Хочу другую судьбу, стр. 6
отличался от той дешёвой бормотухи, что я усиленно употреблял все последние годы. Не
зря ведь говорят, что богачи покупают дорогие вещи вовсе не ради высокого качества.
Поступать по-другому им не позволяет собственный статус. Дорогие игрушки для этой
публики – лишь обязательный атрибут, без которого и шагу нельзя ступить в высшем
обществе.
Через минуту от изрядной дозы алкоголя по организму разлилось приятное тепло. Затем я
снова выпил. Достал из холодильника большую банку оливок на закуску. Оказывается,
они неплохо сочетались с дорогим вискарём. На душе вдруг стало так спокойно и
безмятежно. А ведь жизнь то налаживается. Удачно я устроился на новом месте. Это тебе
не в общаге жить и каждый вечер по пол часа ждать очереди в душ с ржавой водой. И чего
я так встревожился, едва оказавшись в этом доме. Радуйся своей новой судьбе! Не всё ли
равно, кто и с какой целью изменил моё прошлое. Гуляй, Сёма, и не тревожь голову
глупыми мыслями. Дались мне вообще все эти пространственно-временные
континуумы… блин.
А может у меня вообще никогда не было другой жизни, кроме этой? Это и есть –
настоящая реальность, а то бомжеватое прошлое с грязной общагой и соседями-
гастарбайтерами мне просто приснилось в кошмарном сне. Кстати, отличная версия. Надо
было сразу догадац-ца. Всё сразу стало на свои места. Что-то я совсем пьян. Это хорошо…
Гуляй, Сёма, пока есть возмож-жность…
Очнулся я только на следующее утро. Это прозвучит странно, но в первые минуты я даже
не решался открыть глаза. Боялся, что снова окажусь в своей прежней унылой комнатушке
в общежитии с грязными потолками и обшарпанными стенами. Затем я почувствовал под
спиной мягкую кровать с гладкими простынями, уловил в воздухе аромат Катькиных
духов и услышал её голос. Слава богу… всё на своих местах. То, другое прошлое, похоже, ушло и больше никогда не вернётся. Скатертью дорога. Я открыл глаза и улыбнулся. В
жизни не чувствовал себя так хорошо, даже несмотря на тяжёлую головную боль и
ужасный отходняк. Правда, Катька почему-то не разделяла моего хорошего настроения, а
моя блаженная улыбка явно казалась ей неуместной в то утро. Сама она выглядела
довольно хмуро и неприветливо.
-Привет, любимая.
Она даже не обернулась в мою сторону.
-Мне просто интересно, как можно каждый день пьянствовать и валяться на диване и при
этом зарабатывать в десять раз больше чем я? Даже обидно становится.
Я лишь растерянно пожал плечами. Похоже, Катька меня сегодня опередила, первой
подняв тему нашего странного финансового благополучия. Может, это и к лучшему. А то
я понятия не имел, с чего начать разговор о собственном заработке. Пришлось, конечно, слегка подыграть ей и даже изобразить на лице фальшивую обиду.
-Да ты хоть знаешь, как тяжело мне даются эти деньги? Знаешь, чем я вообще
занимаюсь?
-Да, знаю я всё. Книжки свои пишешь. Не пойму только, когда ты находишь на это время.
И почему их потом пол страны взахлёб читает.
-Книжки, говоришь, пишу?..
От растерянности я на какое-то время просто выпал из реальности. То, что я услышал,
уже не укладывалось в голове. Книжки, оказывается, пишу… Их, потом пол страны
взахлёб читает… Мир точно сошёл с ума. Ну, не может человек написать что-то стоящее,
если он до этого всю жизнь сочинял дебильные истории о суровом варваре, который без
устали размахивает двуручным мечом на каждом шагу рубит головы тёмным властелинам.
Что со мной произошло в этом другом мире? Когда у меня успел проснуться талант
писателя? Может, меня молния ударила? Говорят, после этого у многих людей заметно
расширяется сознание. А, может, Семёна Скоробогатова однажды похитили инопланетяне
и впихнули в его голову свой суперкомпьютер?
