Битва, стр. 48
– Василий Лукич, времени нет, я звоню с трапа самолёта. Из Москвы в Крым улетаю.
– Счастливчик! – восхитился майор.
– В самолёте человек с гипсом на левой руке, в гипсе – камешки. Полагаю, криминал.
– Понял, – сразу сообразил майор. – Где самолёт садится?
Володя ответил – Симферополь, назвал номер рейса.
– Молодец. В Симферополе «тётя» встретит, только телефон не отключай. А я сейчас с крымчанами созвонюсь.
Выглянула стюардесса:
– Пора трап отгонять, заходите.
К самолёту за носовую стойку шасси прицепился тягач. Володя отключил телефон и шагнул в салон. Он увидел, что все уже расселись по местам, и Оксана призывно махала ему рукой.
Володя забросил спортивную сумку в багажный отсек над головой.
– Ты куда исчез? Я волноваться начала.
– Из клиники звонили, по больному вопросы.
– Ты в отпуске! Забудь о клинике, отключи телефон.
Да, как же! Телефон именно теперь и нужен.
Полёт проходил нормально. Из-за событий на Украине пилоты прокладывали курс над российской территорией. Это, конечно дальше и по времени дольше, но зато спокойнее.
А в Оксану как будто чёртик вселился. Она веселилась, начала тормошить Володю, пытаясь его рассмешить.
– Ты чего такой хмурый? Оставь все заботы, мы в отпуск летим, развеяться.
А Володя и рад бы, только вот отпуск теперь не казался ему таким безоблачным. И дёрнуло же его позвонить Гнибеде! Хотя… задержат в аэропорту этого жулика, а дальше раскрутить его и выявить связи – дело органов. Вопрос в другом: в Крыму силовые структуры поменялись, вместо СБУ, беспеки украинской, ФСБ. Вполне может быть, что отделы не укомплектованы, сотрудники не притёрлись. Но теперь – будь что будет.
Оксана угомонилась, уснула.
Вскоре самолёт пошёл на посадку. На лётном поле стояло несколько самолётов, и по расцветке – не только российских авиалиний.
Стихли двигатели, пассажиры зашевелились. Наиболее нетерпеливые поднялись со своих мест и двинулись к выходу, хотя трап ещё не подогнали.
И тут зазвонил телефон и на экране высветился незнакомый номер.
– Да, слушаю, Соколов.
– Добрый день, я по поручению Василия Лукича. К самолёту подгоняют трап, вы не торопитесь. Нам нужен человек с гипсом на левой руке, правильно?
– Да.
– Старайтесь не смотреть на него, мы возьмём его под наблюдение. Когда выйдете, идите не к зданию аэропорта, а сверните налево. Там, рядом с трапом, будет стоять машина аэродромной службы, жёлтого цвета. Я вас встречу.
Пассажиры уже стали выходить.
– Володя, чего мы ждём? – недоумённо спросила Оксана.
– Нам лимузин подадут, – пошутил Володя.
– Правда? – округлила глаза Оксана.
Они вышли последними. Человек с загипсованной рукой уже ушёл в толпе пассажиров.
Володя, неся спортивную сумку, осмотрелся.
Обстановка в аэропорту была рабочая. Сновали погрузчики, везя багаж пассажиров, буксировали самолёт за носовую стойку шасси тягачи.
Подъехал автомобиль жёлтого, аэрофлотовского цвета, с надписью на табло сзади «Следуй за мной» – на русском и английском языках.
Володя двинулся к нему, Оксана вцепилась в рукав:
– Нам же к зданию вокзала…
– Погоди, я сейчас.
Он подошёл к машине, за рулём сидел улыбчивый молодой парень.
Володя открыл дверь:
– Простите, вы не меня ждёте?
– Если вы Соколов. Паспорт можно?
Володя достал из кармана паспорт и отдал его мужчине для проверки. Тот быстро проверил и вернул паспорт назад. Но Володю заело:
– А теперь, пожалуйста, вы покажите свои документы.
Сотрудник удивился, но достал своё удостоверение и показал его Володе в развёрнутом виде, но из рук своих не выпустил.
Володя кивнул – фото было похоже.
– Садитесь, поговорить надо, – предложил сотрудник ФСБ. – Меня Петром зовут.
– Володя, фамилию вы знаете. Я не один, вон моя девушка стоит, она не в курсе всех событий.
