Ночная школа, стр. 35

— Не стоит, — прошипела Джу.

Элли вернулась к своему фолианту и стала читать его, медленно перелистывая страницы, но ее мысли постоянно вертелись вокруг того, что Джу только что ей поведала.

Не утерпев, она наклонилась к подруге и спросила:

— А девочки там есть?

Джу со значением посмотрела на нее.

— Возможно, Джулия, — беззвучно, одними губами сказала она. — И Рут.

У Элли от удивления снова расширились глаза.

— Не может быть… — выдохнула она, не зная, верить подруге или не верить.

Джу подняла правую руку:

— Клянусь Богом!

После этого они около получаса работали в полной тишине, нарушаемой лишь шелестом страниц. Потом, совершенно неожиданно, Элли вновь вскинула голову.

— По крайней мере это объясняет реакцию Картера, — сказала она таким тоном, как если бы их с Джу беседа не прерывалась ни на минуту.

Ее слова определенно заинтриговали Джу:

— Какую реакцию? Где? Когда?

Элли коротко рассказала о своих приключениях на втором этаже, когда Картер вывел ее оттуда.

— Интересно… — протянула Джу, когда Элли закончила. — Я и не знала, что они встречаются в здании. Да еще днем. Это довольно странно.

Элли, принявшаяся было по привычке вертеть ручку в руках, запачкала чернилами ладонь. Тихо выругавшись и потянувшись за носовым платком, она осведомилась:

— А чем они вообще занимаются в этой своей вечерней школе?

Джу, не поднимая глаз от книги, буркнула:

— Представления не имею.

Элли, продолжая стирать с руки чернила, прошептала:

— У меня всегда было ощущение, что Картер знает, что к чему. И это объясняет его поведение.

Джу украдкой на нее посмотрела:

— Ну, что еще? — спросила Элли, склонив голову набок.

— Ничего.

Элли взялась было за ручку, но Джу продолжала смотреть на нее.

— В чем дело-то? — снова спросила Элли, и по-приятельски толкнула Джу в плечо, после чего они обе рассмеялись.

— Скажем так, я хотела полюбопытствовать, что у тебя с Картером…

Элли сразу перестала смеяться.

— А что у меня с Картером?

— Не знаю, потому и спрашиваю. Но он вечно тебя подкалывает, а бывает, что просто дерзит.

— Да, на него иногда находит, — сухо сказала Элли. — А все потому, что он псих.

— Ну это ты зря. Картер — совершенно нормальный парень. Но меня больше интересует манера, в какой он до тебя докапывается.

Эли нахмурилась:

— Не понимаю о чем ты, Джу.

— Да так, ни о чем, в сущности. Просто поначалу я какое-то время думала, что вы понравились друг другу, а теперь мне вдруг стало казаться, что вами овладела сильная взаимная неприязнь, чуть ли не ненависть.

Элли пожала плечами:

— И такое случается.

— Гм… — В тоне Джу ясно слышалось сомнение.

— Никаких «гм» по этому поводу быть не может, — сказала Элли. — Помимо всего прочего, он любит командовать и говорить мне, что я должна делать и чего не должна. Конечно, парень он симпатичный, не спорю, но мне не нравится.

Джу нарисовала у себя в тетради веселую рожицу, потом добавила ей зловещести и пририсовала раздвоенный язык.

— Надеюсь, ты слышала, что мы с Гейбом говорили относительно Картера?

Элли согласно кивнула:

— Ну так вот. Все это была правда. Но что самое интересное, после твоего приезда в Киммерию Картер здорово изменился и я его больше ни с одной девчонкой не видела.

Элли широко улыбнулась:

— Да что ты говоришь? Целых две недели? Какое самоотречение! Похоже, он действительно влюбился в меня без памяти.

После этой фразы они снова захихикали, и хихикали довольно долго.

— Есть и другие новости, куда более интересные. По крайней мере, для меня, — отсмеявшись, сказала Элли. — Сильвиан предложил мне встретиться с ним завтра после обеда. Не знаю, как ты, но я называю это свиданием.

— Похоже на то, — ухмыльнулась Джу. — Так что забудь обо всем, что я наговорила тебе о Картере. Это все глупости. Сейчас меня куда больше волнует тот факт, что ты можешь стать девушкой, обольстившей самого Сильвиана. Да все наши девицы с ума сойдут от ревности, узнав об этом.

