Держать строй, стр. 28

свободной минутой, они устраивали тренировки своим подчиненным. Глядя на них, душа радовалась! Эрно пытался перепоручить столичное ополчение вольным отрядам, придав каждой сотне наемников определенное число ополченцев. За их обучение сержанты и сотники должны были получать дополнительную плату…

Затея провалилась. Идиоты из Совета, опасаясь, что их родственнички, оккупировавшие командные должности в ополчении, могут лишиться своих теплых местечек – еще бы, деньги идут, и немалые, а делать ничего не нужно! – зарубили разумное предложение графа Альтина на корню.

Ну и ляд с ними! Только бы до зимы продержаться, а там военные действия временно утихнут, и можно будет вплотную заняться Советом, избавившись от самых оголтелых. От некоторых радикально. В первую очередь от Пангрика – слишком уж он себе большую волю забрал! И все время ищет любую возможность увеличить свою власть. Того гляди, под трон копать начнет. Да, дела! Спереди враги, а сзади такие союзники, что никаких врагов не надо! Ну, ничего, дайте только срок!

Ближе к центру столицы народу на пути попадалось все больше и больше, и отряду поневоле пришлось сдерживать коней. Эрно нетерпеливо ерзал в седле, сыпля ругательствами сквозь зубы, но ничего поделать было нельзя – не топтать же конями прохожих.

– Да чтоб вас! Капер, узнай, что там произошло! – сказал граф, обратив внимание на поднявшийся впереди переполох.

Капер умчался вперед, прихватив с собой парочку бойцов. Остальные сопровождающие Эрно Альтина подтянулись ближе к своему предводителю, окружив его кольцом.

Подъехав ближе, отряд увидел, из-за чего собственно на дороге образовался непреодолимый затор. У громоздкой, когда-то богато изукрашенной, а сейчас изрядно выцветшей, побитой и запыленной кареты, с трудом передвигаемой усталой шестеркой лошадей, сорвало колесо, и она опрокинулась набок, перегородив проезд. Запутавшиеся в постромках перепуганные лошади дико бились, создавая дополнительную суматоху. Возле кареты суетилось десяток слуг и четверка вооруженных бойцов. Еще четверо воинов подозрительно смотрели вокруг – нарастающее число зевак им не понравилось. Время от времени то один, то другой воин напирали конями на толпу, отпихивая назад самых любопытных.

– Назад сдай! Сдай назад, кому говорю? – покрикивали они, но жадных до развлечений столичных жителей было не пронять одними увещеваниями. К тому же амельцы наметанным взглядом угадали в них провинциалов и продолжали напирать. Со столичными дворянами толпа вела бы себя намного осторожнее. Воины вынуждены были взяться за оружие. Раздавая удары ножнами мечей налево и направо, они потеснили зевак. – Куда прешь, немочь ходячая! Назад! Сдай назад!

Увидев подъезжающий крупный отряд, воины нахмурились. Один что-то негромко сказал, и четверо вози вшихся возле опрокинутой кареты бойцов взобрались в седла. Выстроившись в ряд, они загородили проезд. Часть слуг – те, что покрепче, – расхватав укороченные копья, сгрудились позади всадников, создав второй ряд обороны.

Охране Альтина действия незнакомцев не понравились. Да и с каретой все выглядело слишком подозрительно. Кто-то из бойцов главы Тайной Стражи демонстративно вытянул из ножен меч и положил его поперек седла. Кто-то поднял щиты, прикрывая графа со всех сторон. Четверо, уперев в стремена самострелы, с трудом натянули тугие тетивы. Эрно Альтин благоразумно не препятствовал действиям своей охраны: на него часто устраивали покушения, и будь он менее осторожным – никогда бы не дожил до своих лет. Остановились поодаль.

Капер подлетел к выстроившимся солдатам, резко осадив коня в нескольких шагах от них. Крикнул повелительно:

– Кто такие?

Воины переглянулись, командный тон всадника выдавал в нем человека, привыкшего повелевать. Ссориться с таким человеком не хотелось. Один из бойцов ответил:

– Отряд барона Торено, сопровождаем в столицу детей барона Эдгара – баронетту Лауру и баронета Эдгара-младшего.

Понятно – провинциалы! Тайную Стражу не узнали, иначе бы никогда не осмелились загораживать проезд.

– Дорогу почему перекрыли? Не видите, кто едет?

Тот же воин ответил:

– Видим, не слепые, чай. Благородный рыцарь со свитой, может даже барон. Токмо это ничего не значит. По дороге на нас уже нападали такие же важные, тоже с гербами были… Еле отбились. Теперь опаску имеем.

– Так вы сейчас не в дороге, а в столице, деревня! – усмехнулся Капер.

– А нам все равно – дорога ли, столица ли. Поручено доставить детей барона Торено в целости и сохранности, вот и выполняем.

– Да кто их тут тронет? – изумился Капер. – Никто. Так что освобождайте дорогу, нам проехать нужно. Не видишь, что ли – торопимся?

Воин помотал головой:

– Не, не пойдет. Знаем мы вас столичных! А ну как умыкнете еще дочку барона, что мы ему потом скажем?

Капер начал закипать:

– Так нам что здесь торчать прикажете, пока вы свою карету чинить будете?

– И знать ничего не знаю, но к детям барона не пропущу!

Плюнув в сердцах на землю, Капер развернул коня и отъехал к ожидающему отряду.

– Ну, что там?

– Да совсем провинциалы сдурели! Орет: «Дочка барона!», «Не пущу!» Да кому она нужна?!

Кто-то из воинов заинтересованно спросил:

– Неужто такая красавица?

– Да не видел я ее.

Другой голос сказал:

– Небось, страшна, как смертный грех, вот и не хочет пускать. Испугать боится.

Свита графа дружно расхохоталась. Кто-то выкрикнул:

– Нас? Испугать? Мы и не такое видали!

И все вновь расхохотались.

– Ну, и что теперь будем делать? – спросил самый рассудительный.

Воины принялись негромко препираться. Кто-то предложил вернуться назад и объехать по другим улицам. Другие предлагали проучить наглецов, но им возражали третьи, говоря, что и без того многие вопят, что Тайная Стража ведет себя слишком вызывающе, так не стоит давать им лишний повод. Особенно если с этого нет пользы для дела. Дождавшись, пока воины выговорятся, Эрно Альтин сказал:

– Подъедем. Может, поможем чем. Заодно и узнаем, что их в столицу принесло.

– Господин?

Эрно усмехнулся:

– Как можно проехать мимо и не оказать помощь попавшей в беду даме? Где ваше рыцарство, господа?

Свита посмотрела на графа с удивлением. Кто-то приглушенно фыркнул. Глава Тайной Стражи обычно не изображал из себя спасителя благородных дам, рыцаря без страха и упрека и защитника всех сирых и убогих.

Эрно продолжал развлекаться:

– Интересно же. И весело. Когда еще меня