Дом скитальцев (рис. Н. Васильев), стр. 46
- Рассказывай скорее! - взмолилась Ник.
Глор рассказал. Ник слушала его и постепенно становилась серо-коричневой. Здесь не бледнели, а темнели: коричневая кровь приливала к коже.
- Так прямо Тачч и сказала? - спросила она. - Ах и ах, Глор… Она знала, заранее знала! Тебе расставили ловушку.
- Она отличный, опытный инженер, не то что я.
- Нет, - сказала Ник, - нет, Глор. По инженерной смекалке ты ей не уступишь. Только зная заранее, Тачч могла догадаться. Расчетчики действительно не ошибаются…
- Но клянусь антиполем, зачем Расчетчик станет подлавливать какого-то монтажника?! Он может и так…
Действительно, Расчетчику достаточно распорядиться, чтобы любого взяли под стражу и начали следствие.
- Он-то может… - угрюмо сказала Ник. - А Тачч?
- Она сделала то, что обязан был сделать я. Прикинула траектории камней и увидела…
- …Понимаю. Почему она стала прикидывать? Почему она усомнилась в Расчетчике?
- Она лет тридцать работает на монтаже. В ее практике и не такое небось бывало.
- У тебя на все есть ответ, - сказала Ник.
- Ах и ах, если бы на все… Да, вот что еще: желал бы Расчетчик меня утопить, мы бы сейчас здесь не сидели. Пита ведь пришибло на моем участке, а? Пожалуйте-де к ответу, господин помощник заместителя, почему вы сами спрятались, а казенное имущество бросили?.. А с Тачч я потолкую.
- Нет, - сказала Ник, - я не хочу.
- Почему?
- Она жуткая. Ты посмотрел бы, какие у нее глаза. Будто она постоянно думает о…
- О чем?
- Не знаю. Об убийстве. У нее безжалостные глаза.
- Ко мне она всегда была добра, - сказал Глор.
- Этого я боюсь больше всего. Помнишь, как она тебя поздравляла с назначением? Б-р-р… Ты ей зачем-то нужен.
- По-моему, ты ревнуешь.
- Нет, - сказала Ник, открывая дверь ванной. «Кислый вихревой душ - лучшее средство для очистки кожи и восстановления сил», как утверждает реклама…
Глор выдвинул из стены верстачок и принялся за модель корабля. Все монтажники строят модели. Полезнее занятие, весьма помогающее в работе. Орудуя крошечным молекулярным паяльником, упираясь лбом в нарамник микроскопа, Глор думал. Раньше он не думал за работой. Было удовольствием сидеть на высоком табурете, расставлять по памяти, безошибочно, крошечные детальки, вдыхать залах горячей пластмассы. А теперь все шло насмарку. Когда в капитан-автомате заработала батарейка и он замигал огоньком готовности, совсем как настоящий, Глор не ощутил удовлетворения и бросил паяльник.
Ник лежала на полу, постукивая ботинком. Любимец Пути бегал вокруг нее на четырех лапках, а передними, хватательными, ловил то ботинок, то руку. В ванной тихо возился робот-уборщик. Сквозь полупрозрачные стены пробивался утренний свет, понемногу гасли осветительные панели.
Все это не было реальным. Стену и потолок делала пополам тень соседнего дома, и это тоже не было реальным, как и смутное воспоминание о том, что на Земле они регулярно впадали в оцепенение, именуемое сном. Реальней была только опасность.
Он опустил глаза к модели. Растерялись, трусите, спрятались, - мигала огненная булавочка. Глор выключил батарею. Раскрыл коробку с деталями и поймал пинцетом зеленый конусок - «дюзу главного двигателя». Поставил ее у стенки торчмя, как солдатика. Проблема номер первый - задание Учителя, схема перчаток. Прекрасное задание, если знать, как его выполнить… Рядом поставил вторую дюзу - это был кург Нурра, с которым, хочешь не хочешь, надо возиться дальше. Третья дюза изображала Расчетчика.
Успокаивая Ник, он твердо знал, что сверхмозг не ошибался, а хотел с ним расправиться. Нечто странное промелькнуло еще в разговоре с Первым Диспетчером. Неужели Расчетчик успел пронюхать, что Глор более не Глор?
