И так бывает (СИ), стр. 57

— Сестру? — впал я в ступор.

— Это я Макиаль. Ты не помнишь?

— Извини, — растерянно пожал я плечами.

— Зеран мне сказал, что ты потерял память. Теперь вижу, что это так. А я вот решила приключениями разжиться, дура.

— А ты самокритична, — усмехнулся я, глядя на сморщенный носик, своей сестры.

— Ты старше или младше меня?

— Старше, — развеселилась она. — Хотел покомандовать, младший братик?

— Оно мне надо?

— Странная у тебя компания.

— Это моя семья.

— Да? Очень интересно.

— Поговорим позже, надо уходить, — охладил наш настрой Зеран.

— Зевур хватай Ланку. Макиаль, лошади у амазонок есть?

— Есть. Пошли. И зови меня Маки, а то я себя чувствую очень странно, когда ты меня полным именем называешь.

— Даэ, скоро они проснуться? — Я только развел в сторону руками. Понятия не имею.

Скакали до тех пор, пока не стали сползать с лошадей от усталости. Отпустили животину пастись, а сами завалились спать, где упали. Интересно, как теперь будут жить амазонки? Очень надеюсь, что все изменил в лучшую сторону.

Глава 32

'Для того, чтобы понять женщину, нужно ею быть'.

— Пока завтракаем, может, поговорим? У меня море вопросов. — Вообщем то она похожа на меня. Наверное, и, правда, сестра. Дома и разберемся, кто есть кто. Мда, а ведь самозванец то я.

— И что же ты хочешь знать?

— Все.

— Все, это слишком долго. Спрашивай, а я отвечу.

— Ладно. Значит, ты говоришь, что моя сестра. Почему ты во дворце не осталась? Неужели легко и просто, смогла смыться от туда?

— Не просто, но я все-таки принцесса. А сам то?! Три года назад тоже удрал, 'мир посмотреть'. И как, насмотрелся?

— Вот только язвить не надо. Ты с этими полоумными девками жила. Над рабами нравилось издеваться?

— Что!? Да у тебя у одного было двое рабов! Ты сам над ними издевался постоянно. Хотя знаешь, что мы все против рабства!

— Чего?! Я сам рабство ненавижу. А ты…

— Знаю я, как ты его ненавидишь. Только и знал, что наказывать их, — мы уже не разговаривали, а орали стоя друг против друга.

— Даэ успокойся, — обнял меня Зеран, гася все мою ярость. Ой, и, правда, чего это я. Это ведь был тот принц. Я совсем другой.

— А тебе Макиаль должно быть стыдно. Ты старше, и к тому же он потерял память.

— Прости Эрг, что-то разошлась я не вовремя. Где ты пропадал три года? Можешь хоть что-то рассказать?

Тяжело вздохнул, пришлось рассказывать, все, что я помню с момента моего пробуждения.

— И я больше чем уверен, что меня хотели убить, мне просто повезло. Не исключено, что это сделал кто-то из приближенных.

— Не обижайся Эрг, но раньше ты был очень жестоким. Это сейчас я смотрю на тебя и удивляюсь, словно ты очистился от черноты. Странно, но мне ты таким больше нравишься, братишка. Я рада, что ты жив. У прежнего тебя было много врагов, а друзей не было.

— Ты забыла, что мой враг не так прост. Владыка светлых, это тебе не хухры мухры.

— Он всегда ищет повода, что бы развязать войну. Ай, это ты с братом поговори, он больше знает, наследник ведь. Ой, — и испугано прикрыла рот.

— Ты чего? — удивился я.

— Прости, сразу трудно привыкнуть к такому тебе. Ты всегда бесился, что Келив старший и наследник.

— Чем больше узнаю о себе, тем муторнее мне становится. А отец и мать, как ко мне относятся?

— Наша мама любит всех и очень добра, а отец… Он, конечно, был недоволен твоим поведением, но все три года тебя искали, правда, негласно. С постоянным провокациями светлых, объявить во всеуслышание, что пропал принц темных, это значит, в открытую объявить на тебя охоту. Да ты и сам это понимаешь.

— Понимаю.

— Меня другое волнует, что ты печать вскрыл.

— Это ты о чем?

— Печать накладывается при рождении на наследников по мужской линии. Достигнув трехсотлетнего возраста, она сама раскрывается. А ты в свои сто пятьдесят, раскрыл. Контролировать не умеешь, это очень опасно.

