Назад в школу! Бесценные уроки великого бизнесмена и инвестора, стр. 9

Расшифровки выступлений в Университете Нотр-Дам

Лекция для студентов и преподавателей

Спасибо. Вы спросили меня, чем я занимаюсь. Я попытался ответить на этот вопрос в ежегодном отчете.

[История клоуна Бимера и отрывок из ежегодного отчета компании Berkshire Hathaway за 1990 г.:

Большую часть добавочной прибыли, которая продуцируется в наших компаниях, мы получаем благодаря менеджерам, которые ими управляют. Мы с Чарли не чувствуем ни малейшей неловкости, расхваливая руководство компаний, потому что не имеем никакого отношения к их успехам. Они все сделали сами. Они настоящие суперзвезды. А мы лишь находим талантливых менеджеров и создаем им условия для плодотворной работы. Заработанные «в поле» деньги концентрируются в штаб-квартире компании. И нам остается лишь правильно ими распорядиться.

Я объясню, в чем состоит роль У. Баффета с помощью истории о моей внучке Эмили. Осенью прошлого года мы праздновали ее четвертый день рождения. Среди гостей были другие дети, любящие родственники, а также клоун Бимер, который умеет показывать чудесные фокусы.

Для начала Бимер попросил Эмили «помахать волшебной палочкой» над «коробкой с чудесами», предварительно положив в нее зеленые платочки. Эмили взмахнула палочкой, и Бимер достал от туда голубые платки. Ах, как же так? Клоун вернул «неправильные» платки на место, и после взмаха волшебной палочки достал зеленые. Но на этих платках были завязаны узелки. После череды фокусов, один чудеснее другого, Эмили была на седьмом небе от счастья. Просияв, она радостно воскликнула: «Ого, а у меня здорово получается!»

Примерно такой же вклад в дела компании, если говорить об успехах лучших менеджеров Berkshire – Блюмкинов, Фридмана, Майка Голдберга, Хелдманов, Чака Хаггинса, Стэна Липси и Ральфа Шея – вношу и я. Ваших аплодисментов заслуживают, прежде всего, руководители наших компаний.]

Мы никогда не устраивали собраний для менеджеров. Управляющий кондитерской фабрикой, которую мы купили 19 лет назад [See’s Candies] лишь в прошлом году приехал с женой в Омаху, чтобы присутствовать на ежегодном собрании. Ведь раньше он никогда не участвовал в подобных мероприятиях. Мы ни разу не встречались с советом директоров его компании. Мы перевели штаб-квартиру компании из Лос-Анджелеса в Сан-Франциско, потому что так хотелось его жене. Мы всегда готовы изменить существующие порядки ради людей, которые управляют нашими компаниями.

Пять лет назад мы приобрели в Цинциннати фирму, которая производит униформу (Fechheimers) и приносит около 100 млн долл. прибыли. Директор прочитал в ежегодном отчете рекламу, в которой я объяснял, какие компании желаю приобрести (я верю в рекламу). Он пришел ко мне и сказал: «Я подхожу под ваши параметры, и моя компания тоже». Мы заключили сделку. Я никогда не был в Цинциннати и не видел его фабрику. Может быть, ее и вовсе не существует, откуда мне знать? Однако менеджер предоставляет нам отчеты каждые пять [сокращение], и регулярно перечисляет нашу долю. Меня это устраивает.

Бывают и вовсе удивительные случаи. Восемь лет назад я купил дело у 89-летней женщины, начинавшей его с 500 долл. в кармане. С тех пор она не вложила в него ни цента из личных средств. А зачем, если прибыль до уплаты налогов составляла примерно 12 млн долл. (сегодня – 18 млн долл.)? Ну не знала эта миссис такого понятия, как начисленные расходы, и других специальных терминов…

Несколько лет назад она поссорилась с внуками, которые работали в ее компании, вышла из дела и основала новую фирму. Теперь она конкурирует с нашей фирмой. В следующий раз, когда я буду покупать компанию у 89-летней женщины, то обязательно попрошу включить в договор пункт о недопущении подобной конкуренции. Сегодня этой даме принадлежит новая прибыльная компания.