Пока я лежал на кровати и с отрешённостью буддийского монаха пытался найти хоть
одно разумное объяснение происходящему, Катька успела одеться и уйти на работу. Я
снова остался один. Из оцепенения меня вывел звонок мобильника. Знакомая мелодия из
фильма Профессионал с Бельмондо в главной роли. Наверное, это единственное, что у
меня осталось от той прошлой жизни.
-Это Семён Семёнович?
По голосу я сразу узнал человека, с которым говорил вчера утром. Понятия не имею, кто
это, но на всякий случай буду вести себя корректно. Может, даже попробую сыграть роль
того другого Семёна Скоробогатова.
-Да, Виктор Павлович. Извините, что не узнал вас вчера. Мне слегка нездоровилось.
-Ты, Семен, выздоравливай. И главное роман свой не забывай писать. Сроки уже
поджимают.
Я в ответ лишь робко спросил:
-Какой ещё роман?..
Человек на другом конце провода сначала умолк, затем как-то зловеще кашлянул и,
наконец, продолжил, но уже другим более резким тоном:
-Ты, Семён, наверно, уже совсем мозги пропил? Ты хоть представляешь себе, сколько
денег вложено в твою новую книгу? Знаешь, сколько рекламы уже напичкано в прессе и
Интернете? Знаешь, сколько тысяч человек оформило предзаказ на твою писанину? На
кону, ни много, ни мало, честь всего издательства…
Чем больше я слушал этого человека, тем больше понимал, что влип в серьёзную и
неприятную историю. Причём, влип по-крупному. От волнения голос мой стал дрожать, а
спина покрылась холодным потом.
-Как хоть называется моя книга?..
От такого вопроса мой собеседник стал сильно нервничать.
-Слушай, Семён, скажу тебе сразу; не дай бог ты нарушишь контракт и не закончишь
книгу вовремя. Можешь сразу готовить адвокатов. Через суд оплатишь неустойку. Портки
последние продашь, но компенсируешь нам все убытки до последнего рубля. Ты всё
понял?!
-Да… Так как называется книга?
-“Ястреб и Шакал”, третий том…
С этими словами мой собеседник повесил трубку. Несколько минут я лежал на кровати и
неподвижно смотрел в потухший экран айфона. Затем встал, оделся и направился к своему
рабочему кабинету. Я ориентировался в этом доме, словно прожил здесь последние
несколько лет. Всё вокруг мне казалось знакомым. Довольно странное чувство. Как будто, с каждой деталью здесь у меня были связаны какие-то особые, пока ещё не раскрытые
воспоминания.
Считанные секунды мне понадобились, чтобы среди полудюжины одинаковых дверей
найти те, что вели в мой кабинет. Внутри это было обширное, стильно обставленное
помещение с дорогой мебелью и массивными книжными полками. В шкафах за толстыми
стёклами красовались всевозможные бронзовые кубки и статуэтки, а стены были
обвешаны грамотами и моими фотками в обнимку со знаменитостями. Что ни говори, а
мой второй “я” был человеком известным. Вдобавок, он явно не страдал от излишней
скромности. Сразу у входа мне на глаза попался стеллаж, заставленный исключительно
книгами с моим именем на корешках. Их там было, наверное, не меньше сотни. Понятия
не имею, как лодырь вроде меня смог осилить такие объёмы текста. Многим моим
коллегам не хватило бы и всей жизни, чтобы создать нечто подобное. Наконец, в дальнем
углу кабинета я заметил несколько десятков своих книг в иностранном переводе. Кроме
Английского и Немецкого, там были ещё какие-то незнакомые Центрально-Европейские
языки и прочая тарабарщина. Большинство современных авторов, при виде этого, могли
бы запросто удавиться от зависти. Правда, я сам к подобному успеху отнёсся вполне
спокойно. Может, за последние два дня я просто