— Уже умею, но не все, конечно. Будет возможность, научусь.

— Научишься, просто очень рано. А крылья у тебя очень красивые, завидую.

— А у тебя, они какие?

— У меня? Хм, У меня, их вообще нет. И ипостась у меня отличается от твоей.

— Ты же моя сестра? Или нет?

— Сестра, но я не мужчина. Женская ипостась очень похожа на вампирскую. Может только скорости чуть побольше и силы, но это действительно, совсем чуть-чуть. Остальные темные эльфийки, намного слабее меня, все- таки королевская кровь дает свое преимущества.

— А боевая ипостась, у всех темных эльфов такая же, как у меня?

— Ну да, но на всякий случай покажись.

Пришлось показывать.

— Ни чего нового. У всех такая, — я с облегчением вздохнул, — Только не пойму, почему у тебя на спине такая большая татуировка. У отца с братом, она совсем маленькая, и посередине третей полосы нет.

Я застонал в голос. Это кошмар какой-то.

— Да и завитушки у тебя отличаются на ней. Странно, но красиво, — продолжала сестра, совершенно не замечая моего кислого выражения лица.

— Значит, к драконам все равно топать придется, — грустно подытожил я. — А я то обрадовался, что это для крыльев. Получается, крылья есть и отца и у брата?

— Да есть.

— А у вас с мамой нет.

— Нет.

— Значит я почти особенный, но не совсем. Хоть это радует.

Разговор мы продолжили, будучи на лошадях, неторопливо шагающих по степи.

— Эрг, а зачем тебе дети? — зашептала поравнявшаяся со мной сестра.

— Считай, что это мои дети, — так же тихо ответил я.

— Ты еще молодой. — Таким заявлением она вызвала мой смех.

— Я так не думаю, к тому же мой супруг то же так считает. Правда, Зеран?

— Правда, — подмигнул мне он.

— Так это правда, что вы супруги? А я не поверила, когда Зеран мне об этом сказал. Ой, что теперь дома твориться будет. Обязательно хочу это увидеть.

— Хочешь, еще больше удивлю?

— Куда больше то? Ну, я не против, давай.

— Зеран — демон.

Картина маслом, приплыли. Оказывается, она может так сильно расширять глаза, даже я за их целостность испугался.

— Маки, ты дыши, давай. Эй, — пощелкал я пальцами возле ее лица. Ожила. Всегда помогает.

— Не может быть…

— А почему не может? — спрашиваю ее, а сам смотрю как Зеран, уже весь согнулся от сдерживаемого смеха.

— Демоны же огромные, а Зеран, он почему — то темный… и я не понимаю,… как демон связал жизнь с тобой…ой

— Зеран хорош, ржать, не видишь ребенок в шоке. Мне вот пугает, как мои папик с маман на это отреагируют. Да еще же и братик старший, небось, тоже повоспитывать возьмется.

— Макиаль, прекращай глазами хлопать. У меня странная семья, супруг — демон, дети — оборотни, и один из них человек. Еще у меня долг, весит на черных пантерах, а две белые называют меня хозяином. Так, что все пучком. Для меня намного страннее было, что у меня будет второй муж, и я летать умею, — почти на одном дыхании выдал я, ошарашенной сестренке.

Пока я говорил, у нее челюсть от удивления опускалась все ниже и ниже, глаза все расширялись, хотя я не знаю, куда уж больше. А мои спутники уже гоготали в открытую. Скрестив руки на груди и изобразив, что дуюсь, снисходительно смотрел на происходящее.

Минут через десять, сквозь болезненные всхлипы от смеха, услышал, охрипший голос сестры.

— Эрг, ты нечто. Столько нового и необычного.

— Зеран, впереди горит костер, там кто-то остановился на ночлег, — прервал нас Зевур. Вот же совсем забыли, где находимся.

— Орки, — определила Маки.

— Это плохо, — выдохнул Зеран.

— Почему? — опередил меня, Серел.

Зеран с сестрой переглянулись. Не нравятся мне их переглядывание, ой как не нравится.

— Орки кочевой народ, степи. У них в основном мужская компания, — продолжать она не стала, замялась.

Тяжело вздохнув, эстафету ответов взял Зеран.

— Они любят парней.