Битва, стр. 42
Толкачёв ухитрился сделать в управлении порта несколько ксерокопий плана порта, которые раздал сотрудникам, и отряд людей в чёрной униформе разбежался по территории.
Володе Толкачёв вручил рацию.
– Пользоваться умеете?
– Первый раз в руках держу.
– Если идёт вызов, нажимаете эту кнопку. Когда говорите, держите нажатой вот эту. Отпустите – слышно, что говорит абонент. С вами будут связываться оперативники.
Не успел подполковник объяснить Володе правила пользования рацией, как пошёл первый вызов.
– Отвечайте, отвечайте…
Володя нажал кнопку:
– Слушаю.
– Доктор, к первому причалу, там все собраны.
Володя сверился с планом – причал был недалеко.
Добрался он быстро. Строительство порта закончили недавно, планировка его была удобной и продуманной. Это в старых портах можно заплутать среди закоулков, пакгаузов и служебных зданий. Порты увеличивались, росло количество служб, строились всё новые здания, и старые порты теперь выглядели хаотично.
Работающих докеров и крановщиков оказалось немного, два десятка. Люди возмущались, что их оторвали от работы.
К Володе подошёл оперативник:
– Док, командуйте.
– Все построились в одну шеренгу на дистанции вытянутой руки, – попросил Володя. – Пять минут – и все разойдутся.
Построились быстро. Володя шёл позади шеренги, возле каждого останавливался, считывая мысли.
Проверка прошла быстро. Все были работягами, никаких задних или криминальных мыслей он не услышал.
– Спасибо, все свободны.
Рабочие разошлись по своим местам.
Силовики из группы антитеррора ухмылялись. Если это эксперт, то уж очень мистикой попахивает, оккультизмом, даже шаманством. Но оперативник, возглавлявший группу силовиков, был серьёзен: он уже видел Володю в деле, вместе с ним доставал из канала контейнер со снарядом.
Внезапно вдалеке хлопнуло два выстрела. Силовики насторожились – запахло боевыми действиями.
– Это не наши, – сказал их командир. – У наших «Вал», лупит беззвучно.
Володя прикрыл глаза, и перед ним сразу возникла картинка: террорист в форме сотрудника ЧОПа убегает по контейнерному терминалу, отстреливаясь из табельного «ИЖа».
– Надо туда, там их двое, и они вооружены! – попросил оперативника Володя.
– Вперёд, оружие к бою! – скомандовал оперативник силовикам.
Бегали силовики, как лоси. Оперативник отстал немного, а Володя – вообще на позорное расстояние, метров пятьдесят-семьдесят: сказывалось отсутствие каждодневных физических тренировок.
Для силовиков бег и прочие занятия – штанга, борьба, стрельба – непременные условия выживания, победы над врагом. А для Володи – борьба с болезнью, за пациента – больше мыслительный процесс. Но он добежал, отдуваясь.
Силовики откровенно ухмылялись.
– Идём. И пусть рядом со мной будет командир силовиков и снайпер.
Оперативник отдал команду. Справа от Володи, держа в руке пистолет «ПСС», бесшумный, пробивающий насквозь бронежилет, шёл старший лейтенант. Слева, с «Валом» в руках, пристроился снайпер. Винтовка была мощная, девятимиллиметровая и тоже бесшумная. Зачем устраивать в порту пальбу, будоражить людей?
– Командир, как зовут? – спросил Володя.
– Величай Колуном.
Это было боевое прозвище. На спецоперациях бойцы назывались ими – и по рации, и в живом общении.
Двинулись вперёд. Володя периодически замирал на одном месте и закрывал глаза. У третьего прохода сказал:
– Влево, сейчас будет один с оружием.
Снайпер повернулся налево и, когда показалась тень, выстрелил. Раздался только щелчок сработавшего затвора.
К неподвижной тени бросился силовик. Держался он грамотно, в стороне от директрисы. Если террорист только ранен и откроет ответный огонь, снайпер сможет добить его выстрелом, цель не будет закрыта сотрудником.
Тот вернулся, неся в руке «ИЖ» – пистолет для гражданских ведомств, с укороченным патроном от «макарова».
– Наповал, – сообщил он.