– Понял. Хорошо, давайте и девушку, что же ей в одиночестве стоять? Вы где отдыхать хотели?
– Не знаю, на побережье где-нибудь. Ялта, Феодосия – мне всё равно.
Володя подошёл к Оксане:
– Прости, ждать заставил. Идём.
– Это твой лимузин?
– Нет, до аэропорта доехать.
Машина была слишком приметной, чтобы на ней ехать в город. Наверняка у спецслужб имелся автомобиль, с виду неприметный, но с форсированным мотором.
Так и получилось.
Машина подъехала к служебным помещениям, и Пётр передал ключи водителю аэропорта.
Они прошли на привокзальную площадь, где Пётр подошёл к украинскому «Богдану», фактически вазовской десятке.
– Устраивайтесь! – и распахнул заднюю дверь.
В это время у Петра в кармане зашипела и пискнула рация. Он отошёл в сторону, поговорил и, вернувшись, уселся за руль. Повернулся к Володе:
– Наш общий знакомый направился в Ялту. Надеюсь, вы не откажетесь отдохнуть в этом чудесном городе?
Оксана слова про общего знакомого пропустила мимо ушей, а вот упоминание о Ялте ей понравилось. Она захлопала в ладоши:
– Ялта, Ялта! Хочу в Ялту! Никогда там не была…
Володя сам был в Крыму в первый раз. Но коли полуостров вернулся в отеческое лоно, почему бы и не отдохнуть?
Пётр выехал с площади и выбрался за город. По шоссе была проложена троллейбусная линия, шли троллейбусы, и Володе было странно видеть «рогатых» на загородной трассе.
Полтора часа пути – и впереди показалась Ялта, за нею – море. Солнечные лучи, отражаясь от морской глади, зайчиками скакали по волнам.
– Ой как здорово! – Оксана была восхищена.
В Петербурге море тоже наличествовало, но большей частью оно было холодное, суровое, даже цвет воды был другой. А тут солнце, воздух насыщен запахами моря, горы, зелень – всё настраивало на благодушный отпускной лад.
Пётр подъехал к отделению полиции, через местных полицейских нашёл хорошую комнату недалеко от моря, отвёз туда Володю с Оксаной и помог перенести сумку.
– Не прощаюсь! Думаю, сегодня увидимся, – и уехал.
У Володи кошки заскребли на душе. Он ехал отдыхать, но по всему выходило, что ему придётся большую часть времени заниматься помощью ФСБ. Спецслужба занималась не только поимкой шпионов или борьбой с террористами – совместно с полицией сотрудники выявляли контрабандистов и фальшивомонетчиков, поскольку их деятельность влияла на экономическую безопасность государства.
Оксана о тревогах Володи не подозревала и была рада тому, как всё складывалось. Едва развесив вещи и переодевшись, она заявила:
– Есть хочу, как волк! Идём в какое-нибудь кафе, а потом на пляж. Искупаться хочу!
Узнав у хозяйки дома дорогу, они посетили кафе. Кормили здесь вкусно, а цены были ниже питерских. На обратном пути зашли на местный базарчик, и здесь цены их тоже приятно удивили, а от изобилия фруктов разбегались глаза. Купили клубники, черешни – всё только что сорванное, вкусное. Местные, что торговали на базаре, говорили интересно, на суржике – смеси украинской мовы и русского языка.
В комнате Оксана переоделась и начала вертеться перед зеркалом.
– Ксюша, никакого макияжа. Ты в воду зайдёшь, и от причёски ничего не останется. Так что не трать время попусту.
– Ой, я крем от загара забыла, как бы не сгореть в первый же день.
Недавно приехавших на побережье было видно сразу: кожа у них была либо бледной, либо красной, обгоревшей, а вот прибывшие несколько дней назад уже загорели. С этой точки зрения на пляже были сплошь приезжие. Из местных – только загоревшие дочерна мальчишки.
Народу на пляже было полно, но место нашлось быстро.
Скинув лёгкую одежду, Оксана с Володей бросились в воду. Она была тёплая, ласковая, не то что Балтика.
Наплававшись вдоволь, загорать они не стали. Володя обычно не обгорал, но Оксана опасалась.
Они прошли по знаменитой набережной, Оксана купила крем, после чего отправились на съёмную квартиру. Купание и пешая прогулка вызвали аппетит, и они уничтожили клубнику и черешню.