Потери и находки, стр. 54
Ленс очень быстро сообразил, кому именно предназначаются эти маленькие дары, повеселел и с детской непосредственностью начал подсказывать липовому отцу, какие лакомства и безделушки его сестра любит больше.
На постоялый двор они возвращались слегка усталые, но довольные прогулкой и собой. Подходя к двухэтажному, довольно небрежно содержащемуся строению, где они больше часа назад оставили Лил и Дайга, Инквар привычно глянул на плоский камушек, похожий больше на простую стекляшку, чем на артефакт, желая проверить, где находится горбунья. И мгновенно почувствовал, как по спине скользнул тревожный холодок. Яркого огонька, каким теперь браслет показывал его подопечную на расстоянии в пару десятков шагов, больше не было.
Искусник даже опешил на мгновение, не поверив своим глазам, но привычка быстро принимать решения и действовать незамедлительно толкнула его в сторону конюшен. Где-то там должен находиться Дайг, и Инквар был уверен, что во время их отсутствия напарник присматривал за его подопечной, хотя они об этом и не договаривались.
Просто воинам и телохранителям такого класса ничего говорить не нужно, не нуждаются они и в нудных напоминаниях и длинных объяснениях. Дайг скорее всего счел бы себя оскорбленным, если бы Инквар попытался объяснить ему, как нужно действовать. Зато себя самого искусник не щадил, костерил в уме со всей изобретательностью, пока шагал на задний двор. Очень быстро шагал, почти бежал, и сорваться на откровенный бег не позволяли лишь внутренняя дисциплина и понимание, насколько подозрительно это будет выглядеть со стороны.
Свою карету Инквар рассмотрел, едва войдя в неказистый, захламленный длинный сарай, и узнал ее вовсе не по окраске и форме, а по небольшой кучке людей, о чем-то яростно спорившей у дверцы, которую загораживала собой так хорошо знакомая фигура в костюме кучера.
— Что здесь происходит?! — сунув в сторонку корзинку, громко и возмущенно осведомился господин Варден, ускоряя шаг.
Он уже заметил появление на зачарованном камне хотя и сильно выцветшего, но такого знакомого солнечного лучика и немедленно начал плести спасительную паутину. Сейчас важнее всего было хоть на минутку озадачить троицу мужчин, непонятно чего требовавших от Дайга, заставить их сообразить, что подошло подкрепление.
Разумеется, «конюх» справился бы с ними и сам, Инквар в этом не сомневался ни на миг. Но так же твердо знал — если наемнику придется показать свои умения, то всем им нужно будет менять личины и снова убегать. А это не так-то просто, да и пристать к обозу Кержана вновь не удастся. Путников, замешанных в каких-либо недоразумениях, дорожащие своей репутацией обозники не берут, да они и сами не станут его подводить.
— Вот эти… — Дайг красноречиво запнулся, словно не мог подобрать достойного названия осаждавшим его мужчинам, — гоняются за вашей нянькой.
— Ты позвал охранника харчевни?
— Да как я позову, если они не уходят!
— Нам все равно, кто эта девка, нянька или кухарка! — злобно сверкнув черными глазами, влез в разговор холеный мужчина среднего возраста. — Но мы ее получим! И сначала накажем за грубость, потом вы заплатите золотом за нанесенный ущерб!
— Очень интересно, — ледяным тоном вежливо произнес Инквар, — какое право вы имеете наказывать мою рабыню и с какой стати я буду вам оплачивать какие-то потери?
— С такой! Эта гадина бросила в нас свиток, защитные амулеты разряжены подчистую и вся одежда испорчена! — раздраженно и обиженно заорал раскрасневшийся молодчик, щеголявший дорогим кожаным костюмом, изрядно забрызганным чем-то жирным.
— Он же сказал — нянька? — нахмурился третий незнакомец, самой неприметной наружности и неопределенного возраста.
— Так она и есть нянька, — сердито проворчал Дайг. — Но рабыня! Уже почти десять лет, как госпожа ее купила.
— Да при чем тут нянька или рабыня?! — снова заорал молодчик. — Если эта дрянь испортила мне куртку!
— Илиа, — еще холоднее произнес Инквар, почуяв в этой непростой ситуации спасительную лазейку и стремясь выкрутиться, чего бы это ему ни стоило, — выгляни в окошко и расскажи мне, что случилось. Да поподробнее, и всю правду!
— Господин… — совершенно натурально всхлипнула девушка, приоткрыв створку. — Вы же знаете… я же никогда не вру! Слуги принесли завтрак, и для кучера тоже… вот я и понесла ему корзинку. А в сенцах столкнулась с этими… господами. Вон тот… краснорожий… прижал меня к стене и полез под юбку!
— Что?! — перебил ее Варден с самым оскорбленным видом. — Эй, господин, не знаю, как вас там! С каких это пор можно хватать чужое имущество?!
— На ней не написано! — зло огрызнулся молодчик. — Но я ничего ей не сделал! Она бросила в меня корзину!
— Скажи на милость, Илиа, — нахмурился Инквар, — зачем ты бросала еду? Я же купил тебе на случай встречи с грязными извращенцами, которым не хватает здоровых девиц, защитный свиток.
— Да я растерялась… — еще громче зарыдала девчонка, — и совсем забыла про ваш свиток… а когда они за мной погнались, вспомнила. Ну и бросила… все как вы учили…
— В следующий раз не забывай! — назидательно произнес Инквар и в упор уставился на того из мужчин, в ком интуитивно угадал главного: — Назовите ваши имена! Хотя я пока не решил, буду ли подавать прошение своему градоначальнику, но, думаю, многим моим знакомым будут интересны подробности вашего нападения на калечную рабыню!
— Сначала мы желаем услышать ваше, — сухо процедил мрачный незнакомец.
— Да пожалуйста! Я господин Варден, судья из Сагрена. Путешествую по своим делам с сыном и слугами. А вот вы кто такие? — высокомерно вздернул нос Инквар. — Но припомните, вовсе не я начал приставать к вашим лошадям, собакам и кошкам! Это вы протянули руки к чужому добру на землях, где подобное считается преступлением по законам всех городов и баронов!
— В сенцах было темно! Да и нет на ней знака рабыни! — попытался выкрутиться старший из незнакомцев.
— И что с того?! Значит, можно хватать и насиловать любую попавшуюся навстречу женщину? Выходит, теперь ни один из горожан или знатных господ не может привозить на этот постоялый двор свою жену или дочь? Пико, запрягай