Витязь, стр. 14

То и дело, испуганно озираясь вокруг, Лиза видела, как немногие, из оставшихся в живых раненые русские солдаты и казаки из охраны, пытаются оказать сопротивление французам, которые столь бесчестно и подло напали на беззащитный лагерь. Она думала о том, что, если помощь не подоспеет, то они все здесь умрут, ибо французских солдат было несравнимо больше.

Прошло не более четверти часа, когда Лиза услышала нарастающий сильный конский топот. Уже через миг, мимо нее пронеслись верхом несколько гусар в синих мундирах, а за ними и драгуны в темно-зеленой форме. Русская кавалерия ворвалась в лагерь стремительно и дико. Уже через минуту Лиза увидела, как на захватчиков напали русские всадники, рубя французов, направо и налево. Она поняла, что пришло подкрепление. Облегченно выдохнув, девушка ошалевшими от радости глазами, смотрела на то, как пришедшая на помощь кавалерия, разделывается с дерзкими французами, не щадя никого.

Спустя время, шум боя стих и Лиза обратила взор на Сашку, который так и лежал неподвижно и, с его губ срывались тихие стоны боли. Рядом с ними, вдруг, появился один из гусар, верхом на белой кобыле. Бросив беглый взор на Лизу и Сашку, голова которого лежала на коленях у девушки гусар, обернувшись в сторону, громко гаркнул:

— Корнилов! Здесь твоя краля!

Приблизившись к девушке и юноше, гусар быстро спешился и подошел к ним. Рядом уже оказался еще один гусар, который подъехал и спешился. Они оба наклонились над молодыми людьми. Молниеносно оценив ситуацию, один из них проворно подхватил Сашку на руки и, подняв его с земли, сказал:

— Снесу в лазарет к Аристарху Ивановичу, может, спасет мальца.

Он отошел, направившись, с не пришедшим в сознание юношей в сторону дальних палаток.

В этот миг около них появился Корнилов и Лиза заметила, как он слетел, с еще не остановившегося коня, и, бегом помчался в их сторону.

— А ну, пусти, друг! — рыкнул Павел, бесцеремонно отталкивая гусара, который пытался поднять Лизу на ноги. Корнилов наклонился над девушкой и его шальной взбудораженный взор, внимательно осмотрел ее всю, в поисках ран и крови.

— Вы ранены? — выдохнул он, дрогнувшим голосом.

— Нет, Павел Александрович, — пролепетала Лиза, обратив на него печальный взор зеленых глаз. — Саша… он защитил меня.

— Потапов понес его в лазарет. Да, только, не жилец он, крови много потерял, — пояснил, стоявший рядом гусар, который нашел девушку первым.

Быстро подхватив девушку на руки, Корнилов стремительно направился с Лизой в свою палатку, крепко неистово прижимая ее легкое тело к своей груди. Войдя в палатку, он быстро понес Лизу к ее постели, где прежде она спала.

— Ох, и напугали вы меня, Елизавета Андреевна, — тяжело дыша, проговорил он, осторожно усаживая девушку на постель. Лиза, дрожащими пальцами попыталась развязать завязки на плаще и он ей помог. — Как корнет прискакал к нам с дикими глазами и выпалил, что французы в лагере, думал все…

— Саша вывел меня. Сказал в лес бежать, чтобы спастись.

— Правильно сказал, — тихо заметил Корнилов, забирая у нее плащ и, поправляя подушку за девушкой. — Как ваша рана?

— Вроде бы в порядке, как это не странно, Павел Александрович. Ноет немного.

Он внимательно посмотрел на ее испачканное землей и кровью Саши нежное лицо и, его ладонь ласково провела по волосам девушки, словно утешая ее. Отойдя от Лизы, Павел взял небольшой глиняный кувшин с водой, деревянный таз и полотенце и, вернулся к ее постели. Поставив все на походный столик, он намочил полотенце и начал вытирать ее лицо, испачканное грязью и кровью.

