ДНК Творца, стр. 28
Увиденное стоило того, чтобы не распахнуть дверь с гневным криком. Пред нашим взором в полумраке свечей предстало овальное лицо сошедшего на грешную землю херувима, обрамленное волнистыми локонами, с прямым носом, с манящей полуулыбкой. Стройный стан, обнажённый по пояс. Юноша стоял к нам в профиль.
Адриано был полной противоположностью этого тонкокостного красавца, чей облик вызывал ассоциации с французским пажом. Лицо оборотня утонуло в полумраке, зато отчетливо было видно накачанное тело, бугрившееся мышцами.
– Иди ко мне, моя любимая, мое наваждение, моя Све… – Адриано потянул руки к юноше.
Договорить хвостатый не успел, золотоволосый накрыл его рот жадным поцелуем. Единственное, в мгновение перед страстным и жарким лобзаньем мне почудились… клыки, и отнюдь не у оборотня. О последнем я не преминула шепотом сообщить свекру.
– Похоже, наш друг пал жертвой вампирьих чар. Этим кровососам чужды гендерные предрассудки… – старик еще что-то хотел сказать, но было поздно.
«Развлекаются всласть», – мысль пролетела быстрее кометы. Я догадалась, кого представлял перед собой блохастый. Быть его даже в фантазиях не хотелось. Я резко распахнула дверь и буквально в один прыжок преодолела разделявшее меня и вампира расстояние. Кровосос не успел прервать поцелуя, а следовательно, и адекватно отреагировать, а я смогла повиснуть на его шее, крепко ухватившись за оную руками. Ноги же, для закрепления положения тела в пространстве, инстинктивно обхватили талию, и я разместилась на спине клыкастого злыдня не хуже рюкзака пехотинца. Думаю, и весила я при этом столько же. А потом решила, что для максимального заякоривания не хватает одной маленькой детали, и цапнула вампира в шею.
Взвыли все, кроме меня (я бы тоже, но рот был занят яростно сомкнутыми на вампирьей шейке челюстями), кусаемый громче всех – от неожиданной наглости нападавшего, все же это была как-никак его прерогатива – впиваться клыками в яремную вену. Свекор ревел громко и утробно – его в корне не устраивала тактика наступления на противника. Адриано – оттого, что с него спали чары и он без дополнительных объяснений понял, что только что чуть не поменял ориентацию.
Вампир вел себя как ретивый бычок на родео, взбрыкивая, пытаясь руками снять меня с себя и периодически припечатывая спиной о стену. Увы, его попытки только прибавляли мне страху, и я еще сильнее сжимала челюсти. Под конец создалось впечатление, что еще немного – и я оттяпаю здоровенный кус вампирятины.
Дейминго пытался усовестить кровососа с фасада. Основными аргументами в этом диспуте были кулаки. Надо ли говорить, что хуки, свинги и апперкоты были усилены магически.
Адриано же, отойдя от первоначального шока девственницы, которую чудом выволокли из-под насильника в самый эпический момент, присоединился к нашему веселому вампирскому междусобойчику. То ли оборотень мстил за чуть не поруганную честь истинного бабника, то ли просто был зол, но кровососа скрутили быстро. Лишь после того, как его надежно зафиксировали хватом с обеих сторон, я решила разжать челюсти. Получилось. Хотя и не с первого раза. Отпечаток моих зубов отчетливо виднелся на белой коже.
Вампир же, которому тут же в рот засунули кляп (как пояснил родственничек: «Чтобы не затуманил разум речами», – поскольку воздействовал клыкастик на сознание именно посредствам голоса), взирал на нас глазами спаниеля, разом севшего на двойной шпагат. Отчасти понимала юношу: хотел приятно провести вечерок в приглянувшейся компании, потом вкусно отужинать, а тут гарнир в последний момент выпрыгнул из тарелки, надавал тумаков и скатал самого гурмана в рулет.
– Скажи спасибо, что на роллы не пошинковали, – обратилась я к вампиру, озвучивая свои мысли.
Связанный что-то промычал в ответ. Наверняка это была первая нота протеста против применения химического оружия: ведь в качестве кляпа Адриано не пожалел свои чулки – уже изрядно грязные и отдающие весьма специфическим амбре.
Пока оборотень натягивал на себя мужскую сорочку и нательные штаны, успел рассказать, что источник он нашел и как раз возвращался в зал, когда ему послышался мой голос. Надо ли говорить, что оный совращал и обещал много чего приятного. После того как хвостатый, влекомый сладкозвучной сиреной, вошел в комнату, его тут же поцеловали… а дальше была, со слов Адриано, «приятная нега, которая на поверку оказалась кошмаром».
Я же с интересом рассматривала одежду, оставшуюся на полу: камзол, кюлоты, рубашка, ножны, из которых торчала рукоять шпаги, отделанная… серебром. Последнее меня весьма сильно удивило. Ибо всегда считала, что вампиры этот металл на дух не переносят. Потянулась, чтобы поднять оружие, но тут дверь бесшумно отворилась, и прозвучало негромкое, но значимое:
– Именем совета магистериума! Вы напали на дожа и причинили нашему господину вред, за что будете немедленно казнены! Если не окажете сопротивления – вам удастся сохранить жизнь, в противном случае умирать будете долго и мучительно.
В проеме стояло несколько мужчин. В руках одного из них был пульсар. Второй, собрав пальцы «кошачьей щепотью», готовился кинуть силовой аркан, а третий, скрытый за спинами двух других, готовил наверняка какую-нибудь гадость. Взгляд говорившего вперился в меня. Так вот отчего у меня так чесались лопатки!
– Сколько пафоса, – протянул Дейминго, и в руке у свекра закружилась черная дыра в миниатюре, тут же затянувшая в себя и пульсар, и аркан, и еще не оформившуюся магическую гадость.
Память не к месту подкинула информацию, что данное заклинание было создано лишь в двадцатом веке одним гением-теоретиком, сумевшим совершить прорыв в нелинейной магометрии. Я о нем только читала. Оно требовало точных векторных выкладок, и, используя его, нужно было удерживать в сознании многоуровневую схему. По мне, так проще в голове строение андронного коллайдера воспроизвести. Зато затраты магической энергии были минимальны.
Те, кто собрался нас столь поспешно казнить, похоже, тоже впечатлились, но скорее оттого, что впервые видели сферу Анаруэ в действии. Вот только был у этого заклинания один недостаток – непродолжительное действие. Даже архимаги могли удержать черную дыру не более десяти минут. Мои худшие опасения подтвердил хлопок.
И мы, и наши преследователи вновь оказались в равном положении: чтобы кастовать заклинания, обеим сторонам нужно было время. Судьба, насмехаясь, показала своеобразную фигурную магическую фигу, и мужчины решили более не испытывать норов этой ветреной дамы, придя к мнению,