Бывшие, стр. 23

- Да. Обещаю молчать, - серьёзна и резка.

- Молодец. Удачного полёта. До связи.

Отключаюсь, в два шага оказываюсь около Лизы, сгребая в охапку и зарываясь в её мятные волосы.

- Что, Троянов, невеста совсем не в твоём вкусе?

- Я тебе больше скажу – и я не в её. Мы оказались заложниками обстоятельств, в которых наше мнение в расчёт не берётся. Только и всего. Но всё можно исправить, - шепчу ей на ушко.

- Как?

- У меня есть нужный козырь, Лиза. Серьёзный. Настолько, что с лёгкостью может расстроить мою свадьбу. И отец сам, впереди меня помчится разрывать договор с Ольховским.

- Расскажешь? – Откидывается на мою грудь, направляя ладони вниз по животику.

- Пока нет. Карты не розданы, партия не началась. Пока рано вытаскивать козыри. Всему своё время. Если воспользуюсь этим раньше – проиграю.

- Я бы хотела тебе верить…

- Верь, Лиза. Без тебя ничего не выйдет. Без тебя мне не за что бороться.

Оборачивается, приоткрыв ротик, будто желает что-то сказать, но, подумав пару секунд, плотно смыкает губы. Всё-таки она что-то скрывает, связанное конкретно со мной. Но пока не решается открыться. Сознаться.

Лизу, как будто что-то останавливает в решении рассказать. Но я узнаю. Обязательно. Секреты невозможно хранить бесконечно. Они всегда выплывают в самый неподходящий и неудобный момент. И такой наступит. Я знаю.

Подхватываю Лизу на руки и несу к кровати. Укладываю, нависая сверху и прижимая своим телом.

- Троянов, мы трахались ночь напролёт. Тебе мало?

- Да.

- Мне уже пора… - её возражения теряются в глубоком поцелуе.

- Полчаса ничего не решат для тебя, а вот мне помогут дожить до следующих выходных. Точнее, выжить. - Улыбаюсь, стягивая с Лизы трусики. – Так что расслабься и получай удовольствие…

Глава 11

Лиза

Еду в такси к сестре, улыбаясь сама себе, словно идиотка. Влюблённая идиотка. Растворяюсь в Сергее. Снова. Всё, как три года назад, когда я, до сумасшедствия привязанная к нему прочными жгутами, улыбалась каждый раз, когда он звонил. А после каждого разговора, будто заворожённая, ещё пять минут смотрела на телефон.

С трудом уехала. С невероятным усилием отпустил. Словно оторвал от себя, разрывая по живому.

Мы снова захлёбываемся друг другом. Тонем, без права выжить в глубоком океане чувств, засасывающих нас в остервенелой страсти. Так не бывает. Дважды в одну воду не войти. Хотя, и трижды войдёшь, если воды этой реки - для тебя.

Иду. Бездумно, не думая, на ощупь. Просто иду к Троянову, едва перебирая заплетающимися ногами, постоянно напоминая самой себе, чем он закончился для меня в прошлый раз.

Всё равно иду. Несмотря на голос разума, который с силой забивается криком чёртова сердца, навсегда отданного Сергею.

Сгорю ведь. На этот раз дотла, до осевшего на голые осенние деревья, пепла. Не могу не идти. Это сильнее меня. Безвольно опустив руки, бреду к единственному свету, способному спасти во тьме, добровольно обрекая саму себя на повторение той боли, которую я с трудом смогла заглушить.

Пусть так. Не могу сопротивляться. Сдаюсь самой себе в заранее проигранной битве. Всё отпускаю, позволяя свободно плыть по течению в неизвестном направлении.

Соня… Не сказала. Чувствует, что я желаю ему сказать о важном, и всё же, каждый раз останавливаюсь на полуслове, затыкая саму себя. Барьер. Черта, которая не позволяет раскрыть свой секрет.

А всё потому, что я не знаю, как он отнесётся к дочери. Подсознательно боюсь повторения обвинений. Сергей с полной уверенностью заявил, что дочери у него быть не может. Только мальчики на протяжении многих поколений. Поверит?

Расплачиваюсь с таксистом, заскакивая в подъезд. В предвкушении, что увижу свою принцессу. Мы давно не расставались на такое продолжительное время. Соскучилась по своей сероглазой девочке.

- Мама! – Бросается в объятия, крепко-крепко прижимаясь маленьким тельцем.

- Моя принцесса! – Смотрю в искрящиеся глаза, тут же возвращаясь воспоминаниями к Сергею. Неужели станет сомневаться, что Соня его дочь? Так похожа… Маленькая копия большого папы. – Ты себя хорошо вела?

- Да, - выдыхает, забираясь ко мне на руки.

- Тётя Арина не ругала?

- Нет.

- Тётя Арина полностью довольная поведением племянницы. - Сестра выходит из кухни, в фартуке и с полотенцем в руках. – А вот Максим вёл себя хуже.

- Что случилось?

- Почти ничего, - вздыхает, ведя за собой, - на выходные задали выучить стихотворение, коротенькое, четыре строчки. Категорически отказывается. Вчера вечером и сегодня утром играл с Соней. Вы уедете и у нас начнётся битва за невыученный стих.

Смеюсь, потому что сестра с таким пафосом озвучивает проблему, словно Максим не стих не выучил, а выпускные экзамены провалил.

- Смейся-смейся, ещё немного и тебя такое ждёт, - тычет в меня пальчиком, тихо хихикая. – Кстати, как там Троянов?

- Хорошо, Троянов, - вздыхаю, отвожу взгляд в окно, где с деревьев ветерок сносит последние жёлтые напоминания осени.

- Сказала ему?

- Пока нет. Не могу решиться. Знаешь, мне кажется он не поверит, что Соня его дочь… - замолкаю, озвучивая свои страхи.

- Лиза, не поверит? Ты посмотри на неё внимательно. - Указывает в направлении соседней комнаты, - это его копия. Даже тест на отцовство не требуется – всё понятно даже слепому. Хотя, если желает, пусть делает тест, чтобы уж наверняка понимал, что Соня его дочь.

- Арин, я не знаю, как он себя поведёт. Проявит ли хоть какие-нибудь чувства к дочери, возможно, останется равнодушным и факт наличия ребёнка не вызовет в нём никаких эмоций.

Не понимаю, чего ожидать от Троянова. Примет ли Соню, как свою? Или сразу открестится от неё, желая только меня, без дополнительных проблем? Понимаю, что сказать придётся, я не смогу скрывать её долго.

Троянов и так настойчиво просится в гости, будто чувствует, что именно у меня дома ждёт желанный секрет. Сегодня я придумала отговорку, но даже самый долгий ремонт не может длиться вечно. В конце концов, терпение Сергея лопнет, и он нагло приедет ко мне сам. Нужно решиться. Просто открыть рот и сказать прямо.

Если бы это было так просто…

- О чём задумалась? – Сестра ставит передо мной кружку с чаем, помешивая сахар.

- Как ему сказать…

- Лиза, просто возьми и скажи. С каких пор скромность – это твоя основная черта. Помнится, ты говорила, что не церемонишься в выражениях, когда вы с Трояновым наедине.

- Да, - подтверждаю, - но как только хочу сказать о Соне, немой становлюсь неожиданно. Словно меня что-то останавливает, закрывая рот в самый ответственный момент. Не могу.