— Просто чудо, что вы живы, — произнес он проникновенно, не спуская с нее поглощающего взора серо-зеленых глаз. — Столько наших людей порубили, вражины… И как же они душегубы не побоялись… видимо, вовсе совести у них нет раз на беззащитных могут нападать…

— Саша, — пролепетала Лиза и, на ее глаза навернулись слезы, при воспоминании о раненом юноше. — Он закрыл меня своей грудью, от тех двух… одного убил, а второй его, — голос ее сорвался. Корнилов протер ее лицо от земли и его рука с мокрым полотенцем спустилась к шее девушки. — Позвольте я сама, Павел Александрович, — попросила она, останавливая его руку, когда его ладонь достигла низа ее шеи.

— Да, конечно, простите, Елизавета Андреевна, — пробормотал Корнилов, забывшись. — Не буду вам мешать. Поспите немного, если сможете…


Когда она проснулась, Корнилова в палатке не было. Уже смеркалось. Лиза, вновь ощущая тупую боль в плече, спустила ноги с кровати. Превозмогая слабость, она надела платье, обувь и, медленно вышла наружу. Она направилась в лес одна, чтобы облегчиться и не встретила по пути никого. Вернувшись в палатку, девушка тяжело опустилась на кровать. Как только она начала стягивать обувь, вошел Корнилов с каменным бледным лицом.

— Саша умер, — тихо произнес Павел, не смотря на Лизу, — только что, похоронили его с остальными в братской могиле.

— Боже мой, как все это ужасно, Павел Александрович, — пролепетала девушка и на ее глаза навернулись слезы. Корнилов снял ментик и устало опустился на свою койку, в отчаянии сжав руками голову. — Если бы не он… то … убили бы меня…

— Он умер, как мужчина. Жаль его, — искренне заметил Павел, стиснув виски руками. — Денщик он хороший был, да и парень славный. Правда, своенравный был, но все же я любил его.

— Как же, отныне, вы без него справляться будете? — спросила тихо Лиза, не спуская внимательного взора с Корнилова.

— Ну, я вполне могу и сам, — сказал он просто, пожав плечами. — Времени только много уходит на все. То постирать, то коня накормить, да оседлать, — он поднял на нее печальные глаза, добавив. — Оттого и вожу с собой денщика по военным походам. Теперь, не ранее, чем недели через две из деревни другого пришлют. Сашка бойкий, да расторопный был. Последний раз я накричал на него, несправедливо…

— Отчего же так? — спросила Лиза. Она увидела, что взгляд Павла, мгновенно, изменился и стал мрачным.

— Сам не знаю, как вышло, — глухо произнес он, не спуская с ее прелестного взволнованного личика напряженного взора и думая о том, что налетел в прошлый раз на Сашку из-за нее. Только в этот момент, Корнилов осознал, что тогда разозлился на юношу, приревновав Лизу к нему. Это осознанное открытие, до глубины души поразило Павла. Он несколько минут молчал, понимая, что, если он ревновал Лизу к Сашке, значит, он был влюблен в нее? Ну да, так и есть, подумал Павел, опешив от этой мысли. И сегодня, он страшно испугался за ее жизнь. Его сердце, болезненно сжималось только от одной мысли о ее смерти, пока он не увидел, что она жива.

Корнилов не понимал, как он мог увлечься этой смазливой девицей, которая явно не заслуживала его внимания. Она делала совершенные глупости, например, отправилась за братом на войну. К тому же, она была слишком, даже вызывающе красива. А Павел не считал себя глупцом, чтобы влюбиться в такую, как она, у которой, наверняка, в столице имелась куча поклонников. Нет, он совершенно не хотел влюбляться в Лизу. С самого первого дня встречи с девушкой, Корнилов своей железной волей сдерживал свои желания и взгляды, зная, что ему не следует, даже смотреть в ее сторону. Но, сейчас, несмотря на все усилия, он все же попал под чары юной соблазнительницы и уже вел себя странно, Павел помрачнел. Он понял, что должен, немедленно, вырвать из сердца и из головы все эти пустые и романтические бредни, пока не стало слишком поздно. Он солдат и, только война привлекает его. Он желает продвигаться по службе, совершать героические поступки во славу Отечества, а не быть дамским угодником. Да и, сейчас, идет война с французом, он может быть убит в любую минуту. Какая любовь, какие женщины, смешно право.