Убийца Эльфов, стр. 8

У второго кострища спали также четыре человека. Первый лежал на правом боку спиной ко мне, подложив под голову седло. Я кинул взгляд на часовых и, отбрасывая шкуру-одеяло, навалился на парня, одной рукой зажав рот, а второй вдавив в бок кинжал. Жертва дернулась и захрипела. Я провернул кинжал в ране. Парень обмяк. Тот же часовой опять посмотрел в мою сторону, на этот раз подольше. Я замер, мысленно прикидывая, где лежит малхус, чтобы схватить его, если противник меня обнаружит.

Часовой пошел в мою сторону. Я проклял свое зрение. Будучи человеком, я мог хотя бы определить возможности зрения противника. Далее осталось выбрать, что делать: хватать малхус и напасть на часового — или замереть в надежде, что тот ничего не заметил, а идет проверить, что тут за звуки. К счастью, я не поддался панике и замер, не шевелясь и стараясь дышать через раз. Подозрения часового развеял последний не зарезанный у соседнего кострища, который шевельнулся, поворачиваясь на бок, и громко пукнул. Часовой хмыкнул и пошел по периметру, пройдя в паре метров от меня, к счастью, не рассматривая спящих у кострищ. Мне повезло. Посреди ночи надо прилагать определенные усилия, чтобы осознать, что у костра лежат не четыре спящих тела, а пять. Следующего я заколол, как и двоих у соседнего кострища. Навалился сверху, зажав рот. Оставшиеся были убиты ударом мизерикордии под лопатку и в левый бок. На этот раз часовых ничто не насторожило.

С очередной группой мне не повезло. Там храпели. Сразу двое. Аккомпанемент помог мне заколоть одного из спящих, скрыв шорох, на этом везение кончилось. Пока я думал, как мне с ними разобраться, не насторожив часовых, один из спящих без звукового ряда просто-напросто проснулся. Очень неприятно отвернуться, оценивая степень угрозы от часовых, и, поворачивая голову на цель, обнаружить ее открытые глаза, смотрящие на тебя.

— Ты кто? — громко спросила цель. Я бросился вперед, мужик успел закричать…

Уцелевшие начали просыпаться, храп исчез. Требовалось действовать быстро. Не обращая внимания на все еще живую жертву, я вытащил из мужика кинжал, вскочил и бросился к его соседям, вытаскивая свободной рукой второй, из ножен на ремне. Первый храпун сидел, уже держа в руках топор. Оружие ему не помогло. Маховый удар вытащенного из ножен кинжала полоснул беднягу по сонной артерии. Следующий почти успел встать, выставив в мою сторону обнаженный меч. Я отклонил лезвие бронированным предплечьем и с ходу всадил мизерикордию в грудину противника, мгновением позже врезавшись в него сам, в следующую секунду мы упали. Последнее чуть было не закончилось для меня фатально, поскольку пятый спавший у этого костра успел сообразить, что рядом враг. К счастью, он замешкался, либо опасаясь рубануть своего, либо еще туго соображая после сна. Я оттолкнулся от жертвы, перекатился через спину и, поднимаясь, выпустил ему кишки. Бедняга сложился пополам. Малхус искать было некогда — схватил его топор. Один из часовых стоял на коленях со стрелой в груди, в спине второго торчали сразу две, он лежал лицом вниз. В следующее мгновение еще одна стрела попала часовому в шею. Он завалился назад. У первого зачищенного мною костра валялся еще один труп с торчащими в нем стрелами. Похоже, воин, которого я не рискнул зарезать, вскочив на ноги, оказался на линии огня. Если так можно выразиться.

Кидаться рубить людей я не спешил, расценив, что тактически выгоднее воспользоваться возможностями перчатки. Что и оправдалось. Мага я определил по небольшому посоху с каким-то кристаллом в навершии. В другой руке обратным хватом он держал меч в ножнах. По всей вероятности, рассмотреть меня он смог и успел, во всяком случае, его лицо успела исказить гримаса ужаса. Потом перчатка полыхнула светом, и его фигура исчезла в огненной вспышке. С перепугу и энергии не пожалел, вдобавок его накопители сыграли. Рядом с тем, что осталось от мага, каталась по земле еще одна фигура. Бить по ней не имело смысла, поэтому я ударил по здоровенному бородатому мужику с топором в руках, который замешкался, не зная, что делать. Несколько соседних фигур бросились бежать. Группа поодаль не успела — по ним ударил Сигурд. Однако двое из них остались на ногах и так же припустили к лесу. Моими «дикими кабанами» послужили бежавшие первыми, благо для уничтожения одиночного человека энергии много не требовалось. До леса не добежал никто: против недоученного колдунишки с мощным артефактом и колдуна полноценного шансов у них не было. Двоих выживших от удара Сигурда убили парни. Первого застрелил сохранивший хладнокровие Хаген, оставшийся на месте и продолживший стрелять из лука, второго догнал и заколол ударом рогатины Гейр.

