Потери и находки, стр. 56
Кучер вдруг прервал свою отповедь, оглянулся, прислушался и тихо предупредил:
— Эринк, сюда идут.
— Сидите тихо, — мгновенно принял решение Инквар и, метнувшись из кареты, встал за угол, нащупывая в кармане оружие.
Однако вошедший оказался слугой постоялого двора, принесшим в одну из повозок дорожный сундук. Покопался, укладывая вещи, и снова ушел, и искусник вернулся к дверце. Но залезать внутрь не стал, постоял немного, раздумывая, и холодно распорядился:
— Останетесь тут, я схожу откажусь от комнаты и принесу еды. Больше в дом не пойдем.
— Они сочтут, что ты испугался, — буркнул конюх.
— Пускай думают, как им нравится, — сухо усмехнулся Инк. — Меньше всего меня волнует их мнение.
— Попытаются отобрать бумагу, — заупрямился телохранитель. — У меня другой план. Давайте переедем в харчевню, а за этим местом я буду следить.
— А они — за нами, — не согласился Инквар. — Нет уж, лучше сидеть здесь и делать вид, будто и в самом деле струсили. Надеюсь, ждать придется недолго.
— Ждать-то недолго, но путники будут умываться, обедать и всякое прочее. А тут только щелястый нужник за свинарником. Вот зачем она вообще выходила из комнаты, кто просил бежать сюда с этой корзинкой?!
Искусник глянул на напарника с досадой — зря тот злит девчонку, но Дайг сердито смотрел не на него, а в карету, откуда слышалось тихое, но бурное перешептывание.
— Отец, — выглянул наружу Ленс, — я хочу сказать…
— Дурачок, — презрительно и зло фыркнула горбунья.
— Ну и пусть, — отмахнулся от нее брат. — Я вижу, что они не злые.
Внимательно посмотрел на озадаченного Инквара, на напрягшегося Дайга и пояснил:
— Я чувствую, когда люди врут или злятся. Не очень ясно, но если человек недалеко и хочет сделать что-то плохое, у меня в животе все сжимается. А если врут, то становится кисло, как от незрелых яблок. Если мы пойдем в дом, я могу вам подсказывать.
— Спасибо, — серьезно глядя мальчишке в глаза, поблагодарил Инквар. — Для меня очень важно твое доверие. Клянусь, от меня никто и никогда ничего о тебе не узнает без разрешения. Но идти в дом все же неверное решение. Скоро подойдет обоз, и там будет слишком много народа, а в толчее трудно уследить за врагами, особенно если они разделятся. Неизвестно, на какие действия они способны, и потому рисковать вами я не буду. Лучше уж обойтись без удобств. Сидите тут, Пико сумеет вас защитить. Лил, я запрещаю тебе без крайней надобности пускать в ход свои умения.
Разумеется, искусник немного преувеличил опасность, они вполне могли посидеть до отхода обоза в удобной комнате и пообедать за столом, накрытым чистой скатертью. Но ему очень хотелось, чтобы девчонка хоть немного прочувствовала последствия своего поступка и осознала важность его указаний и необходимость обязательно их исполнять.
Однако когда Инквар вернулся с корзиной, полной еды, из приоткрытой дверцы кареты слышался тихий смех и шелест бумажек. Как он сразу понял, подопечные добрались до корзинки со сладостями, и ему оставалось только огорченно цвыркнуть зубом. Какое может быть осознание или раскаяние, когда они так веселятся?
Обоз появился, когда обед был уже съеден и Дайг спокойно спал в куче соломы, с головой завернувшись в одеяло. Зацокали по доскам подъездной дорожки копыта, взорвали сонную послеобеденную тишину двора хлопанье дверок, скрип колес, звуки голосов, смех, выкрики и громыхание железа. Однако ворота каретной никто не открыл, значит, стоять тут дольше пары часов вожак не собирался.
Инквар оглянулся на Дайга и усмехнулся: вряд ли напарник не слышит происходящего в нескольких шагах. Скорее не желает слышать, и это правильно. Договариваться с вожаком должен господин, но никак не конюх.
Мельком глянув в зеркальце, искусник довольно хмыкнул — все три светлые точки были рядом, только расползлись по разным сторонам потертого стекла. Сунул артефакт в кармашек и отправился здороваться с Кержаном, но у самых ворот сарая резко остановился, раздосадованный внезапным прозрением. Ну вот почему он до сих пор не сделал привязку к зеркалу на Ленса? С какой такой стати даже не вспомнил об этом за все дни плавания на барке? Да, по-видимому, верна поговорка про сытое брюхо, которое туманит разум. Но теперь он уже больше не забудет прикрепить к мальчишке свою метку. А лучше взять капельку крови, только так, чтобы не узнала подозрительная Лил, иначе совсем запилит братишку.
Кержана он увидел издалека, тот стоял в одиночку на дорожке и знаками выдавал распоряжения помощникам и возчикам, изредка добавляя грозное словцо. Собаки были поблизости, пили из длинной долбленки, в которую торопливо качал воду сердитый трактирный прислужник.
— Не могли у реки коней напоить, — расслышал Инквар его бурчание, проходя мимо.
Значит, Кержан торопился, сделал он вывод, точно помня: скуповатый и осторожный вожак предпочитал не тратить на постоялых дворах лишних денег и не есть варева, которое приготовил не он сам или его помощник. Надо будет спросить, почему он так спешил: хотел быстрее встретиться с ними или случилось нечто непредвиденное?
— Добрый день. Я судья Варден, и мне нужно на юг. Не возьмешь в обоз одну повозку? — остановившись возле Кержана, поинтересовался искусник. — Со мной сын и няня. Кучер свой.
Вожак с хмурой задумчивостью осмотрел двор, состроил кислую гримасу и хрипло поинтересовался:
— Столоваться как будете?
— В общий котел.
— Оружие есть? Ночью дежурим по очереди, — испытующе разглядывал Кержан молодого видного мужчину, ничуть не похожего на облезлого старичка.
— Разумеется, — чуть заметно усмехнулся Инквар, отлично понимая сомнения вожака. Но доказывать пока ничего не стал, слишком уж много суетится вокруг народу, и не один заинтересованный взгляд уже обследовал его с головы до ног.
— Тогда закупи на пару дней продуктов, а для мальчишки сластей, мы конфет не возим. Через час отправляемся, хочу к ночи до Погра добраться, там за стенами спокойнее.
— Идет, — согласился Инквар и, заметив появившуюся на заднем крылечке знакомую троицу, не удержался, почти неслышно шепнул: —