Королевский инженер, стр. 37
Ближе к полудню дождь, вроде бы прекратившийся ночью, зарядил с новой силой. Далеко на юге пару раз громыхнуло, струи воды слабо шелестели где-то над головами, орошая верхний ярус леса, а до земли долетали только отдельные капли. Арвел уже знал, что скоро внизу появится густой желтоватый туман, затрудняющий дыхание и принуждающий то и дело тереть глаза.
Сейчас он мечтал только о том, чтобы этот бесконечный зеленый кошмар закончился как можно скорее. Когда они проезжали через широкую, но довольно мелкую речку, в десятке локтей от его лошади из бурой грязной воды высунулась мерзкая плоская голова, и острые зеленые глазки впились в путников таким взглядом, что Арвелу стало не по себе. Черныш, впрочем, не обратил на речное чудище ни малейшего внимания, лишь махнул рукой:
– Он жрет пиявок, ваша милость. А вот пиявки тут могут вырастать до полусотни локтей…
Арвел ощутил приступ тошноты. Ему проще было встретить с пикой вражескую кавалерию, чем думать о пиявках в пятьдесят локтей. Впрочем, пока им не встретилось ни одно по-настоящему опасное животное – видимо, их и вправду истребили за те несколько тысяч лет, что люди бродили по этим лесам.
Когда солнце опустилось так низко, что лучи его стали вязнуть и растворяться в диком хаосе ветвей, Черныш нашел узкий быстрый ручей, а рядом с ним – небольшой участок относительно свободного места и объявил привал.
– Утром мы выйдем к ущелью, – объявил он, – так что нам лучше ночевать подальше от него.
– Ущелье является границей леса? – уточнил Хадден.
– Насколько я понимаю, да, – Черныш пожал плечами с самым безмятежным видом. – Мы должны выйти в нескольких лонах ниже моста – там никто не заметит. У вас будет день, чтобы принять решение.
– Не лучше ли подойти к ущелью ночью? – подозрительно скривился капитан Трир.
– Ночью вы имеете хороший шанс улететь в пропасть, – не повернув даже головы, отозвался проводник. – И уж совершенно точно вам не удастся разглядеть противоположную сторону.
Арвел был вынужден признать его правоту. Гро и остальные разведчики быстро срубили несколько жердей, при помощи которых удалось соорудить просторный навес из листьев. О том, чтобы развести костер, не стоило даже мечтать: вряд ли во всем этом лесу нашелся бы хоть один сухой кусок дерева. Хадден поужинал копченым мясом с сухарями и попытался уснуть под теплой попоной, которую прятал от сырости в седельной сумке, но скоро понял, что сон не идет ни в какую.
Минут десять он ворочался, а потом резко сел в своей импровизированной постели. Люди уже спали, лишь возле самого ручья маячила знакомая фигура с карабином на плече.
– Я сегодня стою первым, – едва слышно проговорил Черныш, когда Хадден подошел к нему. – А вашей милости опять не спится?
– В этом жутком месте можно заработать бессонницу на десятилетия, – мрачно буркнул инженер. – Или вообще свихнуться…
– Это у вас с непривычки, – хихикнул Черныш.
– Я, знаешь ли, повидал кое-что… Но тут мне действительно не по себе, клянусь святителями. Ощущения такие, что весь этот ужас вот-вот обрушится на мою голову.
– Это разве ужас? Ужас там, впереди. Эти проклятые пушки… Вы представляете себе, что ждет жителей острова, если у вашей милости ничего не выйдет?
– Я воюю не первый год, Черныш, И война эта надоела мне не меньше твоего.
– А кто вам сказал, что она мне надоела?
Черныш опустился на корточки, ловко устроив свой карабин на коленях, и достал из поясной сумки трубку.
– Она мне совсем не надоела, ваша милость, – пальцы юноши ударили кресалом, и Арвел почуял сладковатый дымок. – Я буду убивать до тех пор, пока не убьют меня.
– И чем же, х-мм, вызвана такая кровожадность?
– У меня личные причины, ваша милость.
– У нас почти у всех есть какие-то личные причины. Но когда-нибудь весь этот кошмар закончится, и нам придется учиться прощать. Что тогда будет с тобой? Ты продолжишь убивать, пока не очутишься в петле с распоротым брюхом? Этого ты хочешь для себя?
Черныш задумчиво хмыкнул.
– С распоротым брюхом? – тихонько повторил он. – Ну, моему отцу тоже распороли брюхо. А перед тем ему отрубили ноги.
– Ноги? – Арвела передернуло. – Но зачем?
– А затем, что он был храмовым танцором, канатоходцем и очень известным у нас на острове человеком. Его приглашали на праздники, на самые богатые свадьбы… Однажды ему приказали плясать перед офицерами армии Претендентов. Все бы ничего, но какой-то шутник из них подрезал трос, и посреди представления отец упал. Разбился он не так уж сильно, однако это происшествие очень не понравилось какому-то большому военачальнику. Поэтому отца велено было казнить. А чтоб дело вышло посмешнее, ему для начала отрубили ноги. Как вам такие пляски, господин инженер?
Арвел помотал головой.
– Скоты, – выдавил он.
– Ну, что они сделали с моими сестрами, я вам рассказывать не буду. Это уже не важно, – Черныш выколотил трубку о каблук, повернул к Хаддену белое в лунном свете лицо и вдруг запел – тихим, но в то же время ясным, хорошо поставленным голосом: – Идет по канату усталый старик – дрожат его ноги, застыл в глазах крик… Всю жизнь, что он видел? – лишь трос под стопой… лишь шест впереди: он идет над толпой… Грустна-аа канатоходца песнь, и грош его тяжкий, и жизнь коротка…
13
Арвел стоял на поросшем мхом камне и с задумчивостью смотрел вниз, туда, куда звонко изливался ручей, руслом которого отряд вышел к краю ущелья.
Внизу стоял серо-зеленый полумрак, в нем терялись ветви деревьев, умудрившихся прилепиться к почти отвесной каменной стене. Противоположная сторона ущелья, едва видимая в дождевом тумане, отстояла примерно на три сотни локтей…
– Переправить лошадей нам не удастся, – негромко произнес Трир, сидевший на гнилом бревне за спиной инженера.
– На это я и не рассчитывал, – дернул плечом Арвел. – Вопрос – как нам переправиться самим? Забросить канат на такое расстояние невозможно.
– Пройти выше? Но выше там – мост. Да и как мы пройдем через сплошные заросли? Вдоль края этой пропасти дороги нет!
– Именно поэтому они и не беспокоились о защите замка с этой стороны. Вокруг моста – сколько смогли, столько вырубили, и к нему не подобраться. Но как нам перебраться на другую сторону?
Трир только вздохнул в ответ. Для него препятствие выглядело непреодолимым, и что делать теперь, когда они уже почти достигли цели, он не знал. Свою основную задачу – доставить Арвела на место – он выполнил, так что теперь уже все зависело от господина инженера.
– Кому-то придется спускаться, – раздался голос Дали, и Хадден резко обернулся, – что еще нам остается?
– Только не ты, – мотнул головой инженер.
– Почему нет?
– Потому что я не