Наследие: Корпорация, стр. 62

Для безопасности было решено, что координаты местоположения хода будут хранится у Прокрутова, код доступа, с помощью которого можно повернуть рубильник, будет у Низбежина, а электронный ключ открывающий потайную комнату и инструкции по выполнению всего процесса у Каменева. Таким образом если кто-то решиться выйти наружу, то он должен получить информацию у всех учредителей.

……………………………………………………………………………………………………..

- Ну что Вить, пора, наверное? Все готово, только тебя ждем, – Артем незаметно подошел к Каменеву, выдернул его из философских мыслей и воспоминаний, так непринужденно нахлынувших в атмосфере полного ничто. Да и не мудрено, уж слишком далеко Виктор ушел в глубины собственного я.

- Да Тем, еще минутку дай мне пожалуйста.

Артём развернулся и пошел обратно в дом.

На поверхности было ничто, а там внизу уже полных ходом бушевала жизнь: люди, копошащиеся громко разговаривающие и чем-то шумящие, яркий свет, мониторы, которые показывают все подряд, музыка.

Виктор вдохнул воздух полной грудью:

- Прощай старый мир, вряд ли когда еще свидимся – сказал Витя в пустоту на прощанье и двинулся к двери.

……………………………………………………………………………………………………..

Железнодорожный состав ожидал своего последнего пассажира. Каменев спустился вниз на круглой платформе, сошел на пирон и запрыгнул в ближайший вагон состава, переделанного под пассажирский после окончания строительства. Двери закрылись и поезд тронулся.

Сразу за поездом шли охранники, обученные сапёрному искусству и минировали тоннель. Эта процедура была призвана отгородить жителей убежища от случайных посетителей, которые могут невзначай наведаться в гости. При первой же детонации тоннель обрушится и возможным бандитам, ищущим чем бы поживиться, или «Заревцам», все-таки решившим что нужно прибрать строение к рукам, будет еще труднее добраться до заветной двери.

Каменев стоял на первом уровне и дожидался окончания минирования. Все остальные пассажиры последнего поезда уже несколько часов как спустились вниз. Рядом с Виктором стояли только его двое самых близких друзей.

- Ну что последний шанс отказаться – с улыбкой на губах сказал Каменев, - вас, наверное, еще примут в топ-менеджеры какой-нибудь корпорации.

- Сам иди, нам и здесь хорошо, - шутливо ответил Прокрутов и приглянулся с Артемом.

Наконец последние саперы зашли за дверь.

Низбежин взял рацию и заговорил:

- Начальнику охраны и начальнику администрации: все готово, приступаем к запечатыванию.

Они втроем вставили свои эл. Ключи и ввели пароли. Огромный стальной диск пяти метров в диаметре закатился на пустующее пространство и закрыл собой весь проем.

По швам, соединявшим дверь и стену пошел толи дым толи пар и полетели искры, это работала автоматическая сварка, заваривая швы двери на долгий срок. На уровне поднялся жуткий шум, одновременно с этим загудели сирены, на стенах начали мигать лампы желтым цветом.

Женский электронный голос громко заговорил:

- До полной консервации осталась: 1 минута…

LIX

(апрель 2033)

- Крутиков, за хоз. Пайком сходи. – сказала Лариса холодным тоном.

- Сейчас Ларочка. – очень мягко ответил ей Крутиков.

Никита Владимирович встал со своей койки, находящейся в комнате №240 второго этажа жилищного отсека, взял ключ-карту, вышел из автоматически раздвигающейся двери и направился на склад.

Все окружающее его раздражало: белые нейтральные стены, одинаковые растения в кадках, постоянный монотонный электрический свет, по всюду куда бы он не отправился. Все вместе это составляло невообразимо скучную однообразность.

- Мдаа, а раньше она со мной так себе общаться не позволяла – размышлял он про себя на ходу – раньше я был котик, солнышко, Денисушка. А теперь на тебе – Крутиков!

Значит силу почувствовала, в правах уровнялась.

Раньше кто она была? Обычная прихлебала, телка первого заместителя мэра. Я ведь ее из вонючего Челябинска достал, отмыл, одел, упаковал по полной.

А какая красивая она была! Только выиграла конкурс красоты мисс Челябинск. И слушалась меня во всем: что скажу то и делала. На задних лапках передо мной прыгала. В общем, не девушка, а сказка – красивая, не шибко умная и послушная. В дела мои не лезла, лишнего не спрашивала, да и еще готовая была всегда приласкать уставшего после работы своего мужчину.

Потом, конечно, когда поженились, то вести себя посмелее стала, но границы всегда понимала.

Однажды лишь перешла. У них тогда еще только первый ребенок родился. Он вернулся поздно ночью с очередной попойки в сауне с коллегами (ну и, как водится, с девочками). Она не выдержала и устроила ему скандал, позволила себе огрызнуться, что он мол по бабам шляется и семью совсем забросил, что совести у него совсем не осталось и что она с ним разведется.

В ответ Крутиков объяснил ей, что без него она никто и если с ним разведется, то он то себе молоденькую найдет (можно подумать еще не нашел), а вот она то уже не так молода и красива, как была раньше и может остаться без больших денег, к которым уже так привыкла. И что мужчина он самостоятельный и в праве делать все что ему вздумается, а если что-то не устраивает, то входная дверь открыта, и она может валить обратно в свой Челябинск.

С тех самых пор Ларочка как шелковая была. На него вообще голоса не повышала. Спать, правда, редко вместе стали (особенного после рождения второго), но это ладно, с этим у него проблем не было. Главное, что себя в форме держала, и на людях не стыдно было с ней показаться.

А теперь гляди вот: отпала его функция как кошелька, а вместе с ней отпала и вся забота, и обходительность.

С тех пор как треклятые ворота убежища запечатались, ее словно подменили. Ларин взгляд стал надменным и холодным. Они практически перестали общаться, а о сексе он и вовсе думать забыл.

Убежище не только уровняло их в правах, но и перевернуло их семейные роли с ног на голову. Он, прямо скажем не первой статьи красавец (низкий и пухлый, с седеющими и лысеющими волосами и заплывшим лицом), и она все еще шикарная, хоть и сорокалетняя женщина. Он стал ей не нужен, а она ему нужна. Без своих денег и в замкнутом пространстве, очень трудно найти любовницу, а непомерное желание, вошедшее в привычку еще с тех пор как он был альфа-самцом, никуда не делось.

Вот и приходилось пресмыкаться перед этой стервой: во всем ей угождать, выполнять распоряжения, лебезить. Так он мог рассчитывать на вечернее удовольствие.

Эх, а ведь еще недавно он был королем мира!

Мог позволить себе все что угодно: девочки (или мальчики в качестве эксперимента), море дорогущего алкоголя, красивые тачки, дорогие рестораны, поездки в Лас-Вегас или Монте-Карло, кокаин. О, как он скучает по кокаину! В этом проклятом пуританском месте и травки то не найдешь (он искал, не вышло).

А как перед ним все преклонялись! В особенности, подчиненные: то Никита Владимирович, се