Мифы Древней Греции, стр. 176

3. Строфады («поворачивающие»), возможно, названы так потому, что приближавшиеся корабли могли ожидать смену ветра.

4. Качающиеся скалы — огромные монолиты, установленные так, что было достаточно малейшего прикосновения, чтобы они закачались из стороны в сторону, — были погребальными сооружениями, которые, вероятно, воздвигали строители дорог, переселившиеся из Ливии в конце третьего тысячелетия. Некоторые такие сооружения еще сохранились в Корнуолле и Девоне, а многие были сброшены развлекавшимися солдатами и туристами. Установка такого камня на могиле Калаида и Зета, крылатых сыновей Борея, означает, что духи героев в образе ветра раскачивают монолит и убивают подложенную под него жертву.

151. От Симплегад к Колхиде

Финей предупредил аргонавтов об ужасных скалах, называемых Симплегадами, Планктами или Кианеями, которые постоянно окутаны туманом и стоят, охраняя вход в Босфор. Когда корабль пытается пройти между ними, они смыкаются, сокрушая его корпус. Но по совету Финея Эвфем выпустил впереди «Арго» голубя или, как говорят некоторые, цаплю. Как только сомкнувшиеся скалы, вырвав несколько перьев из птичьего хвоста, стали расходиться, аргонавты налегли на весла, вдохновленные Афиной и звуками лиры Орфея, и потеряли среди скал только кормовое украшение. После этого, как гласило пророчество, скалы застыли навеки на своих местах по обе стороны пролива. Хотя течение в проливе было таким сильным, что корабль оказался почти неуправляемым, аргонавты гребли так, что весла гнулись, как луки, и благополучно вошли в Понт Эвксинский1.

b. Идя вдоль южного берега, они пристали к островку Тиниада, где Аполлон соблаговолил снизойти к ним во всем своем божественном великолепии. Орфей тут же воздвиг алтарь и принес ему в жертву дикого козла как Аполлону Утреннему. В это мгновение аргонавты поклялись не оставлять друг друга в минуту опасности, а в память об этой клятве на острове был построен храм Гармонии.

c. Отсюда они поплыли к городу Мариандине, знаменитому имеющейся рядом пропастью, через которую Геракл выволок из преисподней пса Кербера. Там мореплаватели были радушно встречены царем Ликом. О том, что его враг, царь Амик, мертв, Лик уже знал от скорохода, и в благодарность предложил аргонавтам в качестве проводника своего сына Даскила. На следующий день, когда корабль уже был готов к выходу, на ясновидца Идмона напал ужасный вепрь, обитавший в камышовых зарослях реки Лик, и клыками нанес ему глубокую рану в бедро. Идас бросился на помощь Идмону и, когда зверь рванулся в новом прыжке, насадил его на свое копье. Несмотря на все заботы, Идмон умер от потери крови, и аргонавты оплакивали его три дня. Затем заболел и умер Тифис, и товарищи его в глубокой печали насыпали холм над его останками рядом с холмом, под которым был погребен Идмон. Сначала Большой Анкей, а потом Эргин, Навплий и Эвфем предложили себя в кормчие вместо Тифиса, но аргонавты выбрали Анкея, и не ошиблись2.

d. Из Мариандины они продолжили свое плавание на восток и плыли под парусом много дней, пока не достигли Синопы, что в Пафлагонии. Этот город назван по имени дочери речного бога Асопа, любое желание которой обещал исполнить влюбившийся в нее Зевс. Хитроумная Синопа изъявила желание остаться девственницей, поселилась здесь и остаток жизни провела в счастливом одиночестве. В Синопе Ясон набрал добровольцев на три опустевших места на скамьях гребцов. Ими стали братья Деилеонт, Автолик и Флогий из Трикки, которые уже сопровождали Геракла в его походе против амазонок, но, случайно отстав от него, оказались в этой диковинной стране.

e. Затем «Арго» миновал страну амазонок и страну железокузнецов халибов, которые не обрабатывают земли и не пасут стада, а живут лишь кузнечным ремеслом, затем страну тибаренов, у которых, по обычаю, когда женщины рожают, их мужья кричат, как в родовых муках, и страну моссинеков, живущих в деревянных домах, беспорядочно совокупляющихся и носящих неописуемой длины копья и белые щиты в форме листьев плюща3.

