Ограниченный конфликт, стр. 2

Следом за первой шлюпкой, выдерживая дистанцию, шли еще девять пассажирских ботов. Далеко за кормой катеров, на орбите, осталась громада пассажирского лайнера «Денеб». Звездный гигант дрейфовал над Голунью, отдыхая после рейса. К его борту уже пристыковались орбитальный танкер и ремонтная мастерская. Началась стандартная процедура послеполетного технического обслуживания.

Корабли такого класса, как «Денеб», никогда в жизни не опускались на планеты, они были слишком большие для этого. Построенные на орбитальных верфях, тяжелые звездолеты весь свой немалый срок службы проводили в космосе, планеты были для них слишком опасны. Огромные туши кораблей просто не могли бы вырваться из гравитационных колодцев планет. Ремонт, обслуживание, посадка пассажиров также проводились на орбите, в мягких условиях вакуума. И даже после списания изношенные корпуса превращали в астростанции или беспилотные автоматические заправочные станции.

А пока команда и техники «Руссколанских транспортных линий» готовили гиганта к новому рейсу, шумные, жизнерадостные, довольные прошедшим круизом пассажиры толпились на шлюпочной палубе, дожидаясь ботов. Люди спешили быстрее попасть на поверхность после межзвездного перелета. Все, рейс окончен, пора после космических далей и красот других миров возвращаться к своим обыденным делам. У многих заканчивался отпуск, приближались рабочие будни. Это еще на целый год, а потом можно будет взять билеты на очередной круиз. Космос огромен, и жизни не хватит облететь и изучить все обитаемые планеты человеческой ойкумены. Но к этому надо стремиться, не так ли?

Скоро короткий отдых «Денеба» над Голунью завершится, каюты займут новые туристы, и лайнер уйдет в очередной рейс. На этот раз по маршруту Голунь—Винета—Астроленд—Чихан—Голунь. Туристический круиз для отпускников. Обычная работа для лайнера. Развитые, достаточно обихоженные планеты, способные предоставить для туристов развлечения на любой вкус.

«Ну, вот и кончился отпуск, прокатился, отдохнул, пора и на работу. Точно больше двух дней побыть дома не дадут», – размышлял один из пассажиров бота Всеслав Сибирцев. Высокий, широкоплечий, коротко стриженный блондин с открытым, моложавым с правильными чертами лицом. Его спортивное телосложение и задорные серо-голубые глаза соответствовали двадцатипятилетнему возрасту, скрывая прожитые интересной и иногда опасной жизнью сорок шесть лет по стандартному времени. Сейчас он уютно расположился в кресле пассажирского салона шлюпки и задумчиво смотрел в окно на пелену облаков, объявшую бот. Сидевшая в соседнем кресле симпатичная темно-русая женщина толкнула Всеслава в бок:

– Веся, ты заснул? Скоро посадка.

– Эх, Милана, Милана, все хорошее когда-нибудь кончается, – Сибирцев с нежной грустью посмотрел на жену, его губы тронула легкая улыбка, – вот и завершился наш совместный рейд.

– Но мы же давно никуда не ездили вдвоем. За последние шесть лет первый раз выбрались и так хорошо отдохнули, столько повидали, прокатились на Зимерлу, увидели Юрский заповедник, – промурлыкала Милана, ехидно поглядывая на мужа. Она слишком хорошо знала Всеслава, чтобы воспринимать всерьез его пессимизм.

– Только создается, пройдет еще сотня лет, прежде чем он полностью вырастит свой животный и растительный фонд, – отозвался Всеслав, глубокомысленно уставившись в потолок. – Только тогда можно будет увидеть во всей красе и Юрский, и Триасовый, и Меловой, и Эоценовый, и Олигоценовый сектора.

– Всеслав, ты слишком серьезно смотришь на вещи, мы и так хорошо отдохнули. Где еще можно увидеть живого Аллозавра, пусть даже молодого? А вспомни Высокую Радугу, Винету, Арктиду. Кто из наших друзей может похвастаться таким круизом? Или ты сожалеешь, что на Зимерле запрещена охота? Помнишь, как ты на спор выбил в тире сто очков из ста десяти и отнял у Сенвича приз?

