Когда не везет, или Попаданка на выданье, стр. 43
Вздохнув, Знающий о чем-то ненадолго задумался, собираясь с мыслями, и продолжал:
— Вот тогда и был установлен первый купол в месте прихода, основан первый город — Оайзир. Род сиреневоглазых — они хранители этого места — так и живет под тем куполом. Не сумев вернуться, наши предки направили все свои силы на то, чтобы закрепиться в этом мире. Все наши способности и возможности были сформированы и адаптированы под этот мир ими, они же создали магию Обряда, связующие браслеты и придумали ритуал призыва Жертв. Так называли девушек доргов — шаенгов они воспринимали как богов. Со временем раса доргов развилась и поклонение переросло в страх и ненависть.
Знающий опять вздохнул.
— Практически всю информацию о себе, о своих магических экспериментах они уничтожили. Нами утеряны те знания, и, надо полагать, мы утратили многие их ресурсы, в том числе возможность влиять на себя. И самое печальное, что мы, несмотря на все старания древних, стремительно катимся к жуткому концу. Твой отец понимал это еще тогда и ради вас, ради будущего нашей расы, пытался найти выход. Чего он добился, неизвестно.
— Знающий, а что вам подсказывают ваши собственные способности? Ведь вашей задачей всегда было указывать нашему народу нужное направление, корректируя существующую действительность, — неуверенно добавил я.
— Видения… Есть ли кому-нибудь дело до Видений сейчас, когда раз за разом шаенги возвращаются без Связанных, впадают в ярость, теряют разум… Ты полагаешь, о таких Видениях хотят знать? — грустно глядя мне прямо в глаза, ответил Знающий.
— Но… — я запнулся, подбирая слова. — Неужели только это?
— Да. За очень редким исключением — твой брат, например. Или есть, к примеру, еще одно… Я видел страшную бойню, где брат пойдет на брата, а Связанных и их детей будут рвать на куски без жалости и милосердия… И так будет, если не придет глава рода, способный подчинить Источник себе, способный вернуть шаенгам надежду и веру в себя, удержав от массового падения. Но Совет обвинил меня в безумии и желании подорвать имеющийся уклад жизни. Кто он, этот глава, и что станет этой надеждой — показано не было. Но вместо того чтобы дать тебе возможность выяснить правду и проверить свои силы, они лишили тебя возможности пройти проверку. Кто знает, возможно, твой отец оставил сообщение, где указал преемника? Ведь очень знаменательно, что оба его сына смогли обрести Связанных. Старейшины сами настолько погрязли в своем закостенелом слепом поклонении традициям, что не видят изменения в мире, а мы, став его частью, должны меняться тоже. Они оплакивают своих живых еще сыновей, проваливших Обряд, и оттого сильнее их ненависть к тебе, но при этом дать своим детям шанс изменить ситуацию они не хотят.
— А про эту кровавую бойню кроме старейшин вы рассказывали кому-нибудь? — вмешалась Дина.
— Нет, зачем порождать панику?
— Расскажите. Не все еще впали в безумие, и получить предупреждение будет нелишним.
— Да, — заметил я, — в остальных родах, где есть глава, обстановка все же лучше.
— Поэтому я боюсь за вас. Старейшины могут пойти на все.
— Спасибо, что рассказали, — поблагодарила Дина. — Теперь многое становится понятнее.
— Дина, мне бы хотелось сделать тебе подарок. Понимаю, что после моего рассказа вы захотите посетить род сиреневоглазых, желая узнать, над чем работал отец Нургха. Вот тебе мгновенный переход. Раздави сиреневую жемчужинку — и ты, и все живое, чего ты касаешься, окажется в Оайзире — городе сиреневоглазых. — Знающий протянул Дине серьгу с жемчужиной.
— Благодарю! — Дина тут же вдела ее в ухо.
Мы посидели еще немного, думая каждый о своем, а потом отправились вниз. Была уже глубокая ночь, когда мы попрощались со Знающим. Провожая его, мы вышли из башни. Возле Источника все так же находились стражи.
ГЛАВА 19
Дина
Как всегда пристальный и вдумчивый, взгляд главного стража скользнул по нам, задержавшись ненадолго на сережке, которую подарил мне Гристн. Уже засыпая в уютных объятиях Нургха, я вдруг подумала:
— Стражи ведь сообщат Совету, что к нам приходил Знающий!
— Мм… не уверен… им поручили только оберегать Источник от контакта со мной, — сонно пробормотал Нургх.
— Но главный страж так пристально вглядывался в подарок Гристна…
— Ну, наверное, Лингранга просто удивило, что отец сделал подарок Связанной Изгнанника. Такие серьги делает только Знающий.
— Отец?!
— Дина, — его рука успокаивающе погладила мое бедро, — у всех в роду, кроме нас с братом, есть отцы. Лингранг же очень молод, он примерно ровесник Маартха. Думаю, даже Зов еще не получал.
Я потрясенно замолкла. Как все тесно переплелось: сын старейшины стал моим кровником; сын Знающего и лучшего друга отца Нургха — глава отряда защитников рода и наш основной противник в случае любого вооруженного конфликта с Советом. Про Ригарда и Киена, которые мало того что оба наследники своих родов и друзья детства Нургха, так претендуют и вовсе стать частью нашей семьи, и говорить не приходилось. Клубок сплошных противоречий!
Проснувшись на следующее утро, я еще долго валялась в кровати, ленясь встать. Хотелось накрыться одеялом и отгородиться от проблем этого мира, со скоростью лавины наступавших со всех сторон. Изредка сквозь приоткрытое окно до меня доносились отрывистые вскрики и лязг оружия — шла очередная тренировка моего «десанта».
Я как раз раздумывала, чем бы сегодня заняться, когда услышала осторожный стук в дверь и тихий голос Зоель:
— Дина, ты проснулась?
— Да, Зоель, входи, — отозвалась я.
Доргиня плавно приоткрыла дверь, появляясь вместе с подносом, на котором стоял бокал с напитком и блюдце с булочками. Пристроив поднос на краешек стола возле кровати, она присела рядом.
— Дина, сегодня утром Нургх рассказывал Маартху о вчерашнем посещении Знающего. Он сообщил, что вы вскоре отправитесь в Оайзир на Литронию. Я жила на этом континенте до встречи с Маартхом. Наше поселение Рилд — в трех днях пути от купола шаенгов. Там осталась моя семья, и я очень переживаю