На старт, ведьмы!, стр. 59
– Да и так не дрогнет, – заверил ее Арсений Гавриилович.
– Я хочу домой, – упрямо продолжал Дмитрий. – Маринка, ты, как моя благословленная невеста, должна приготовить мне ужин и весь вечер исполнять прихоти травмированного жениха.
– Нет, пусть он все же меня на том свете подождет, а? – спросила я у Елисея. – А то он уже начинает меня нервировать.
– Ребята, а дело у вас тут какое? – вместо того чтобы поддержать меня, спросил призрак у будущей феи.
Катька внезапно улыбнулась самой открытой своей улыбкой. Оказывается, она научилась слышать желания. Еще не так ясно и четко, как ей хотелось бы, но, следуя рекомендациям Арсюши, у которого эти самые желания звенели в голове вроде помех, прогресс был налицо. И сейчас она услышала желание одной девочки. Вроде как самое простое и заурядное желание: выиграть конкурс в своей музыкальной школе. Уж что может быть банальнее. Но существовало одно «но». В девочку никто не верил. Вообще. Преподаватели были слишком заняты, как им казалось, более способными учениками, а родители так и вовсе никогда серьезно не относились к занятию дочери игрой на скрипке. Они и отдали-то ее в музыкальную школу, потому что вроде как надо, чтобы чадо чем-то еще занималось, помимо основной учебы в школе. А девочка увлеклась музыкой. И хотела играть лучше и чище, но преподаватели обходились стандартными занятиями и никак не хотели понять причину, почему у нее получается «как-то не так». Неодаренный ребенок, вот и все. Один из многих тысяч. Ее и на конкурс не хотели брать, сама напросилась. И теперь упрямо отрабатывала звучание и технику, но все равно снова получалось «не так». И некому было подсказать. А желание у девочки было бешеное. И ребенку следовало помочь.
– Каким образом? – поинтересовалась я. – Подкупим жюри? Или обойдемся простыми пытками?
– Вот сразу в тебе видна ведьма, Маринка, – укорила меня Катька. – Мы помочь хотим, а не оказать медвежью услугу. С Викой позанимается Арсюша, вот и все.
Все непонимающе уставились на ангела.
– У меня неплохой слух, – скромно признался тот. – Я могу послушать и подсказать, где она фальшивит. Это несложно. Ну и ей совсем не обязательно меня видеть в реальности, – предугадывая следующий вопрос, улыбнулся он. – Я могу прийти в ее воображение.
– Я хочу это видеть! – заявила я.
– Не вопрос, – кивнула Катька. – Я тоже хочу. И даже присмотрела приличную крышу, с которой видно окно комнаты Вики. Заберемся туда и будем смотреть. Дядь Дим, ты как, выдержишь?
– Да, убрал, – вдруг кивнул Диме Арсюша. – Болеть пока рука не будет. Но лечить необходимо, само такое не заживает. Запустишь лечение, боль вернется с двойной силой.
– Справедливо, – немного подумав, согласился Дмитрий. – Ну, где ваша крыша, лезем смотреть на талантливых детей.
С высоты одной из крыш, на которую даже наш травмированный Дмитрий взобрался без особого труда, открывался вид на соседний дом и распахнутое окно на третьем этаже. Мы отлично видели и слышали все, что происходит в небольшой детской комнате. Девочка лет десяти стояла перед пюпитром, прижимая к плечу скрипку, а рядом стоял Арсюша.
– Давай попробуем вот этот фрагмент, – мягко говорил ангел. – И старайся играть нежно, без зажатости.
Девочка серьезно кивнула и подняла смычок. Играла она да, неплохо, но все же это было «не то». Раз за разом она проигрывала произведение, все было вроде как правильно, но опять не так.
– Ты сейчас просто играешь ноты, – попенял ей Арсюша. – А надо играть музыку. Постарайся отвлечься, не обращай ни на что внимания и слушай только себя. Помни, как можешь сыграть ты, не сможет больше сыграть никто. Смогут лучше, смогут хуже, но как ты – никто. Ты и должна играть, как ты сама. Ну!
Девочка снова подняла смычок и тут же опустила его.
– Вера играет лучше меня, – сказала она расстроенно.
– Почему?
– Так сказала Елизавета Андреевна.
– Ты играешь не хуже. И это говорю тебе я. Я не знаю Елизаветы Андреевны, но я слышу, как играешь ты. И мне нравится. Надо только добавить в ноты музыки. Над этим мы с тобой и работаем.
– Как жаль, что это слушаешь только ты, – вдруг улыбнулся ребенок. – Мама с папой никогда не хотят послушать, как я играю. Им всегда некогда. Они и на конкурс не придут, уже сказали. У папы срочная работа, а у мамы срочное чаепитие с подругами. Ко мне на конкурс никто не придет. Как жаль, что ты не существуешь.
– Кто знает? – улыбнулся ангел. – Но ведь они-то настоящие?
Хитро подмигнув, Арсений Гавриилович указал на нашу примостившуюся на соседней крыше компанию. Мы теперь что-то должны были сказать, но все растерялись и лишь недоуменно смотрели на Арсюшу. Но девочке этого и не требовалось.
– Вы послушаете, как я играю? – улыбнувшись, спросила она, даже не удивившись, что на соседней крыше сидят люди и смотрят на нее.
Мы дружно закивали, а Елисей, в знак полного расположения, даже снял с бедра свой меч и положил его рядом.
Девочка подняла смычок, и… полилась именно музыка. Никогда не думала, что десятилетние дети могут так играть. Мелодия поднималась ввысь, звенела сотнями небесных колокольчиков и водопадом вновь устремлялась к земле.
– Красиво, – прошептал Дмитрий, обнимая меня здоровой рукой. – У ребенка талант.
Я кивнула и прижалась к нему. Музыку надо слушать, закрыв глаза и отдавшись ее волшебству. Тем более когда играют так красиво. Но вот инструмент издал протяжный стон, и повисла тишина.
– Ну вот, так играешь именно ты, – сказал довольный Арсюша. – Никогда не позволяй себе играть так, как хотят другие. Ты сама слышала, как звучит именно твоя музыка. Технике можно и нужно учиться, а вот звучание должна дать именно ты. И сегодня у тебя это получилось.
– Спасибо, – тихо сказала девочка. – А ты прилетишь ко мне на конкурс? Пусть даже и в моем воображении?
– Конечно, – пообещал ангел. – А они просто придут. Им тоже понравилось.
Наша компания дружно закивала головами. Девочка широко улыбнулась.
– Меня зовут Вика, – сказала она нам. – А моя школа в соседнем дворе.
Уж не знаю, что должно будет случиться в этом мире, но на этот конкурс я точно пойду. И точно прокляну членов жюри, если они не оценят по заслугам этого ребенка.
– Она справится, – заверила нас Катька. – А пойдем мы все. И даже тот жуликоватый оборотень Дмитрий-второй! Вике мы нужны!
Глава 15
Ну а чуть позже наши вечерние посиделки были в самом разгаре.
– Кто посмел обидеть Диму?
– Маринка нашла еще одного проклятика!
– Да она сама его прокляла!
– Арсений Гавриилович, почему ты не белый, а бледно-зеленый? Тебя пытали?
– Это Маринка тебя пытала, да?
Вся эта какофония звуков обрушилась на нас, едва мы вошли в квартиру. И почему-то виноватой все видели меня! Вообще-то это все наш общий предок! Ну, общий за исключением Алены. У нее в роду другие особи чудили. Кстати, где дед? Но, как я потом поняла, увидев орущую и готовую к бою женскую ватагу, Елисей поступил как настоящий мужчина – растворился в