоже неизвестно???“

Мы на всё это сказанное ответили лаконично и однозначно: „Нам необходимо проехать по Колумбии, её из маршрута не вычеркнешь!“

Нас завели в здание посольства и около 40 минут с нами беседовали офицер по безопасности и вице-консул. Целью беседы было отговорить нас ехать по Колумбии! Но, увидев нашу непреклонность, сотрудники несколько смягчили тон разговора. Посоветовали некоторые правила безопасности, поведения и передвижения по стране.

Петр Вайтекович отсканировал наши документы для факта нашего посещения, а может быть ещё для каких-то официальных действий, уж не знаю.

Зато нас угостили чаем с бутербродами. На следующий день к нам приставили колумбийца со знанием русского языка для более быстрого и успешного получения мотоцикла из грузового аэропорта. Нам посоветовали неплохой отельчик, в самом спокойном районе столицы. Чтобы легче поддерживать нам С ними связь, Пётр дал нам свою визитку. Что ж, им легче было бы отправить нас в очередную страну — в Эквадор, чем брать под свою бдительную ответственность. А мы здесь стоим, как вкопанные, перед ними, в ожидании поддержки! И то, что служащие посольства пошли нам навстречу, было учтиво и солидарно с их стороны. Мы были благодарны!