Время-Назад, стр. 11
экстравагантной компании, что постоянно тусовалась в нашем доме. Даже подружился с
одним из Викиных знакомых. Миша Пожарский, вроде, вполне нормальный мужик
примерно моего возраста. Занимается спецэффектами для кино. Немало поколесил по
миру. Успел поработать со многими российскими и забугорными киностудиями. С ним
было о чём поговорить за бутылкой водки в каком-нибудь нормальном кабаке. В общем, такая жизнь мне нравилась. Мы с Викой были, возможно, самой известной звёздной парой
на просторах страны. Я был счастлив. Это куда лучше, чем каждый вечер сидеть одному в
большом доме и пытаться найти жену по Интернету.
И всё бы хорошо, вот только жизнь мою в последнее время начала омрачать одна
тревожная деталь. В окружении жены я всё чаще стал замечать Костю Оловянного - её
жениха из прошлой реальности. Что вообще может её связывать с этим бандюганом? В
компании стилистов и музыкантов он выглядел как матёрый волчара среди стада овец.
Мне он как-то сразу не понравился. Совсем, блин, не понравился...
Говорят, в прошлом Оловянный был профессиональным боксёром. Вполне возможно. С
виду он высокий и крепкий, с длинными руками и сбитыми костяшками. Врежет так, что
потом костей не соберёшь. Но даже не это пугало в нём прежде всего. Хуже всего был его
взгляд, такой тяжёлый и пронзительный. От этого взгляда у меня каждый раз душа
уходила в пятки. Никогда не знаешь, что у него сейчас на уме. Иногда кажется, что этот
отморозок в любой момент может достать ствол и пристрелить тебя к чёртовой матери.
Дошло до того, что он начал чувствовать себя как хозяин в моём доме. При его
появлении, наша шумная компания сразу затихала и рассеивалась. Его все боялись. Никто
не хотел с ним связываться. Более или менее уважительно он относился только к Вике.
Впрочем, их отношения меня всё больше и больше настораживали. Например, Оловянный
мог запросто обнять мою жену за талию или положить ей руку на колено. И ему
наплевать, что на это смотрят десятки гостей. Меня он вообще не замечал. Лишь
презрительно кивал в мою сторону и давал мелкие поручения. То пивка ему принеси, то
коньячку. Вот дожил, блин... Бегаю, как официант в собственном доме перед каким-то
уголовником. И пререкаться с ним страшно. Это тебе не бывшего шефа чморить за любую
оплошность.
Я неоднократно пытался поговорить с Викой о нашём непрошенном госте, но она каждый
раз тактично уходила от ответа. А Оловянный с каждым днём вёл себя всё наглее и
наглее. Наконец, даже моё терпение не выдержало, и я решил всерьёз обсудить с женой
эту тему. Помню, был обычный зимний вечер. Я только вернулся с работы. Дома никого, одна лишь Вика сидит в гостиной у телевизора и пьёт кофе.
-Вика, нам с тобой нужно срочно поговорить. Что в нашём доме делает Костя
Оловянный? Что у тебя может быть общего с этим бандюганом? Может, вы любовники?
Моя жена сразу вздрогнула и побледнела. Поставила чашку на столик и, прежде чем
ответить, несколько минут собиралась с мыслями.
-Всё гораздо сложнее, Антон. Я должна ему много денег. Почти полтора миллиона.
-Полтора миллиона рублей?
Вика печально улыбнулась.
-Долларов...
От услышанного ноги мои подкосились, и я присел на соседнее кресло. Дальше всё было, как в тумане. Я просто молчал, смотрел в одну точку и отрешённо слушал оправдания
своей жены.
-Антон, ты должен меня понять. У меня другого выхода не было. Десять лет назад мне
срочно нужны были деньги на раскрутку альбома и съёмку нового клипа. Сам помнишь то
время. Мы дом строили и были по уши в кредитах. Вот я и попросила у Кости. Тогда он
казался мне порядочным человеком. Даже помогал мне немного в организации концертов.
Говорил, мол, отдашь лет через двадцать. Ещё шутил, что его, скорее всего, убьют к тому
времени. Какая же я была дура. А теперь он поставил меня перед выбором, либо я
возвращаю деньги, либо становлюсь его любовницей. Костя дал мне всего две недели на
раздумья. Что мне делать, Антон? Мне так страшно.
Вика закрыла лицо руками и расплакалась. Я не стал ругать её за безответственность. Не
стал упрекать, что связалась с бандитом и поставила под угрозу всю нашу семью. Не стал
орать, типа, о чём ты вообще думала, когда брала в руки эти деньги. Я просто сел рядом и
крепко обнял её.
-Не переживай так. Я всё улажу. Всё снова будет хорошо.
Тем временем в голове моей уже крутились идеи, как выйти из этой непростой ситуации.
Оловянный, конечно, отморозок, но даже с ним, наверняка, можно договориться. На
работе мне не раз приходилось иметь дело со сложными клиентами. Полтора миллиона
долларов - немалая сумма, но это ещё не конец. Договорюсь с Оловянным об отсрочке.
Выплачу долг частями в течении нескольких лет. О том, чтобы отдать ему Вику в
любовницы, конечно, не могло быть и речи. Всё будет нормально. Не посмеет этот
уголовник открыто угрожать людям, которых знает вся страна. На дворе, слава Богу, не
девяностые годы.
Я как следует подготовился к встрече с Оловянным. Постарался вникнуть в его
бандитскую психологию. Решил, что буду вести себя спокойно и уверенно. Просчитал всё
до мелочей. На все его вопросы придумал правильные ответы. А затем просто начал
ждать.
Встретились мы через несколько дней, у меня дома. Вот только, пошло всё не так, как я
думал. Все мои тщательные приготовления в один миг полетели к чёртовой матери. Каким
же я был наивным. Думал, что смогу о чём-то договориться с тупым отморозком вроде
Оловянного.
В тот злополучный вечер я поздно вернулся с работы. Открыл дверь и сразу услышал на
кухне душераздирающий крик своей жены:
-Костя, не надо!
Меня словно током прошибло. Я бросился на кухню и застал там жуткую картину.
Оловянный одной рукой прижал Вику к стене, а другой срывал с неё одежду. Заметив
меня, он лишь презрительно усмехнулся.
-А вот и муженёк нарисовался. Ты вовремя. Можешь, посмотреть, если хочешь?
-Убери от неё свои грязные руки!
Оловянный отпустил Вику и угрожающе шагнул в мою сторону.
-А то, что?
В тот момент я плохо соображал, что делаю. Просто схватил со стола длинный кухонный
нож и шагнул в сторону Оловянного. Тот лишь нахально рассмеялся мне в лицо. Ну,
вылитое животное.
-А муженёк у Вики боевой. Чего остановился? Взялся - бей.
И я ударил. В один отчаянный рывок вложил всю свою силу и ненависть. Тогда я хотел
лишь убить Оловянного. Прирезать его, как бешеную собаку и превратить его мерзкую
харю в сплошное кровавое месиво. Но удар не достиг цели. Оловянный легко перехватил
моё запястье и другой рукой нанёс мощный хук в челюсть. Нож полетел в одну сторону, я
в другую. Выписал в воздухе какое-то невообразимое сальто и с грохотом приземлился на
твёрдый кафельный пол. Даже посуда зазвенела на полках. Но Оловянному этого было
мало. С перекошенным от ярости лицом он подбежал к моему полуживому телу и начал
остервенело избивать его ногами.
-Ты чё, гад, творишь!