Они снова двинулись по проходу. Контейнеры стояли друг на друге в два уровня и для удобного проезда автопогрузчиков были разбиты на сектора. Освещение было с двух высоких мачт, но в проходах сумрачно.
Они миновали четвёртый, потом пятый проход, и Володя вскинул руку, указывая вправо:
– Стрелок!
Снайпер резко развернулся – над верхним контейнером показалась голова неизвестного. Тут же раздался щелчок, и голова исчезла.
– Ни фига себе! – восхитился командир. – Парень, как это у тебя получается?
– Поставишь коньяк – поделюсь, – пошутил Володя.
И они снова двинулись вперёд. Территория контейнерного терминала огромна, площадью несколько квадратных километров. И – тысячи контейнеров. У Володи ещё мысль мелькнула: как они их не перепутают? Понятно, на каждом есть номера, но всё же…
Только они шагнули к следующему проходу, Володя приказал:
– Стоять! Справа, в кабине козлового крана снайпер.
Старлей не поверил Володе или решил проверить. Он снял стальной шлем-сферу, нашёл кусок металлической проволоки, нацепил на него шлем и осторожно приподнял. Справа негромко хлопнуло, и каска дёрнулась. Командир снял её с проволоки – на каске красовалась сквозная пробоина.
– Метко стреляет, сволочь! Или СВД с глушителем, или «иностранка».
Для армейских СВД выпускались глушители, однако патрон был мощный, и глушитель полностью звук не глушил, как у «Вала». Для условий боевых действий на поле боя такой глушитель вполне годился, но сейчас он всё равно демаскировал стрелка.
– Маруся, обойди его сзади, он твой.
Один из силовиков побежал назад и скрылся в поперечном проходе. Силовики стояли, выжидали.
Володя прикрыл глаза.
– Колун, или как вас там… Стрелок в кабине крана, лежит на полу. С левой стороны кабины он будет виден через стекло.
Старший взялся за рацию и передал данные Марусе.
«Странно, – подумал Володя, – имя женское, а носит его мужик здоровый. По каким критериям боевые клички подбирают?»
Через несколько минут рация зашипела.
– Маруся – Колуну. Объект – «двухсотый».
Звука выстрела никто не слышал.
Через несколько минут «Маруся» вернулся, неся в руке СВД с глушителем.
Володя прикрыл глаза и сосредоточился: всё. На территории терминала есть люди, но безоружные: грузчики, крановщики, водители погрузчиков.
– Колун, чисто. Гражданские есть, но они безоружны и угрозы не представляют.
– Док – вроде так тебя называют? Переходил бы ты к нам, а? Тебе ведь цены нет в условиях городского боя. Чего тебе штаны в управлении протирать?
Из силовиков уже никто не ухмылялся, бойцы смотрели выжидающе: со сверхъестественными способностями человека они реально столкнулись впервые. Это не по телевизору смотреть на привороты самозваных колдунов чёрной и белой магии, гадалок, шаманов и предсказателей.
– Да я в управлении не работаю, так сказать, вне штата.
– Ну да! А кличка – Док?
– Доктор я, это сокращённо.
– Понятно.
Но Колун был явно ошарашен и изумлённо покрутил головой:
– Парни, подбираем «двухсотых» – нечего работяг пугать – и несём их к автобусам. Дрон, сообщи по рации, пусть труповозку вызывают.
По рации, лежащей в кармане Володи, раздался вызов. Володя нажал кнопку и поднёс рацию к уху.
– Что у вас?
– Три «двухсотых».
«Двухсотыми», или «грузом двести», на армейском жаргоне называли убитых.
– Пострадавших нет?
– Обошлось.
– С оперативниками подойдите к таможне, похоже, мы кое-что нашли.
Лицо встретившего их подполковника выражало удовлетворение.
– Есть два контейнера, стоят рядом в двадцать втором секторе. Три месяца без движения, и, главное, документов на них нет. Подозрительно, надо проверить!
– Может, груза для них нет? – засомневался оперативник.
– Вот здесь ты не прав, контейнеры нарасхват идут. Берём таможенника – мало ли: глюк у компьютера, пломба может стоять. А так – вскрываем и смотрим. Номера контейнеров переписаны.