Пылающее небо (СИ), стр. 2

         - Мелкая, - рычит командир.

         - Я! - встаю по стойке "смирно" и с самым преданным видом таращусь на бинокль, висящий на широкой командирской груди.

         - Ну, Мелкая, - выдыхает отец-радетель, - еще раз отстанешь, отправлю в бабское отделение.

         А вот это уже серьезно. Не для того я в отряд пробивалась, чтобы обратно на кухню вернуться посуду мыть или чужих детей нянчить. И ведь не посмотрит, что я единственный снайпер в отряде, а спорить с ним дело бесполезное.

         Мой обиженный взгляд утыкается в командирскую спину. Мысли о том, чтобы рассказать про стэлса и находку, лежащую в рюкзаке, разом вылетают из головы. Нет, спасибо, уже проходили. "Мелкая, ты опять самодеятельностью занимаешься? Это тебе война, а не драмкружок. Сколько можно подставлять свою шкуру под неприятности?"

         Решено, расскажу на обратном пути. Сюрприз будет, да и с трупом оно эффектнее как-то. Сейчас любая задержка лишь разозлит. Итак, видно, что опаздываем.

         Но думать про стэлса все равно продолжаю. Не зря он там оказался, ох, не зря. Явно выход взорвать хотел, заодно вместе с нами, но промедлил, а потому мы до сих пор живы. Если так дальше пойдет, то скоро все дыры закупорят, откуда на поверхность и крыши подняться можно. Боятся баги наших снайперов и правильно боятся. Сколько этих тварей мы вышибали... И все равно наши вылазки - капля в море. Багов гораздо больше.

         И где только носит этих союзничков? Жалко им свои задницы, купол им видите-ли мешает, приземлиться не дает. А нам отдувайся в одиночестве.

         Союзники появились, когда баги уже вовсю хозяйничали на планете. Примчались, чтобы отомстить за своих. У них эти насекомовидные несколько колоний вырезали и порядком народу положили. А когда союзники верх одерживать стали, баги ушли, забрав с собой пленных, то ли в качестве заложников, то ли рабов - неизвестно.

         Потому на нас союзникам плевать. Им багов достать важнее, да своих освободить, если еще живы. А мы просто под ногами крутимся, в качестве мелкой помощи. Ну, и пока аборигены их единственная поддержка внутри баговской защиты. Мы-то внутри, а они - снаружи, хе-хе.

         Странная вещь, эта защита. Купол, который накрывает наш город, днем даже не виден. Зато ночью он расцвечивается красными огоньками. Это падающий с орбиты мусор в нем сгорает. Красиво, словно небо пылает! Любоваться можно, если не задумываться, что горит. Полгода с пришествия прошло, а все еще падает. Много мусора скопилось после первой атаки, жаль, что только нашего.

         Основательно устроились баги на нашей планете. Орбитальных станций понавешали, на города защиту поставили. Мелочь еще какая-то может проскочить, а крупные корабли никак. Вот и крутятся союзнички по солнечной системе, а к нам не пробраться. Хотя, говорят, другим городам перепало что-то из братской помощи. Так у них сопротивление несколько значительных побед одержало. Не то, что мы - лишь нервы изредка портим.

         Зря баги, конечно, такой купол поставили. Дали бы уйти - давно бы город опустел. В лесу легче выжить и затеряться. А так, заперли нас здесь, словно в клетке, и еще удивляются, почему мы не дохнем, а воюем. Что же нам не воевать, если у каждого есть за кого мстить.

         Последнее время у нас установилось нечто вроде перемирия. Баги в упор не замечают прежних хозяев планеты, а мы особо к ним не суемся. Прямо, как банды - поделили город на районы. Баги, естественно, себе большую часть отвели и оттуда упорно нас гонят, зато в наших почти не появляются. Не до нас им сейчас, когда рядом союзнички летают, готовые в любой момент вцепиться в баговские задницы. Так и живем, тихо, мирно, почти. Все понимают, у кого козыри в руках. Мы словно блохи на их шкуре. Захотят - избавятся раз и навсегда.

         Задумавшись, я не заметила, как шедший впереди по крыше второго небоскреба Индюк резко остановился. Хорошо, что разница в высоте этих братьев небоскребов не слишком велика - этажей пять-шесть. Ерунда, одним словом. Не двадцать вверх ползти.