Эта замечательная женщина родилась в России. Когда она приехала в Сиэтл, то не знала ни слова по-английски, а все ее имущество состояло из именного жетона на шее. Ее родственники жили в Форт-Додже, штат Айова. Женщина добралась до них где-то в 1919 или в 1920 г. Они были ужасно бедны. Она перевезла в США семь братьев и сестер, а также родителей. На это ушло восемь-десять лет. Женщина занялась торговлей ношеной одеждой и время от времени посылала родным 50 долл. Наконец, накопив 500 долл., в 1937 г. она основала собственную компанию по торговле коврами. Поначалу большинство основных поставщиков ее бойкотировали.

А конкуренты подали на нее в суд за нарушение законов честной торговли. Представ перед судьей Чейзом, женщина заявила: «Я плачу поставщикам 3 долл. за метр, ровно столько, сколько и Brandeis (другой магазин ковров). Они продают его по цене 6,99 долл. за метр, а я – за 3,99 долл. Скажите, неужели я должна грабить людей? Если вы вынесете судебное решение, я подниму цену до 4,99 долл. за метр». В зале присутствовали журналисты, которым понравилось ее выступление. А судья купил у женщины ковер за 1400 долл.! Конкуренты подавали на нее в суд четыре раза, но она выиграла все эти процессы.

В настоящее время компания, о которой я рассказываю, – крупнейший поставщик мебели и других товаров для дома. Она в два раза превосходит своего основного американского конкурента. Выручка единственного магазина компании достигает 160 млн долл., а прибыль до уплаты налогов – 18 млн долл. Площадь склада – 50 000 кв. м. [Сокращение.]

Пять или шесть лет назад эта женщина получила почетную степень Школы бизнеса Нью-Йоркского университета [сокращение], и вам вряд ли удастся когда-либо превзойти ее достижения. Если вы скажете ей, что размеры этой комнаты 38 на 16 метров, она тут же подсчитает, сколько в ней квадратных метров. А ведь миссис уже 97 лет. Она, ни на секунду не задумываясь, ответит, сколько ковров по цене 5,99 долл. за метр закуплено компанией и сильно ли они растягиваются. Она знает, каков налог с продажи и, возможно, сделает скидку, если вы ей понравитесь. Вот так-то. Она ведет дела еще быстрее, чем я говорю. Наша героиня продала мне свою компанию за 30 секунд. На встрече она сказала, сколько денег хочет получить. Она не проводила ревизий. Мне они тоже не нужны. Ее слову я верю больше, чем заявлениям Банка Англии.

Подобным образом мы заключаем все свои сделки. Плата юристам и бухгалтерам за 60-миллионную сделку (нам нужно было представить документы Комиссии по ценным бумагам и биржам и зарегистрироваться по правилам антимонопольного закона) составила 1400 долл. Договор был составлен на одной странице. Рядом с ее именем стоит пометка: «Миссис Б. от своего имени и по поручению детей». Ей принадлежало 20 % компании. Она назначила цену, и мы заключили сделку.

Так мы ведем дела. Обычно все решается на первой встрече. Мы не требуем гарантий и тому подобного.

Мы сотрудничаем с богатыми людьми, и нам остается только понять, будут ли они так же хорошо работать, продав бизнес. Надо выяснить, почему они это делают: потому что любят свой бизнес или потому, что любят деньги? Во втором случае, нам они ни к чему. Я не смогу дать им больше денег после того, как они получат плату за проданный бизнес.

Мы ищем увлеченных людей. Я бы сказал, что это главный секрет успеха Berkshire: мы умеем находить людей, которые, разбогатев, трудятся с еще большим усердием. Они не присылают нам на рассмотрение бюджеты компаний. Раз в год мы устраиваем собрание совета директоров, а потом собрание акционеров. Явка необязательна. Для нас главное, чтобы менеджеры хорошо управляли своими компаниями. И таких людей у нас немало.

Они перечисляют мне деньги. Это часть их работы. А моя работа заключается в том, чтобы распределять капитал. Менеджеры могут делать что угодно на своих кондитерских фабриках или в редакциях газет. Им не нужно изображать важных бизнесменов. Нам нравятся компании, которые зарабатывают деньги. Иногда мы им помогаем, иногда нет. Мы предпочитаем покупать прибыльные компании, а если это невозможно, приобретаем их по частям, то есть покупаем акции.

Одно из наших крупнейших владений – пакет из 7 % акций компании Coca-Cola, стоимостью 2 млрд долл. Тридцать лет назад мы с нашим председателем [имеется в виду президент Coca-Cola Дональд Кеф, который также председательствует в совете Университета Нотр-Дам] жили на одной улице в Омахе. Тогда он работал торговым агентом в фирме Butternut Coffee.