Он подумал даже, что Мыслящие подслушали их разговоры в Башне, но усмехнулся и покачал пинцетом. Они глухи и слепы, и в этом - главная трагедия Пути. Балоги не умирают, но становятся глухими, слепыми, неподвижными кристалликами. Нет, пока еще никто не знает. Догадываются ли - вот вопрос…
«Интересно, хватит ли мне конусочков? - подумал Глор и поставил четвертый. - Госпожа Тачч. Каковая, несомненно, ждала от Расчетчика подвоха и почему-то пожелала спасти его, Глора. Почему? Она предупредила его и спасла, рискуя собой. Ведь сомнение в правоте Расчетчика толкуется как неповиновение».
Четыре солдатика стояли в ряд. Четыре неразрешенных вопроса - многовато за половину суток… Причем один надо решать срочно… Глор выдвинул из ряда второй конус, обозначающий Нурру. «Пока его не поймали - а рано или поздно Охрана доберется до него, - с кургом надо кончать. Вернее всего - убить, - жестко подумал Глор. - Вот цена сентиментальности. Неуместная жалость, вот чем она кончается».
Глор встряхнул коробку. Пустые разговоры, пустые сомнения. Все упирается в «посредник». Это единственная проблема. Добыть «посредник» и пересадочную инструкцию.
Обладая «посредником», они выручат Нурру из тела животного и обезопасят себя. Они станут другими балогами и уйдут от коварных затей Расчетчика. И начнут погоню за схемой перчаток. Надо срочно, немедленно добывать «посредник». Тень ужаса опять мелькнула перед ним, как и тогда, когда он думал о пересадке сознаний. Он потряс коробку. Детальки весело загрохотали. Любимец Пути подбежал к нему - просился поиграть.
Глор повернулся к Ник:
- Слушай. Нам приказано отдыхать еще двое с половиной суток. До-моему, сейчас некогда отдыхать…
- Продолжай, - сказала Ник.
- Вот госпожа Тачч. Она к нам расположена. Знакомства у нее широкие. Начнем-ка с нее.
- Ты думаешь о химиках?
- И о химиках. Надо же с чего-то начинать.
- Ей нельзя верить, - сказала Ник.
- Во имя Пути, да что ты против нее имеешь? - спросил Глор. - Спокойная, доброжелательная, услужливая…
- Она похожа на чхага.
- Вот как…
- Я понимаю, - пробормотала Ник. - У меня нет ровно никаких… Ты же сам говоришь - она загадочная…
Она была смущена. О чхагах не полагается говорить. Разве что грубиян, ругатель вроде Нурры, облает «чхагом» другого грубияна… Но Глор вдруг заметил:
- И очень бы неплохо…
- Что-о? - удивилась Ник, а Глор пояснил кратко:
- «Посредник».
Приглашение
У кого, как не у чхагов, есть «посредники»? Эти слова произнес сам Глор вчера вечером. Но лишь сейчас он задумался: а зачем, собственно говоря, чхаги воруют тела?
Прежде это казалось недостойным размышления. Чхаги, или трамбира, орудовали на всех планетах Пути и, как любые воры, похищали ценности. А ценностью всегда является то, чего не хватает. На планетах Пути не хватало живых тел - они умирали, оставляя Мыслящих. Поэтому тело, годное для Мыслящего, представляло величайшую ценность, и вся система Пути была построена для поиска живых тел. Мыслящие зачислялись на очередь для погрузки в корабли, а живые строили корабли и отправляли их в Космос на поиски тел. На планетах Пути одна очередь была денежной единицей. Заработав сто очередей, вы продвигаете своего покойного родственника на сто мест в очереди на погрузку в корабль, либо на освободившееся тело преступника.
Иными словами, здесь каждый был заинтересован в том, чтобы корабли выходили из эллингов, а преступники совершали злодеяния. Поэтому преступлениями считались самые пустячные провинности, вроде нарушения правил уличного движения. Глору и Ник наказание грозило трижды. За «потерю себя» - за то, что они позволили Севке и Машке захватить их тела и разумы, - полагалось «распыление». Высшая мера наказания, с уничтожением Мыслящего. За помощь Нурре - каторга в теле курга либо ссылка в Мыслящие с отдаленной очередью. Ну, и история с испытаниями. Мелочь…
«Зачем, однако, чхаги похищали тела? Понятно еще, если для своих Мыслящих, для родственников. Но чаще они „работали“ за деньги - за очереди. Здесь первая неувязка, - рассуждал Глор. - Кто станет платить очередями - законным правом на тело - за то же самое тело, полученное преступным путем?»