         Данный район курируют баги, перекрыв по большей части подземные пути, и на улицах особо не погуляешь, если только мишенью для их патрулей. Встречу нам соседи назначили в ближнем к ним небоскребе самом последнем от нас. Так что топать нам еще аж через четыре здания. Хорошо, хоть можно спокойно пройти сквозь них. На крыше каждого из небоскреба есть проход в соседний либо через окна, либо через технический этаж.

         Я не успела среагировать и ткнулась носом в спину Индюку. Спина недовольно хрюкнула. Индюк всегда так изъясняется, словно свинья из свинарника. Его потому Индюком и зовут - близко к сельскому хозяйству и не так обидно. За все время, что я в отряде, слышала от него лишь пару слов. Зато как он умеет хрюкать! От гневного хрык "а не пошли бы вы", до радостного хряк "кушать зовут!". Сейчас Индюк выдал нечто вроде хре, мол, смотри куда идешь, курица слепая!

         А я что? Я смотрю. Лучше бы в прицел, но он может блеснуть. Вечная беда всех снайперов - солнце и оптика.

         А наши аккуратно так вниз свесились и что-то там рассматривают. Я отставать не стала и тоже пристроилась на бардюре. Ой, мамочки, жуть какая! Руки сразу за винтовкой потянулись. Это ж сколько их там? Вся площадь битком забита. Парад у них, что ли или собрание?

         - Рой новый выпускают, - шепотом пояснил командир.

         Баги, они насекомые не только с виду, у них и общество такое же, как у муравьев. Есть рабочие - чуть умнее стэлсов. Воины - с этими всегда много мороки, фиг завалишь с первого выстрела, ну и верхушка, женская. Матриархат у них, то бишь.

         Вон они, эти матки. Пришли новенькую поддержать. Они на пару голов выше своих мужиков и в белых костюмах. Подстрелить такую - большая удача. Смерть одной валит весь рой. Те после гибели матки неминуемо чахнут и гибнут. Потому грымз тщательно охраняют, и на улицах их не встретишь.

         - Эх, бомбочку бы сюда, - мечтательно вздыхает Макс, остальные согласно кивают.

         - Что зависли? - рявкает командир тихим голосом, - ползком вперед, марш!

         Народ разом скучнеет и мечтать перестает, но возражать никто не решается. Ясно ведь, что из-за этого долбанного роя весь район под повышенным контролем. Хм, может стэлс случайно там оказался и не все так плохо? Не могли баги пронюхать про наш выход или могли?

         Вот что я ненавижу больше лестниц - это ползать. У меня же не короткий узи, а полуавтоматическая винтовка SASS. Попробуйте с такой поизображать червяка. И мысли сразу в голове, одна кардинальнее другой.

         Ничего удивительно, что я отстала. Села, подумала, еще раз подумала, даже голова с непривычки разболелась. Нет, ну что я, ослик что-ли, лишнюю тяжесть на спине таскать. Может я и тупой ослик, но очень мстительный. Потому достаю из рюкзака пульсирующее сердце. Если оно взорвётся, кому-то точно придет конец, если же не сработает... ну и ладно, вытащу обратно. Я же не прощу себе, если не попробую сейчас этих гадов на тот свет отправить. Да за своих я их просто раскатаю. Так... это уже лишняя мысль. Выкинуть из головы. Солдат должен думать не о мести, а о смерти, причем врага.

         Выглянула. Точка сброса удобная. Не центр, конечно, но тоже неплохо. Заодно проверим, какой длины провод и мощная ли малютка мне досталась. О том, что нельзя подобные решения принимать в одну харю, не посоветовавшись, я, конечно, подумала. Но тут же пришло в голову, что командир начнет, как обычно, орать. Вспомнит про первоочередность задач, про скрытность передвижения, а закончит моей безголовостью. Пока обо всем этом думала, рука сама зашвырнула сердце вниз.

         В кое-то веки удалось метнуть далеко, на отлично. Жаль, никто не оценит, разве что баги, когда над их головами рванет их же подарочек.

         День-то, какой сегодня солнечный, не смотря на то, что сентябрь на дворе. Внизу баги торжественно трещат. Разговаривают они так, ну чисто приемник, когда он волну ловит. Нам такие в музее один раз показывали.