f. Близ островка Ареса над «Арго» пролетела большая стая птиц, сбросив вниз бронзовые перья, одно из которых ранило Оилея в плечо. Аргонавты, памятуя, что им сказал Финей, надели шлемы и стали криком отгонять птиц. Половина людей продолжала грести, а половина защищала их щитами и шумом ударов по ним мечами. Финей также посоветовал аргонавтам высадиться на этот островок, что они и сделали, изгнав птиц всех до единой. Той же ночью у них была возможность отблагодарить Финея за мудрый совет. Разразилась сильная буря, и рядом с их лагерем выбросило на берег четырех эолийцев, спасшихся на бревне. Потерпевшими крушение оказались Китиссор, Арг, Фронтис и Мелас, сыновья Фрикса и Халкиопы, дочери колхидского царя Ээта, и поэтому близкие родственники многим аргонавтам. Их корабль затонул на пути в Грецию, где они хотели предъявить свои права на Орхоменское царство, принадлежавшее их деду Афаманту. Ясон тепло их приветствовал, и все вместе они принесли жертвы на черном камне без возлияний в храме Ареса, где его основательница амазонка Антиопа некогда приносила в жертву коней. Когда Ясон сообщил, что хочет вернуть тень Фрикса в Грецию и возвратить шкуру золотого барана, на котором тому удалось бежать, Китиссор и его братья испытали некоторое затруднение: с одной стороны, они дорожили памятью отца, а с другой — боялись обидеть своего деда требованием о выдаче руна. Но был ли у них иной выбор, кроме как разделить общую судьбу с их двоюродными братьями, спасшими им жизнь4?

g. «Арго» пристал к берегу острова Филира, где некогда Крон разделил ложе с дочерью Океана Филирой и был застигнут в неподходящий момент Реей. Он обернулся жеребцом и умчался прочь, оставив Филиру с ребенком в виде получеловека-полуконя, оказавшимся впоследствии ученым кентавром Хироном. Придя в ужас от вида чудовища, которого ей приходится теперь кормить грудью, Филира взмолилась, чтобы боги изменили ее обличье, и превратилась в липу. Правда, некоторые говорят, что это случилось в Фессалии или Фракии, а не на острове Филира5.

h. Вскоре над аргонавтами уже высился Кавказский хребет, и они вошли в устье широкой реки Фасис, которая течет по Колхиде. Совершив возлияния из вина, смешанного с медом, в честь богов этой земли, Ясон спрятал «Арго» в мелкой заводи, где и созвал военный совет6.

1Аполлоний Родосский II.329; Орфическая аргонавтика 688; Гомер. Одиссея XІІ.61 и сл.; Геродот IV.85; Плиний. Естественная история VI.32; Валерий Флакк IV.561 и сл.; Аполлодор I.9.22.

2Аполлоний Родосский II.858—898; Орфическая аргонавтика 729 и сл.; Цец. Схолии к Ликофрону 890; Валерий Флакк V.13 и сл.; Гигин. Мифы 14 и 18; Аполлодор I.9.23.

3Аполлоний Родосский II.946—1028; Валерий Флакк V.108; Орфическая аргонавтика 738—746; Ксенофонт. Анабасис V.4.1—32 и 5.1—3.

4Аполлоний Родосский II.1030—1230.

5Аполлоний Родосский II.1231—1241; Гигин. Цит. соч. 138; Филаргирий. Комментарий к «Георгикам» Вергилия III.93; Валерий Флакк V.153.

6Аполлоний Родосский II.1030—1285; Орфическая аргонавтика 747—755; Валерий Флакк V.153—183.

* * *

1. Планкты, или блуждающие скалы, окутанные туманом, вероятно, были льдинами, принесенными в Понт Эвксинский реками Русской равнины. Сообщения о них в данном случае сочетаются с мрачным описанием Босфора, сквозь который во время разлива рек вода течет со скоростью до пяти узлов. Торговцам янтарем были знакомы другие плавающие острова в Балтийском море (см. 170.4).

2. Кенотафы, позднее воздвигнутые греческими колонистами в честь героев Идмона и Тифиса, могут быть обязаны рассказу об их смерти во время путешествия. Про Идмона сказано, что его погубил вепрь, как критского Зевса, Анкея и Адониса, которые были древними царями-жрецами (см. 18.7). Имя Идмон («знающий») свидетельствует о том, что его святилище было вещим. Кроме того, Аполлоний Родосский называет его «ясновидцем».