Наследие: Корпорация, стр. 41
Небольшое количество таких домишек располагалось как раз под холмом, на котором находился Каменев.
В деревне время остановилось. Она была не в курсе, что наступил XX век и принес за собой высокие здания и огромные трубы, из которых идет черный дым. Что за ним пришел XXI, который принес летающие машины, рекламные голощиты, крыши, меняющие свои цвета. Лишь единственная асфальтированная дорога по середине намекала, что прогресс не стоит на месте последние 200 лет.
Из деревни по направлению к стройке двигалась группа людей из пяти-шести человек.
- Странно, - подумал Витя, - раньше они как-то особо стройкой не интересовались, считая, что там на холме строится какой-то богатей, и что отношений с ним все равно заводить не следует. Вот местные власти напротив, с удовольствием посещали место строительства, так как им это не только сулило приличную прибавку к заработной плате (ведь, при желании, нарушения можно найти где угодно), но и налаживание связей с очень, по всей видимости, влиятельным человеком.
Поравнявшись с воротами, открывавшими проход на стройку, группа завела беседу с охранником, который уже закрылся в сторожке и готовился к вечернему досугу. Время было позднее, работа закончилась, работники, которые не уезжали домой уже закрылись в бытовках.
Охранник покивал гостям и показал рукой в сторону Каменева, это свидетельствовало о том, что им понадобился старший.
Виктор был заинтригован, но с ящиков слезать не стал: они служили своеобразным троном, позицию терять не хотелось.
- Здравствуйте, - люди подошли к Виктору. Заговорил мужчина с небольшой, уже седеющей бородой.
- Мы бы хотели пообщаться с начальником. Это вы?
- Каменев Виктор Сергеевич. С кем имею честь?
- Лужин Андрей Павлович. Староста Китежа – так называлась деревня (или село?) располагавшаяся под холмом.
Каменев сделал удивленное лицо.
- Ну, староста - это менеджер, по-вашему – посчитал необходимым уточнить Лужин.
Виктор, улыбаясь, кивнул. Разумеется, он знал значение слова «староста», в школе то он учился. Удивление вызвал тот факт, что это слово до сих пор используется. Однако, расписывать мыслительный процесс не хотелось, поэтому и последовал понимающий кивок, хоть улыбку полностью скрыть не удалось.
Немного замявшись, староста продолжил разговор:
- Мы, собственно, по делу…
- У нас к вам предложение…
Было видно, что Андрей Павлович волнуется, по вей видимости грядущий разговор для него имел большое значение.
- Продолжайте, - с легкой улыбкой Виктор подбодрил собеседника. Лица людей, стоящих перед Каменевым, располагали к себе честностью и добротой. Это ведь не акулы бизнеса, готовые в любой момент впиться тебе в глотку, а простые люди, которым не знакомы подлости большого мира. Поэтому и давить на них не стоит.
- В общем то, мы хотели поинтересоваться вашей стройкой, можно нам с вами?
- Что с нами? – недоуменно спросил Каменев
- Ну участвовать… Короче мы хотим там с вами жить.
- О, как! – подумал про себя Каменев. – Разболтал что ли кто?
- А почему вы решили жить с нами? У вас же свои дома есть. – Витя решил, может быть, эти люди имеют ввиду дом, а не помещение под ним.
- Послушайте, Виктор… Сергеевич, ну мы может из деревни, но не дураки же! Вы что думаете, мы не знаем кто вы такой? Или что в мире творится? – голос Лужина принимал все большую уверенность.
- Два к двум уж как-нибудь сложим. Понятно куда это все идет, наша страна и так уже потеряла свой великий облик (ему бы еще очки, сошел бы за интеллигента). А в мире что творится? Ведь анархия кругом!
Немного успокоившись, Лужин продолжил:
- Ну в общем, вы тут два года явно не домик строите, у вас ведь там убежище, вы хотите от войны спастись?
Каменев был восхищен проницательностью старосты. Немного поразмыслив, он ответил.
- Да, строим. Мест, правда, уже практически нет, но для вас пятерых места найдутся. Правда у нас тут правила… Нужно делать взнос либо финансово, либо физически помогать. – инструкции по входу в «культ убежища», были заучены постоянными повторениями и говорились механически.
- Нет, вы не поняли, - перебил монолог Андрей Павлович – «мы» это не пятеро (он обвел руками присутствующих), «мы» это все деревня.
- Вся? Ничего себе, а это сколько людей?
- Около двухсот.
Каменев сделал гримасу, означающую, что это большое число. Пятерых он провел бы без проблем, а вот двести - это уже серьезно. Здесь придется советоваться с остальными.
Лимит оставшихся свободных мест составлял не более двух тысяч, а количество желающих попасть росло с каждым днем. «Билеты» стоили приличную сумму, некоторые богатые люди, узнавшие о строительстве еще когда Каменев искал себе партнеров, получив удар в спину от своих лучших друзей, предлагали за три-четыре места целое состояние. А тут двести голов!
- А с чего вы решили, что вся деревня пойдет к нам? – попытался деликатно выпутаться Виктор. – Может они не верят в конец света или даже просто нам не доверяют.
- Виктор Сергеевич, у нас так устроено, если уж мы что-то вместе решили, то все будут одного мнения держаться. Мы собрание провели, решение приняли, так что теперь все как один будут. Мы либо вместе, либо никак. – объяснил ситуацию староста.
Ситуация получалась сложная. С одной стороны, очень не хотелось расстраивать хороших людей, а с другой люди они были не богатые, учеными тоже явно не были и вряд ли могли принести большую пользу.
- Да и мы понимаем, что «за здорово живешь» нас никто не пустит, так что мы решили помочь чем можем – решил перевернуть ситуацию в свою пользу Лужин.
- Мы по строительству можем.
Строителей было предостаточно, учитывая, что большая часть процесса была роботизированная, сложностей в этом направлении не предвиделось.
- Да, и мы посоветовались… Мы вас к себе примем, на проживание.
- Я тут подумал (у него впервые в разговоре проскользнуло «я», мысль похоже