Когда не везет, или Попаданка на выданье, стр. 48

— Не знаю! Ригард, а почему ты не видел, как Дина исчезла? — рявкнул я в ответ.

Ригард растерянно замолчал. Киен протянул к нему светящиеся магией ладони и вскоре пояснил:

— Это было психологическое воздействие, нас заставили крепко спать. Ригард не виноват. Но кто его применил? Никого живого не ощущается…

Целитель, прикрыв глаза, принялся сканировать доступное пространство. Я занимался тем же.

— Исчез мой ньял, — заметил вдруг Ригард, — я его всегда ношу в сапоге.

Меня трясло от беспокойства, казалось, что мы теряем драгоценное время, рассуждая здесь, вместо того чтобы броситься на поиски Дины. Все это время я отчаянно звал ее мысленно, но ответа так и не дождался.

— Разделимся! Я пойду вперед по коридору, вы — назад в зал! Необходимо ее найти!

Я и сам не верил, что наши поиски дадут результат. Киен был прав — все органы чувств подсказывали, что, кроме нас, рядом нет никого живого. Отбросив рассуждения, я кинулся вперед, вглядываясь, прислушиваясь и принюхиваясь, чтобы не пропустить ни малейшего намека на присутствие моей Связанной. Но ничто не указывало на то, что она прошла здесь. Мое движение вперед остановила глухая стена, которой заканчивался этот коридор. Сколько я ни ощупывал ее по примеру Дины, никаких пластин для открывания так и не нашел.

Разозленный и снедаемый страхом, я вернулся назад к месту ночевки. Лишь одно удерживало от безумия, гневной волной готового накрыть меня, — браслет все так же оставался на мне, значит, она жива! В коридоре, в том же месте, где мы расстались, прямо на полу, сдавив виски руками и сощурив глаза, сидел Киен. Ригарда нигде не было видно.

— Где Ригард? Вы осмотрели зал?

— Он ушел один, — с усилием прошептал целитель.

— А ты почему… — начал было я, но потом, не договорив, побежал в сторону зала, откуда мы пришли.

Навстречу уже шел Ригард. Один. Неужели и от меня веет такой жуткой паникой? Мы вернулись к исходному месту, предстояло решить, что делать дальше.

— Киен, что с тобой? — Ригард остановился при виде скрючившегося у стены шаенга.

В ответ целитесь медленно приподнял голову и, распахнув мутные, полные боли глаза, посмотрел на нас:

— Пытаюсь не терять связь с ребенком. Очень трудно, но временами получается пробиваться. Это не магия — связь наших аур на энергетическом уровне, поэтому ее не так-то просто заблокировать. Но тут ощущение такое, что Дина закрыта сплошным экранным полем, поэтому очень тяжело поддерживать контакт.

— Твоя аура связана с ее… — потрясенно прошептал Ригард, не отводя взгляд от друга, — но это значит…

— С одной из них, — бросив на меня вопросительный взгляд, пояснил Киен быстро.

— Две? Две девочки… Не представляю… — шокированно бормотал Ригард. — Если мы не найдем Дину и не спасем их, не имеет смысла возвращаться.

— Какие ощущения от ауры ребенка? Можно что-то предположить о том, что с ними происходит? — с затаенной надеждой спросил я, отмахнувшись от Ригарда.

— Надо ждать. От нее идут импульсы спокойствия и уверенности — полагаю, это означает, что маме ничего не угрожает. Это все, что я могу почувствовать.

Мы с некоторой долей восхищения смотрели на целителя: вот это мощь!

Все же спокойно ждать я был не в состоянии, слова Киена несколько успокоили меня, но до уверенности в благополучное возвращение Дины было еще далеко. Мы с Ригардом начали обследовать стены коридора, пытаясь найти панели, а за ними и другие помещения. Вдруг Дина в одном из них, раз ее окружает экранирующее поле и расстояние до нее определить невозможно. Она может быть и совсем рядом, даже за соседней стеной! Эта мысль подстегнула и заставила до конца дня тщательно ощупывать каждый кусок стены ненавистного мне уже коридора. Но то ли нам не везло, то ли Дине помогало что-то сверхъестественное, — обнаружить ничего не удалось. К тому же все время, которое мы там копошились, меня не покидало ощущение, что за нами наблюдают. При этом никого живого рядом мы так и не чувствовали, а я бы не дожил до сего дня, если бы не доверял своим ощущениям. Мой инстинкт упорно твердил, что тут опасно.

Мы периодически обращались к Киену, и он все так же продолжал обнадеживать нас. Мы не ели целый день, и даже мысль о еде вызывала у меня спазм. Дина наверняка тоже голодна. От безнадежности хотелось просто крушить все вокруг, но я понимал, что это признак подступающего безумия. Потерять Дину для меня значило потерять смысл жизни, само желание жить. Скованный страхом за безопасность Связанной, боязнью не найти ее, я в отчаянии опустился рядом с Киеном. Он давал мне последнюю надежду. Обхватив колени руками, я изо всех сил мысленно призывал Дину…

Внезапно мы оба с Киеном вздрогнули, и я почувствовал ее! Услышал мысленный голос, безумно усталый, но такой родной:

— Я иду, не волнуйся.

Вскочив, я принялся озираться по сторонам, пытаясь понять, откуда ее ожидать. Киен и Ригард напряженно наблюдали за мной.

— Она отозвалась, сказала — идет, — пояснил я.

На звук отъезжающей панели прямо напротив нас мы отреагировали стремительными взмахами сортов. Но это оказалась Дина. Выглядела она жутковато — лицо настолько бледное, что казалось серым, глаза ввалились, в них — ужас и страдание. Опираясь на стену, она шагнула к нам и буквально рухнула мне на руки.

— Все потом, я в порядке. Знаю, где выход, завтра уйдем. А сейчас — спать, — невнятно пробормотала Дина и уснула прямо на моих руках.

Я отнес ее в комнатку и переложил на выступ, на котором мы спали. Скатав свою куртку, подложил под голову, а ее банным полотенцем укрыл сверху. Руки немного подрагивали, мне все еще не верилось, что она благополучно вернулась.

— Можешь понять, что с нею? — спросил я целителя.

Киен, который выглядел немногим лучше Дины, сразу согласно шагнул из коридора, откуда они с Ригардом наблюдали за моими действиями. Поднеся светящиеся ладони к Дине, Киен ненадолго замолк.

— Она здорова, дети тоже в порядке. Но очень сильное умственное и физическое истощение — она пережила глубокое потрясение. Я сейчас постараюсь ее подкачать