– Это было весело. Джон тогда ушел обиженным, – хохотнул Всеслав, вспоминая вытянувшееся лицо знаменитого английского аристократа. Неплохо они тогда оторвались. Помнится, Сенвич тогда с расстройства выпил целых две бутылки Арктидского рома и устроил дебош в баре.

– Ну, кто из наших друзей может похвастаться таким отдыхом?

– Многие, но не таким приятным. – Всеслав за свою жизнь успел побывать на многих обитаемых мирах, но одно дело командировка и совсем другое просто туризм. К примеру, только во время этой поездки он открыл для себя целый мир развлечений и приятного времяпрепровождения, процветающий на Винете. – А охотиться я не люблю, ты же сама знаешь.

Милана это уже знала: человек, профессионально охотящийся на людей, не любит убивать просто так. Ее муж и был таким охотником.

– Ты у меня молодец, Милана, всегда найдешь, что сказать в нужный момент, чтобы утешить и развеять грусть, – прервал затянувшуюся паузу Всеслав и нежно провел ладонью по руке супруги.

– Веся, мне самой ужасно неохота возвращаться на работу, но что делать, приходится. Люди ждут.

В этот момент шлюпка пробила тонкий облачный слой, и внизу показались светло-серые, стремительно приближающиеся прямоугольники космопорта. Вокруг расстилалась степь, и только на самом краю горизонта виднелась темная полоса леса. С другой стороны в двух десятках километров синело море. Бот плавно гасил скорость, снизу приближался космопорт. Последние минуты полета. Наконец катер остановил падение и плавно опустился у пассажирского портала. Открылись люки, и засидевшиеся пассажиры потянулись к выходу. Транспортная лента плавно подхватила веселую говорливую пеструю толпу и, пронеся по подземным коридорам, доставила в зал прибытия, прямо к таможне.

Гвардии старший лейтенант держался чуть в стороне у барьера, так, чтобы не мешать гражданским, и наблюдал за прибывающими. Зоркий, наметанный глаз дружинника сразу выхватил из толпы нужного человека: «Так и есть, выглядит прямо как на голограмме». Высокий, атлетически сложенный, коротко стриженный блондин идет, придерживая рукой свисающую с плеча сумку и весело болтая со своей спутницей. Слегка худощавое лицо, серо-стальные глаза, прямая осанка, в облике прослеживается некоторое сходство с Великим Князем. Это он.

– Гвардии старший лейтенант Меньшов. Всеслав Бравлинович, прошу извинить, вас срочно вызывают в Детинец. У меня приказ сопроводить вас до места, – шагнул вперед дружинник, заступая дорогу Сибирцевым.

– Хорошо, я готов. – Всеслав с грустной саркастической усмешкой на лице смотрел на встречающего. Он, уже входя в зал, заметил лейтенанта, но до последнего момента надеялся, что это не за ним. К сожалению, ошибся.

Должность начальника Сектора «Д» – спецопераций Службы Государственной Безопасности (СГБ) имеет свои минусы. В любой момент могут вызвать на работу, выдернуть из отпуска или отправить к черту на кулички на пару месяцев. Делать нечего, никто не заставлял выбирать эту профессию. В конце концов, минусы этой работы компенсируются хорошей зарплатой, льготами и возможностью заниматься в рабочее время любимым делом. А это самое главное – если ты не любишь свою работу, то зачем туда ходишь? Именно так было принято рассуждать в семье Сибирцевых.

Старший лейтенант быстро провел чету Сибирцевых через служебный ход мимо таможни. Всеслав сам имел дипломатический паспорт, позволяющий проходить таможню без досмотра и заполнения декларации. Но сейчас он не потребовался, видимо все формальности были улажены заранее, одним звонком в таможенную службу. Обычная схема, когда за дело берется СГБ. Вставший на пути Сибирцевых охранник только вежливо кивнул и отступил в сторону, увидев мелькнувший в руке дружинника жетон.

– Милана, извини. Я должен тебя оставить. – Всеслав нарушил молчание, только когда они вышли в зал ожидания, и, виновато улыбнувшись, развел руками – работа есть работа.

– Ладно, Веся, иди. Если сможешь, позвони, – с ласковой полуулыбкой ответила супруга, она давно привыкла к вечно занятому мужу. Что ж, у каждого свои недостатки, идеала нет. Он только в кино встречается.

– Забери детей у мамы, когда смогу, позвоню. Надеюсь к вечеру вырваться.