Мифы Древней Греции, стр. 75

c. Амфион и Зет пришли в Фивы, изгнали царя Лая и построили нижний город. Верхний город был построен еще раньше Кадмом. Зет часто смеялся над Амфионом за его увлечение лирой, которую подарил ему Гермес. «Она отвлекает тебя от полезной работы», — говаривал он. Но когда братья стали каменщиками, под звуки амфионовой лиры камни сами ложились куда надо, а Зет, которому приходилось надеяться только на свою силу, постоянно отставал от брата. Близнецы совместно правили Фивами и там же женились. Зет взял в жены Фиву, в честь которой город и получил свое название; раньше он назывался Кадмея. Амфион женился на Ниобе, всех детей которой, за исключением двух, убили Аполлон и Артемида за то, что Ниоба обидела их мать Лето. Самого Амфиона тоже убил Аполлон за то, что тот пытался отомстить жрецам в Дельфах, и обрек его на муки в Аиде2. Амфион и Зет погребены в одной могиле в Фивах, и она надежно охраняется все время, пока солнце находится в созвездии Тельца, поскольку жители фокийской Титореи пытаются украсть землю из кургана и положить ее на могилу Фока и Антиопы. Однажды оракул сказал, что если удастся перенести землю, то плодородие Фокиды увеличится, а плодородие Фив упадет3.

1Гигин. Мифы 8; Аполлодор III.5.5; Павсаний ІІ.6.2; Еврипид. Антиопа, фрагменты; Аполлоний Родосский IV.1090 и схолии к этому месту.

2Гомер. Одиссея XІ.260 и сл.; Гигин. Мифы 7; Павсаний ІX.5.3 и 17.4; Гораций. Послания I.18.41; Аполлоний Родосский I.735—741.

3Павсаний IX.17.3.

* * *

1. Эти два варианта мифа о Дирке показывают, как свободно чувствовали себя мифографы в стремлении привести повествование в соответствие с основными требованиями литературной традиции, которая в данном случае, вероятно, возникла на основе нескольких сакральных изображений. Радостная Антиопа, выходящая из темницы, за которой видна хмурая Дирка, напоминает ежегодное появление Коры в сопровождении Гекаты (см. 24.k). Она названа Антиопой («противостоящая») в этом контексте потому, что ее лицо обращено к небу, а не опущено вниз, к преисподней; второе ее имя — Никтеида, а не Никтей, дано потому, что она возникает из мрака.

2. Лира Амфиона, с помощью которой он возвел стены нижних Фив, не может иметь более трех струн потому, что Амфиона нанял Гермес. Она была создана трехструнной в честь женской триады, которая правит в воздухе, на земле и в преисподней, так как именно ей молились при возведении городских фундаментов, ворот и башен.

77. Ниоба

Ниоба была сестрой Пелопа и женой фиванского царя Амфиона, которому родила семерых сыновей и семерых дочерей. Она ими так гордилась, что однажды даже позволила себе нелестно отозваться о Лето, у которой было всего двое детей, Аполлон и Артемида. Дочь Тиресия, пророчица Манто, услышав такую необдуманную похвальбу, посоветовала фиванским женщинам тут же умилостивить Лето и ее детей, для чего воскурить благовония и украсить головы лавровыми венками. Когда по воздуху разнесся запах благовоний, в сопровождении огромной свиты явилась Ниоба, облаченная в прекрасные фригийские одежды, поверх которых лежали ее длинные распущенные волосы. Она прервала церемонию жертвоприношений и со злобой спросила, почему Лето, женщину неизвестного происхождения, родившую мужеподобную дочь и женоподобного сына, предпочли ей, Ниобе, внучке Зевса и Атланта, наводившего ужас на фригийцев, и царице, принадлежащей царскому дому Кадма? Если даже несчастье унесет у нее двух-трех ее детей, станет ли она от этого беднее?

