Ханаанский блюз, стр. 8
— Нет, я даже не знал, что ты в теме. — ответил он. — просто захотелось с тобой заговорить. Я часто общаюсь с людьми с других факультетов. И, кстати, ты не похож на охча.
— Тогда зачем тебе это нужно? — спросил я, обводя рукой свою спальню.
— Хочу, чтобы ты был моим — сказал он со смешком.
Я не нашелся, что сказать.
— У тебя интересное лицо — сказал он. — как у твоего деда.
— Лучше не надо — сказал я предупреждающим голосом.
— Почему? У вас плохие отношения?
— Нормальные. Не будем об этом, ладно?
Он кивнул.
— Что хочешь делать дальше? — спросил он.
— Посмотрим фильм? — предложил я.
Он расхохотался.
— Давай!
Мы включили какой-то фильм на компьютере, я открыл нам по пиву, и сел возле него.
Через некоторое время я понял, что он смотрит не на экран.
— Не хочешь смотреть? — спросил я, не поворачиваясь к нему.
В ответ он прижал свои губы к моему виску. Обнял за шею, повернул к себе и поцеловал долгим и глубоким поцелуем.
— Хочу тебя — прошептал он, делая ударение на последнем слове.
У меня немного шумело в голове от его напора, и я позволил ему пробраться мне в джинсы. Его рука легла на меня так, словно он занимался этим всю жизнь. Не отрываясь от моего рта, он принялся ласкать меня, с удовольствием ловя мои приглушённые стоны.
— Пошли в спальню — сказал он наконец, на миг оторвавшись от меня.
— А… — я напрягся.
— Не будем мы ничего делать такого. Просто хочу устроиться поудобнее.
В этот раз все пошло немного лучше. Мы разделись и теперь лежали лицом к лицу, целуясь и лаская друг друга.
Иногда он замирал, словно прислушиваясь самому к себе.
— Все в порядке? — спросил я.
— Да. Только странно — он улыбнулся и его зубы блеснули в темноте.
— Почему?
— До прошлой недели я и не думал, что захочу заняться чем-то подобным. С парнем.
— Это воздух Тель Авива так действует — тебе надо быть тут поосторожнее.
— Думаешь? — он внезапно подмял меня под себя.
— Эй, мы же договорились — запротестовал я.
— Не бойся — прошептал он. Его рука стала смелее и наглее, он ласкал меня все быстрее и жёстче, и я, тоже добравшись до его твердого члена, отвечал ему тем же.
Мы кончили почти одновременно, запачкав и себя, и постель.
Он поцеловал меня ещё раз и откинулся на спину.
Я лежал, приходя в себя. Мыслей в голове не было, только приятная усталость.
— Я в душ — сказал он, садясь в кровати.
— Угу — пробормотал я.
Вернувшись, он оделся, и сразу стал самим собой — вальяжным хозяином жизни.
Я усмехнулся и тоже пошел в ванную.
Когда вернулся, он ждал меня у входной двери.
— Мне пора идти — сказал он.
— Давай, — ответил я.
— Хочешь встретиться ещё?
— Хочу — сказал я и удивился сам себе.
Он улыбнулся, словно и не ожидал другого ответа, поцеловал меня и вышел.
Я закрыл за ним дверь, и пошел спать. В голове моей был хаос, но в то же время — ощущение чего-то очень, очень хорошего.
Маджид позвонил через несколько дней, и после занятий заехал за мной в кампус.
— Поехали куда-нибудь? — предложил он.
— Куда?
— В театр, например. Когда ты в последний раз там был?
Я задумался.
— В школе нас водили на «Ревизора» — вспомнил наконец.
— Прекрасно. Хочешь пойти со мной? Немного окультуриться?
— Пойдем окультуриваться — согласился я.
После спектакля мы вышли в осенний тель-авивский вечер.
— Поужинаем? — предложил Маджид.
— Ты не боишься, что тебя увидят со мной? — спросил я.
— Не боюсь. А ты?
— Я — не ты.
— В каком смысле? — не понял он.
— Я не преуспевающий адвокат, и репутации, которую нужно поддерживать, у меня нет.
— А тебя могут застукать с парнем-арабом и донести твоим родителям — пожал он плечами.
— Ничего страшного — ответил я — я им скажу, что ты адвокат, и они наоборот, обрадуются.
Он покосился на меня, потом привлек к себе и поцеловал — прямо посреди бульвара Ротшильда. Впрочем, тут это никогда никого не волновало. Но все равно мне захватило дух от такой бесшабашности.
Мы доехали до моего дома, он втолкнул меня в спальню, попутно сдирая с меня и с себя одежду.
— Миха — сказал он тихо, голос его был севшим от еле контролируемого желания — мне плевать, кто кого будет сегодня трахать. Если хочешь — будь сверху. Но ждать я больше не могу.
Я прижал его к себе, чтобы немного успокоиться. Спокойнее мне от этого не стало — доказательство его возбуждения упиралось мне в бедро.
— У меня где-то лежат презервативы и смазка — сказал я. Потянулся к тумбочке у кровати. Бинго! Все было здесь, ещё с прошлого года.
Маджид закашлялся, и я понял, что он пытается скрыть смех.
— Ты заранее запасся? — спросил он.
— Нет, скорее наоборот — забыл выкинуть — хмыкнул я.
— Все-таки ты хитрый — сказал он — вспомнил о них, только когда я признался, что согласен на все.
Я попытался скрыться улыбку за поцелуем, а потом мне стало уже не до смеха.
Понимание того, что я смогу быть внутри него, заставляло мое сердце биться как сумасшедшее.
Я заставил взять себя в руки и вспомнить практику прошлого года. Подготовить, растянуть, и не жалеть смазки.
Он молчал, вцепившись в подушку — судя по всему, ему это не особо нравилось, но он терпел.
Наконец, я лег поверх него, поцеловал его плечо.
— Я буду очень осторожно — говорю тихо, чтобы он не понял, что я еле ворочаю языком от возбуждения.
Я был на самом деле очень осторожным. Никаких резких движений, все очень плавно. Он лежал почти без движения, и видно было, что ему происходящее не в кайф.
Я остановился. Нащупал его член — разумеется, абсолютно не возбуждённый. Вышел из него и помог перевернуться на спину.
Набрался духом и, не дав себе передумать, взял его в рот.
Маджид ахнул, его рука метнулась к моей голове, словно чтобы остановить.
Я мотнул головой, чтобы он не мне мешал, и продолжил. Его член встал почти сразу же, и я подумал, что все не так уж и страшно. Я до сих пор ни разу этого не делал, и кровь бросилась мне в голову от осознания, как эта сцена выглядит со стороны.
— Постой — простонал он — я сейчас уже…
Я перехватил его рукой, не давая отстраниться, и он кончил, содрогаясь подо мной.
На вкус — ничего особенного. И почему из этого строят такие страшилки?
Он подтянул меня к себе и поцеловал. Теперь он лежал расслабленный и спокойный.
— Давай ещё раз? — пробормотал он.
— Ещё один отсос? — деланно поразился я.
Он тихо рассмеялся.
— Ты знаешь, о чем я. Пока я не передумал.
Я поцеловал его.
Теперь на самом деле стало легче. Он не зажимался, и я вошёл в него. У меня проснулось второе дыхание — я