Отчаянная, стр. 22
Магазин закончился на десятом нажатии, после чего Даян забрал у нее пистолет и разрядил его. Софи тяжело дышала, смотря на приближающуюся мишень. Картон посередине был полностью цел, лишь края слегка задеты.
– Половина мимо, – прокомментировал мужчина, беря бумагу в руки. – Нужно поучиться прицеливаться ласточка, а то так ты в ни в лоб, ни сердце не попадешь, а с другой раной он сможет спокойно выжить.
Софи сняла наушники, затем повернулась к Даяну. Ее немного трясло. Грудь тяжело поднималась и опускалась. По крови бежал адреналин. Девушке не верилось, что она только что первый раз в жизни стреляла.
– Непривычное чувство? Да?
Она кивнула.
– Ничего. Это ощущение пройдет, когда ты начнешь тренироваться каждый день. Оно превратится в привычку, станет обыденным.
– Неужели?
– Конечно, – уверенно заверил ее Даян. – Как-будто стрельба – одна из естественных вещей в мире, например, как резать что-то ножом на кухне или говорить по телефону. Ничего особенного.
– Ты, наверное, родился с пистолетом в руках, а для меня это несвойственно!
– Дерзость еще при тебе, значит, ты не настолько поражена, как показываешь, – фыркнул мужчина, положив оружие на стол.
– Что?
– И первый раз я взял оружие в одиннадцать лет. Под руководством бабушки.
От его признания Софи опешила. Она не знала, что на это ответить, но понимала, что не может начать расспрашивать, потому что он не скажет ничего больше, если этого не хочет.
– На сегодня достаточно. Пойдем, – Даян кивнул в сторону выхода из помещения. – За твое хорошее поведение я разрешаю тебе побыть в саду. Не больше часа.
– Спасибо, – выдавила из себя Софи.
Она незаметно бросила взгляд на валявшуюся на полу цепь, но, к счастью, мужчина не собирался снова прикреплять ее к браслетам. Это порадовало девушку вдвойне. Однако она не тешила себя иллюзиями. Софи старалась быть реалисткой, ведь верила, что только так сможет выбраться из этой тюрьмы.
Глава 11
Полная капитуляция
С каждым днем я все больше тонула в тебе, хотя отчаянно сопротивлялась твоему магнетическому притяжению. В моей душе началась настоящая затяжная война. Я боролась не против тебя, а против себя самой, ведь даже когда я отдавала тебе очередную свою частичку – ты требовал еще и еще. Я знала, что ты хотел завладеть мною полностью. Проникнуть в каждый укромный уголок. Сначала я сопротивлялась этому, а ты лишь сильнее продолжал давить, пока я не признала, что ты выигрываешь. Но и этого тебе было мало. Даже когда я приняла твою сторону, согласилась на безумный план, ты попытался добиться большего – моей полной капитуляции.
Что произойдет с человеком, если его закрыть в четырех стенах, полностью отрезать от мира, но оставить возможность контактировать лишь с одной личностью? Он или сойдет с ума, или же зациклится на том единственном, что связывает его с реальностью. К такому выводу пришла Софи, сидя на подоконнике в своей спальне, ожидая, когда ее хозяин вернется. Вот уже больше трех недель она находилась в его власти и постепенно стала замечать, как сжигающая ее ненависть превратилась в привязанность.
Она начала наслаждаться каждой проведенной вместе минутой, радоваться слетающим с его губ редким похвалам и злиться, когда он покидал ее. Девушка понимала, что все это хитроумная манипуляция. Даян просто умело играл с ее разумом, надавливал на нужные точки, а она не в силах была выстоять против сложной комбинации его натиска.
У Софи появился своеобразный распорядок дня. Чаще всего она завтракала в одиночестве. Мужчина появлялся ближе к обеду, отводил ее в тир для тренировок стрельбе, после них позволял гулять в саду, а сам садился в плетеное кресло, приспускал шляпу на лоб, натягивал на глаза зеркальные очки и пристально наблюдал за ней. Его взгляд, скрытый под непроницаемыми стекляшками, прожигал девушке спину, но она упрямо делала вид, что не замечает его. Иногда вместо прогулок он устраивал ей уроки по самообороне. Даян не учил ее нападать на противника. С ее слабой физической подготовкой она вряд ли бы смогла это сделать, поэтому он всего лишь показывал ей, как спастись в критических ситуациях.
Зато ужинали они всегда вместе. Это время становилось самым тяжелом для Софи, потому что оно превращалось в чувствительную пытку, полную соблазнения и запретного удовольствия. Тело быстро привыкло к сладким мукам, которые так искусно дарил мужчина. Наслаждение, словно легкий наркотик, захватило в свою паутину. Чем больше она сопротивлялась, тем сильнее запутывалась в ней, сгорая в обжигающем желании ощущать его прикосновения снова и снова.
Софи никогда не могла предугадать, как это будет. Все начиналось с наступлением сумерек, как будто сама природа приглушала свет для игры в соблазнение. Дыхание девушки учащалось. Пульс загнанной птичкой бился на шее, когда глубокий голос Даяна захватывал ее в очередном приказе.
– Мне нравится твой кроткий взгляд загнанной лани, – одним вечером промолвил Даян, лаская оголенную груди девушки своими шершавыми ладонями. – Он тоже будет им покорен. Его звери проглотят эту удочку.
– Ты снова говоришь о них? – невнятно напомнила девушка, потому что нить их разговора ускользала от нее, а мысли сосредотачивались на тугой пружине внизу живота.
Мужчина стоял за ее спиной, взирая на нее сверху вниз. Тонкие бретельки очередного пеньюара были приспущены, от чего лиф съехал, открыв ему доступ к наливной груди, чем Даян и воспользовался. Розовые соски затвердели, выступив вперед. Они манили не только взгляд, но и руки, поэтому он не отказывал себе в удовольствии наслаждаться ее плотью, впитывая в себе тихие стоны девушки.
– Потому что только они являются нашей слабостью. В остальном мы словно непобедимые гиганты, – пояснил он, продолжая перекатывать тугой сосок между подушечками своих пальцев.
– И ты? – выдохнула Софи.
– Сомневаешься в этом? – насмешливо бросил мужчина.
– Ты такой же смертный, как и все.
– Правильно, ласточка. И Уолтер тоже. Однако к нам тяжело подобраться. А мы можем разрушить чужую жизнь по щелчку пальцев, – прорычал Даян, наклонившись к ее уху. – Все же и я когда-то умру. Возможно, даже от твоей руки, – спокойно добавил он.
– Это странный разговор, – сделала замечание Софи, прикрывая глаза от томления, которое растекалось внутри нее.
– Я люблю метафоры, ласточка.
– Это одна из них? – облизав пересохшие губы, поинтересовалась она.
– Какая именно?
Ведя разговор, Даян не прекращал ласкать ее упругую грудь, со скрытым ликованием наслаждаясь ответной реакцией своей способной ученицы. Нежная кожа под его пальцами казалась драгоценным бархатом. Слишком приятная наощупь, чтобы перестать ее касаться. Слишком манящая…
Мужчина давно заметил за собой, что стал переходить собственные границы. То,