b. Бросив жертвоприношения, испуганные фиванки стали шептать молитвы, чтобы умилостивить Лето, но было уже поздно. Посланные ею Аполлон и Артемида вооружились луками и уже спешили, чтобы наказать Ниобу за самонадеянность. Аполлон обнаружил ее сыновей, когда те охотились на горе Киферон, и перебил их всех по одному, пощадив только Амикла, который благоразумно вознес Лето умилостивительную молитву. Артемида застала дочерей Ниобы за прялками во дворце и выпустила в них целый колчан стрел, пощадив только Мелибею, поступившую так же, как Амикл. Оставшиеся в живых брат и сестра поспешили построить храм Лето, причем Мелибея так побледнела от испуга, что получила прозвище Хлорида, сохранившееся за ней даже тогда, когда она несколькими годами позже выходила замуж за Нелея. Некоторые, правда, говорят, что никто из детей Ниобы не остался в живых и что ее муж Амфион был тоже убит Аполлоном.

c. Девять дней и девять ночей Ниоба оплакивала своих мертвых детей и вдруг обнаружила, что их некому даже похоронить, потому что Зевс, встав на сторону Лето, превратил всех фиванцев в камень. На десятый день Олимпийцы сами соблаговолили совершить погребение. Ниоба бежала за море, на гору Сипил, родину своего отца Тантала, где Зевс, движимый состраданием, превратил ее в изваяние, которое до сих пор ранним летом проливает обильные слезы1.

d. Все люди скорбели по Амфиону и жалели, что его род прекратился, но никто не скорбел по Ниобе, кроме ее такого же высокомерного брата Пелопа2.

1Гигин. Мифы 9 и 10; Аполлодор III.5.6; Гомер. Илиада XXIV.612 и сл.; Овидий. Метаморфозы VI.146—312; Павсаний V.16.3; VIII.2—3 и I.21.5; Софокл. Электра 150—154.

2Овидий. Метаморфозы VI.401—404.

* * *

1. Количество детей Ниобы у Гомера равно двенадцати, у Гесиода (согласно некоторым схолиям) — двадцати, у Геродота — четырем, а у Сапфо — восемнадцати. Однако, по свидетельству, которым пользовались Еврипид и Аполлодор и которое лучше всего согласуется со здравым смыслом, у Ниобы было семеро сыновей и семеро дочерей. Поскольку в фиванском варианте мифа Ниоба называется внучкой титана Атланта, в аргосском мифе — она дочь или мать Форонея (см. 57.a), который также назван титаном (Аполлодор II.1.1), или Пеласга, а также может считаться первой смертной женщиной — возлюбленной Зевса (Аполлодор. Там же; Павсаний II.22.6), этот миф может свидетельствовать о поражении, которое семеро титанов и семеро титанид потерпели от олимпийцев. Гора Сипил могла быть последним местом, где в Малой Азии еще сохранялся культ титанов, как он сохранялся в греческих Фивах. Изваяние Ниобы — это гора, которая чем-то напоминает человеческую фигуру, которая словно бы плачет, когда от солнечных лучей на ее вершине начинает таять снег. Сходство усиливает хеттская мать-богиня, изваяние которой вырублено там в скале примерно в конце XV в. до н.э. «Ниоба», возможно, означает «снежная», а b соответствует v в латинском слове nivis или ph в греческом слове nipha. Одну из ее дочерей Гигин называет Хиадой, причем на греческом языке это слово может иметь смысл лишь в том случае, если оно произошло от редукции слов chionos niphades («снежинки») [123].

2. Пафений («Любовные истории» 33) рассказывает о наказании Ниобы по-другому. Якобы по наущению Лето, отец Ниобы возжелал совершить с ней инцест, и, когда она отвергла его, он сжег всех ее детей. Поскольку мужа ее к тому времени растерзал дикий вепрь, Ниоба не снесла своего несчастья, бросилась со скалы и разбилась. Этот рассказ, подкрепленный схолиями к «Финикиянкам» Еврипида (159), возник под влиянием мифов о Кинире, Смирне или Мирре и Адонисе (см. 18.h) и обычая сжигать младенцев, принося их в жертву богу Молоху (см. 70.5 и 156.2).

78. Кенида и Киней

Посейдон однажды разделил ложе с нимфой Кенидой, дочерью магнесийца Элата или, как говорят некоторые, лапифа Корона, и спросил ее, что она хочет за свою любовь.

вернуться

123

Вновь обращаем внимание читателя на ненаучность этимологий Грейвса.