Чуть погодя мы подвели итоги. В ватаге было двадцать восемь душ. В плен попал один человек — тот самый мужик, что попал под мой «выстрел» по магу и катался по земле, когда его обрызгало расплавленным металлом.

Аскель смотрел на меня с восхищением, Гейр с Хагеном обняли и прошлись на счет моей удачи, прося занять некую толику. А я сел на землю рядом с убитыми мною людьми, отходя от нервного напряжения.

* * *

Парня звали Гест. Отряд был из Фриланда. Если быть точным, большинство членов отряда были родом из Фриланда. Командовал некий сквайр Фридегар из Байло, опытный ватажник, ходивший в Оркланд уже лет восемь. Мага звали Берком из Брэгге, он действительно был магом земли. Гест ходил в поход уже второй сезон, с Фридегаром они были дальней родней. Выжгли лес в прошлом году действительно они. Как оказалось, тактика поисков наследия Империи была весьма совершенной. В промежутках между походами верхушка отряда высиживала геморрой в библиотеках, изучая карты и документы времен Империи. После наметки основной и второстепенных целей отряд двигался согласно списку. После нахождения залежей полезных ископаемых задачей мага было расставить значки, где работягам следовало рыть. Некоторую помощь магу оказывало несколько человек с талантами лозоходцев. Наметив цели, маг вместе с разведывательным отрядом от основного отряда отделялся — для разведки следующих. В случае необходимости расчищая перспективные места, пуская пал. В данном случае в прошлом году маг нашел остатки деревни и кое-какие залежи металла в лесу. Найденная в пробном раскопе гномья кольчуга подтвердила его правоту. Судя по рассказам родственника, Гест понял, что кое-какие документы или воспоминания участника о сражении в данной долине на «Большой Земле» сохранились. Однако о наличии тут крепости покойный Фридегар не упоминал. Надо полагать, обладал только общей информацией. Кстати, список разведанных целей Сигурда весьма заинтересовал, но молодой человек был вынужден его разочаровать, поскольку все, кто имели про них информацию, благополучно были нами убиты. Карта в трофейном имуществе нашлась, на ней были даже некие значки. Сигурд оттаял — не исключено, что именно поэтому парень остался жив. Старый хрен провел над ним сеанс ментального программирования — слегка подлечил раны и отправил к рабам. Подземелье ждало нас.

ГЛАВА 3

Надо сказать, прибарахлились мы знатно. Разбор трофеев даже задержал работы по раскопке завала на входе в подземелье. Правда, в довесок мы получили проблемы с этими самыми трофеями, если конкретно, то в основном благодаря захваченным лошадям. Которых прихватили аж шестьдесят четыре штуки. Лошадки каждый день хотели кушать и пить, соответственно их надо было пасти, не забывая при этом защищать. В общем, шестеро рабов стали коноводами, а хозяева превратились в землекопов. Не помню, чтобы кто-нибудь вслух пожалел, что проклятая ворожба покойного мага не дала разбежаться лошадям, но мысли мелькали явно. Оставшаяся парочка невольников, не считая повара, дела практически не меняла, ибо работать мог только один из них.

Все остальные трофеи были приняты на ура. Мука, соль, крупы, включая, к моему потрясению, перловку, немного мяса плюс большое количество личного имущества, оружия, доспехов и инструментов. В общем, нам досталось все, что было с собой и уцелело в бою у невезучих походников. Гест, единственный из них, кто остался в живых, в основном помогал повару. В раскопе от него толку было мало по причине пока еще не заживших ожогов. К некоторому моему удивлению, меня он явно боялся больше прочих членов нашей банды, за исключением колдуна, естественно. Похоже, парень знал, кто сыграл основную роль в ночном налете, и это произвело на беднягу неизгладимое впечатление. А мое вежливое ровно-безразличное отношение к невольникам еще более действовало на нервы.