— Иными словами, станут относиться ко мне еще лучше. — В тоне Элли ясно проступали саркастические нотки, но Джу с видом умудренной жизнью женщины покачала головой.

— Если Сильвиан станет твоим бой-френдом, они не осмелятся даже голос на тебя повысить. Как шелковые станут.

Прежде чем Элли успела спросить, что она хотела этим сказать, Джу деловым голосом заявила:

— Нам нужно написать около полутора тысячи слов до обеда, до которого, между прочим, осталось… — Тут она глянула на свои изящные золотые часики… чуть больше трех часов.

— Фашистка! — воскликнула Элли. Но Джу уже строчила в своей тетради, как автомат.

За обедом все разговоры велись вокруг нового слуха: учащимся якобы не запрещается покидать здание академии и прогуливаться по территории, но «в разумных пределах». Проблема заключалась в том, что никто точно не знал, как толковать это самое «в разумных пределах».

— Может, это следует понимать так: гуляйте на здоровье, но только не приносите с собой трупы? — поинтересовалась Лайза, отбрасывая назад свои длинные светлые волосы.

— В прошлый раз обошлось без трупов.

Элли показалось, что голос Гейба прозвучал излишне резко.

Лайза лишь пожала плечами и принялась за салат.

— Уверен, что никакой опасности нет, — сказал Фил спокойным размеренным голосом, даже, пожалуй, слишком спокойным. — Но лично я собираюсь после обеда обосноваться в комнате отдыха.

— Кстати, я тоже, — быстро добавил Гейб.

— Кто угодно, но только не я. Мне осточертело сидеть в четырех стенах.

Джу произнесла эти слова с нарочитым вызовом, избегая при этом встречаться взглядом с Гейбом. Он, наоборот, хотел заглянуть ей в глаза, но она смотрела на кого угодно, но только не на него, деля вид, что не замечает его.

— Джу… — В тоне Гейба ясно слышались командные нотки, но она мгновенно наградила его взглядом из серии «не тронь меня».

— Так что ты хотел сказать?

— Ничего. — Отшвырнув салфетку, он отодвинул стул и встал из-за стола, пробормотав: — Совершенно не хочется есть. Что-то ничего не лезет в горло.

С этими словами он, не оглядываясь, быстрым шагом вышел из обеденного зала.

За столом на минуту установилось тягостное молчание. Все старательно делали вид, что не заметили неприятной сцены. Элли краем глаза видела, что Фил и Лукас быстро обменялись взглядами.

Рут попыталась отвлечь внимание обедающих от случившегося, начав рассказывать историю о проведенном ею научном эксперименте, но скоро, поняв, что ее никто не слушает, замолчала.

— Я тоже наелась. Пойдем погуляем, — обратилась Элли к Джу.

Джу благодарно улыбнулась ей, взяла ее под руку, и они вместе двинулись к выходу. Когда они отошли от стола на достаточное расстояние, чтобы никто не мог их подслушать, Элли спросила:

— Ну и что все это значит?

Джу не ответила. Лишь когда они прошли по коридору пару десятков футов, она остановилась и с горечью в голосе произнесла:

— Гейб явно не хочет, чтобы я выходила из здания, поскольку, кто бы что ни говорил, считает, что за пределами школы небезопасно. Но при этом он начинает вести себя, как папаша, который лучше знает, как поступать его доченьке. А я этого терпеть не могу. У меня уже есть два родителя, которые всю жизнь давили на меня, и третьего мне не нужно.

Она пересекла огромный холл так быстро, что Элли временами приходилось переходить на рысь, чтобы догнать ее. Добравшись до двери, Джу решительным движением распахнула ее, и обе девочки застыли в дверном проеме наверху лестницы.

— Хм… — пробормотала Элли, окидывая взглядом окружающее пространство и невинное голубое небо над головой. — Не знаю, как тебе, а мне обстановка кажется совершенно спокойной и безопасной.

— Очень надеюсь, что это не так, — сказала Джу. — Кто умрет последней, считается проигравшей.

Рассмеявшись, они сбежали по лестнице и устремились к газону, где несколько минут отплясывали дикарские танцы, радуясь свободе и свежему воздуху.