Сундук с чудовищами, стр. 22

— Я и так вижу, что вы согласны, барышня, — невозмутимо ответил ее незваный партнер. — Извините, если напугал. Не выношу, когда люди ссорятся.

— Но мы и не ссорились, — Карина попыталась перестать танцевать, но ноги сами несли ее под плавную и красивую музыку.

А может, это партнер был настолько хорош?

Она посмотрела на подростка. Постарше, чем она, но не сильно. А так — ничего особенного. Разве что глаза красивые, темные и с длинными ресницами. Почти как у господина Айвори.

— А вы некромант? — спросила почему-то Карина.

— Нет, я с другого отделения, — ответил подросток.

— Боевой маг?

— Травник. Всего лишь травник, — улыбнулся подросток. — Меня зовут Эсгрим.

— Травник? — удивилась Карина. — А в турнире зельеваров будете участвовать?

— А как же. Кто б нас еще спрашивал: всех сгонят, как миленьких, — ответил Эсгрим.

— Я тоже, — гордо заявила Карина.

— Ну вот и отлично. Значит, встретимся там!

Танец окончился. Карина встала на прежнее место, обмахиваясь веером, и Рин как по волшебству оказался рядом.

— Девчонки все-таки ужасные создания, — сказал он примирительно.

— Ага, — кивнула Карина. — Как и мальчишки. Будешь меня за косички дергать, как семилетний малыш, или все-таки потанцуем?


Глава 21. Явление Бяки

Следующее утро выглядело чисто вымытым. Ночью прошел дождик. На улицах Розамунды было пусто и свежо в девять утра. Теренций Августус встретился с Даном, Рином, Кариной, Шарлоттой и Юлианной на углу возле пекарни. Здесь вкусно пахло хлебом. Этот запах чудесно сочетался с ароматом осенних листьев и свежестью воздуха после дождя.

— Кстати, а что с сундуком? — спросил Теренций у Рина и Дана.

Братья Эльсингор пожали плечами.

— По-моему, он так там и остался, возле дома чудовищ, — сказал Дан. — Куда ему деваться? Он не чудовище!

— А что? — спросил Рин.

— А то, — сказал Теренций, — что сундук этот нам нужен. — Девочки собирали в него чудовищ. Возможно, даже их Бяка к нему привык.

Услышав про Бяку, Карина тихонько ойкнула и прижалась к Юлианне. Черно-белая собака, которая была с Шарлоттой, завертела хвостом и на всякий случай гавкнула.

Теренций пригляделся к собаке повнимательнее и улыбнулся. Да ведь это же была та самая Паутинка, которую он спас в позапрошлом году! Мальчик погладил собаку по крупной голове.

— Вижу, она хорошо поживает, — сказал он Шарлотте.

Та смутилась и неуклюже пожала плечами.

— Да, неплохо. Только она больше не чудовище.

— Это плохо? — удивился Теренций.

— С одной стороны это здорово: ведь ни одно чудовище так долго не живет, — сказала Шарлотта. — С другой… у Паутинки было много чуднЫх черт. Мне порой не хватает их.

— Куда пойдем-то? — деловито спросила Юлианна.

— Все равно куда, — сказал Дан, — главное — не навредить посторонним людям. Давайте вон хоть в сквер за почтой — там все равно никого.

Теренций не стал возражать. В сквере было еще мокрее, чем на улицах. С деревьев сыпались листья и капли. Но никто не жаловался!

— Итак, я прошу кого-нибудь сходить в темноту и посмотреть — там ли сундук. Если он там, то принесите его, — сказал Ванильный Некромант. — А барышня Шарлотта…

— Можно просто Шарлотта, — подсказала девочка.

— Хорошо! Шарлотта сотворит чудовище.

— Могла бы и я, — разочарованно проворчала Юлианна.

— Вы будете держать банку, ловушку для духов. Когда девочки появятся, можете выпустить оттуда облачко.

— А я? — спросила Карина.

— А вы держите наготове зонтик, — посоветовал Теренций, — вдруг надо будет сразу же отправить чудовище в темноту?

— Мои чудовища не злые, — фыркнула Шарлотта. — И если что, я сама их и отправлю.

— А если это будет другое чудовище, не ваше? — спросил Теренций. — Нет, пусть Карина будет настороже!

Он уже понял, что Карина пугливая барышня. Но был уверен, что никаких лишних чудовищ не появится, зато у девочки будет уверенность, что она при деле. Этот очень важный воспитательный момент Теренций почерпнул в своей семье. Только маме приходилось с этим непросто, потому что найти дело сразу всем детям, даже если речь только о шестерых самых младших — это та еще проблемка.

Вспомнив, как Мать Некромантов, прикусив нижнюю губу, пыталась распределить обязанности между Теа, Карой, Тобиасом, Винни, Бертиной и им, Теренцием, Ванильный Некромант улыбнулся.

Дан тем временем раскрыл зонтик и спросил у младшего брата:

— Ты как, со мной?

— Останусь тут. В случае чего, прикрою девчонок, — ворчливо сказал Рин. — А то их тут трое, а Теренций только один.

Дан кивнул и исчез.

Спустя пару минут он уже появился рядом, сидя на старом, но пока еще целом сундуке.

— Я же говорил: что с ним сделается?

А Шарлотта уже творила чудовище. Она делала это очень старательно! Встала, вытянув руки и закрыв глаза, и слегка шевелила губами. Паутинка вертелась рядом, но хозяйке не мешала. Теренций на всякий случай взял собаку за ошейник и придержал возле себя. Паутинка завиляла хвостом и стала извиваться всем телом, радуясь своему спасителю, а Теренцию было приятно, что она, по-видимому, его хорошо помнит. Говорят, у собак хорошая память.

А у чудовищ?

Карина вдруг тихо пискнула и отскочила в сторону. И тогда Теренций увидел Бяку.

Он никогда не считал себя робким. Но тут сам чуть не заорал, когда Бяка с интересом понюхал его и Паутинку. Как вообще можно было не увидеть ЭТО???


Глава 22. Дух бабушки

«Я сейчас упаду в обморок, точно упаду!» — подумала Карина и стиснула зубы. Нельзя падать, если у тебя есть ответственное дело.

Да и вообще, это она раньше была ужасной трусишкой, два года назад, а сейчас уже почти взрослая и очень, очень, очень храбрая! Но только вот почему эта ужасная Бяка тянется именно к ней и нюхает ей руки?

Карина зажмурилась. И тут же к ее ногам кто-то прижался всем телом и отчаянно зарычал. Это Паутинка решила, что Карине нужна подмога! Паутинка сама побаивалась огромное чудовище, которое размером было ничуть не меньше пони. Только страшно худое, очень долголапое, с ужасными когтями и зубами. При этом — лысое и очень пучеглазое.

Карина раскрыла зонтик, думая — была не была, а она проводит чудовище в темноту. Она должна! Но тут же огромный и липкий язык лизнул девочку в руку.

Юная колдунья не сдержалась и вскрикнула, а Паутинка залаяла, отгоняя Бяку прочь.