Отчаянная, стр. 26
– Избавь меня от подробностей вашей интимной жизни, – отмахнулся Даян, усаживаясь в кресло.
– Я бы сказал, что ты завидуешь, но знаю, что ты вроде не должен жаловаться на отсутствие таковой, – с намеком проговорил Хангер.
Даян моментально напрягся, пристально посмотрев на старого друга. О плане с участием Софи должны были знать только он и Девил, но безумец бросил зацепку неспроста.
– Что ты имеешь ввиду?
– Не ломайся, как девочка на первом свидании. Я говорю о той малышке, которую ты оприходуешь.
Мужчина прищурился, сжимая бокал в руке: – Хангер…
– Моя жена лучшая подруга Алекс. Откровенно говоря, единственная. Это все объясняет. Девил уже знает, что Ангел разболтала об вашем гениальном плане с двойником Сабрине, а у нас с Воробушком секретов друг от друга нет.
– Женщины! – выругался Даян, на что его собеседник только рассмеялся.
– Заведи свою и я уверен, ты будешь удивлен их коммуникабельностью.
– Это не подходит для моего образа жизни.
От этих слов Хангер взорвался от хохота, потому что друг дословно повторил то, что на протяжении многих лет говорил сам безумец.
– Словно я создан для семьи. А Девил? Он вообще ребенка планирует! Очнись, Даян, это может настигнуть тебя неожиданно. Бац, – он щелкнул пальцами, – и вот она – та, ради которой ты готов не то что умереть, а пройти все круги ада.
– Не знал, что ты стал таким романтиком, – спокойно ответил Даян, делая глоток скотча.
Хангер в ответ просто пожал плечами:
– Насколько она похожа на Алекс? Ее копия?
Всадник Смерти не желал обсуждать Софи со своим собратом, но понимал, что это покажется странным, поэтому, смирившись, проговорил:
– Она не ее двойник, если ты это хочешь знать. Да, белокурые волосы и голубые глаза, но это объясняется одним типажом, а вот характер, тот полностью отличается.
– Старина Уолт клюнет?
– Я оставил достаточно наживки для этого.
– А ты клюнул? – вдруг в лоб спросил Хангер.
– О чем ты?
– Помнится, ты приводил Алекс в свою квартиру, когда Девил прогнал ее, – смотря поверх поднесенного к губам бокала, произнес безумец.
Иногда в этом чокнутом было больше рациональности, чем в нормальных людях. Даян в очередной раз в этом убедился, потому что Хангер, как всегда, отметил то, о чем остальные давно забыли.
– Это было частью плана.
– Ты прекрасный манипулятор, но даже ты не можешь все просчитать наперед. Девил мог не явиться за ней. Держу пари, что у тебя проскальзывали мыслишки на этот счет, – продолжал гнуть свою линию Хангер.
– Но он пришел, – напомнил Даян.
– Да, а теперь в твоих руках другая птичка, которая странным образом так смахивает на Алекс.
– Я зову ее Ласточкой, – неожиданно промолвил Даян, после чего резко сжал губы.
Черт возьми этого безумца, но он таки вытянул из него информацию. Глаза Хангера победно заблестели. Не зря Девил часто отправлял на допросы именно этого всадника, хотя многие из них считали, что он заставляет врагов разговориться методом пыток, Даян прекрасно знал, что Всадник Голода был достаточно хитрой личностью, чтобы воздействовать любыми способами.
– А я Сабрину Воробушком. Прозвище вызывает внутри какой-то отклик, как-будто именно это слово делает ее ближе ко мне, ведь никто другой ее так не называет. Только я имею на это право, – поделился своими ощущениями Хангер, тем самым помогая Даяну разобраться в себе, принять причину того, что он подарил ей особенное имя.
Выводы, которые Даян сделал, не пришлись ему по душе. Мужчина насупился, смотря на друга.
– Она – наш козырь в войне против Уолтера.
– И тем сложнее тебе будет, – хмыкнул Хангер.
– Я выполню поставленную Девилом задачу. На кону наше будущее! – твердо проговорил Даян.
– Я бы посоветовал тебе не привязываться, но вижу, уже поздно. Ты отвел ей особое место в своей душе, когда дал это ласковое прозвище, поэтому все, что могу пожелать – удачи! – Хангер сделал последний глоток, после чего с ехидством добавил:
– Выпутаться из собственной паутины будет нелегко, но я с радостью понаблюдаю за твоими попытками.
– Спасибо, я всегда знал, что ты настоящий друг, – отсалютовал ему Даян.
Хангер засмеялся:
– Всегда пожалуйста. Пойду заберу нашу игрушку. Хочу быстрее вернуться домой, там мой Воробушек мерзнет в ожидании наших игр.
Мужчина поднялся, поправил пиджак, затем направился к лестнице на второй этаж. Даян остался сидеть на месте, обдумывая их разговор. Через пару минут раздались шаги Хангера, который спускался вниз. На этот раз он молча прошел мимо друга и покинул дом.
Даян чувствовал, как произнесенные безумцем слова тяжелым грузом легли на его плечи. Чертов засранец был прав. Он подпустил девушку слишком близко к себе, когда стал ласково обращаться к ней. В ту минуту Софи потеряла свою безликость. И ее схожесть с Алекс была совершенно ни при чем, потому что не внешностью она привлекла его, а своей несокрушимой волей.
Характер – вот что определяет человека. Да, привлекательность цепляет взгляд, но именно индивидуальность очаровывает душу. У Софи она была. Крепкий стержень внутри, переплетенный с сильной чувствительностью и женственностью. Ее хотелось защищать и в то же время подталкивать делать новые шаги для выхода из зоны комфорта. Даяну нравилось наблюдать за ней, отмечать новые грани, которыми она не переставала его удивлять.
Итогом сегодняшнего вечера было ясное осознание того факта, что он находится в полной заднице.
В детстве он с такой же силой был увлечен своим псом, но вскоре его заставили собственноручно убить животное. Сейчас, думая о том, что нужно отдать Софи этому ублюдку Уолтеру, Даян испытывал практически те же чувства, что и тогда – страх, боль, нежелание так поступать и безысходность, потому что отступить невозможно.
Сколько бы он ни анализировал ситуацию, ни один вариант развития событий не включал в себя благоприятного исхода. Это была чертова ловушка, в которую он сам себя загнал. Даян понимал, что ему придется менять тактику, если он не хочет погрязнуть еще глубже.
Он видел, что Софи перестала его бояться, расслабилась. Девушка интуитивно поняла, что у нее появляется власть над Даяном, поэтому ощутила себя свободней. Пора было напомнить ей, что она не на курорте, а впереди очень тяжелая миссия. Она неплохо научилась стрелять в тире, но бумага – это не живая мишень. К ней не чувствуешь жалости и сомнений. Разорваться ее пулей легко, ведь можно заменить на целую.
Даян понимал – то, что он задумал, будет испытанием для девушки. Насколько крепок ее внутренний стержень? Выдержит ли удар? Пройдет ли испытание ее совесть? Ведь Софи окажется в той ситуации, когда не будет возможности проявить милосердие, а на кону окажется собственная жизнь. Тогда она вспомнит о своем презрении к нему. В глазах пропадет блеск, а симпатия превратится