Князь Тьмы, стр. 33

— Ему нужно сменить пеленки. У вас есть тут какое-нибудь постельное белье? Простыня, наволочка, пододеяльник? Может быть, в комнате отдыха?

— Да, думаю, найдется. — Полицейский просиял, поняв, что это фея, которая пришла спасти его. Потом он увидел Питера, наблюдающего за ним с улыбкой, и сразу помрачнел и постарел. — Что случилось? А дама — она попала под машину?

— Нет, не под машину. Долго рассказывать. Проводите нас к начальнику — или как он у вас называется?

— Сейчас он занят. Допрашивает свидетеля. Объясните мне, в чем дело?

— Мы тоже свидетели, так что мы лучше войдем, — вежливо настаивал Питер.

— Так что мне с ним делать? — спросила Кэт, поворачивая ребенка. — Какой симпатяга.

— Откуда вы знаете? — усомнился полицейский. — Я вижу только, что пасть он разевает — будь здоров. Вот черт! Берите его с собой, раз уж у лейтенанта все равно голова кругом идет.

В полутемном кабинете лейтенанта они увидели Хилари. На столе горела лампа. Его лицо было в тени, но изумления, отразившегося на нем, нельзя было не заметить. Он вытаращил глаза, увидев их, и затем расплылся в широкой белозубой улыбке, отчего стал выглядеть еще моложе своих восемнадцати лет.

— Фу ты, черт, — вздохнул он с облегчением, — как же я рад вас видеть!

Неудивительно, что голова у лейтенанта шла кругом. Это был маленький, тщедушный человек, за двадцать лет службы в полиции повидавший виды, но к концу рассказа остатки его рыжих волос встали на лысине дыбом. И все-таки страж порядка заявил, что не верит ни единому слову. Питер, который рассказывал ровным, скучным голосом и всего пару раз слегка погрешил против истины, не стал спорить. Он просто протянул руки. Хоть отеки и уменьшились, раны красноречиво зияли. Кэт в который раз ужаснулась, вспомнив, как он этими руками держал винтовку и нажимал на спусковой крючок.

Лейтенант дважды шумно вздохнул:

— Вам нужно перевязать руки. А вы, мисс... то есть... доктор... вам тоже, кажется, нужна медицинская помощь.

— Мне нужна ванна, — заорала Кэт, — и у нас нет времени! У него рана на спине. Может быть, наконечник у стрелы был отравленный, я не знаю...

— Какой наконечник? У какой стрелы? — Лицо лейтенанта побагровело. — Прошу вас, мадам, не кричите. Мы сейчас поедем в лес, на место, где, как вы утверждаете, все и произошло, и посмотрим. Больше я ничего не могу вам обещать.

— Прежде всего я должен отвести мисс Мор домой, — решительно заявил Питер. — Ей нужно надеть что-нибудь потеплее. Мы встретимся в лесу.

— И ради бога, разрешите мне перепеленать ребенка, — добавила Кэт. Лейтенант поверил — стоило ему лишь увидеть козлиную голову и остатки

других костюмов. Его красное, как свекла, лицо побледнело. Наблюдая за работой полицейских, Кэт мечтала дальше стоять в стороне, чтобы ее не трогали и не задавали вопросов. Но ей необходимо было знать, что они решат. И она должна помочь Питеру, когда он станет рассказывать, как все вышло с Марком.

— Невероятно, — услышала она слова лейтенанта, — самые уважаемые граждане города... Черт побери, Стюарт, вы хотите, чтобы я арестовал сенатора по обвинению в колдовстве? Колдовство! Подумать только! За это уже двести лет как не судят. Теперь и законов таких нет.

— А нам все равно — есть или нет, — устало говорил Питер. — Обратитесь к юристу. Доктор Мор сама имеет некоторое влияние... По крайней мере, все эти люди должны быть уволены со своих постов и взяты под наблюдение.

— Особенно мисс Девайс, — вступила в разговор Кэтрин.

— Но тут куча трупов, — растерянно продолжал лейтенант. — Я ничего не понимаю. Кто кого убил?

— Можете меня арестовать, — разрешил Питер. — Это я застрелил Мартина и совершенно не раскаиваюсь.

— Но он пошел на это ради спасения ребенка и Хилари, — вставила Кэт.

— Ах да, малыш Джексон. — Лейтенант поскреб голову. — А он как здесь оказался?

— Он герой, — спокойно сказал Питер. Но Кэт, внимательно следившая за его лицом, заметила холодный блеск, промелькнувший в глазах. — Он спас и нас, и ребенка.

— Угу, — произнес полицейский. — Это он принес винтовку?

— Да, он принес винтовку и отдал мне, — подтвердил Питер.

— Стало быть, на ней будут отпечатки ваших пальцев?

— Они уже там есть, — Питер терял терпение, — я же стрелял из нее, я застрелил Мартина, какие признания вам еще нужны?

— Меня интересуют только факты. Значит, это вы застрелили Мартина. И это произошло после того, как он убил того парня — вашего брата, вы говорите?

— Оставьте его в покое! — взорвалась Кэт. — Он болен, и ранен, и пережил ужасный шок. Мы уже рассказали вам все, что знаем. Но если вы подозреваете, что Питер соврал, то вы правы. — Питер делал ей отчаянные знаки, но Кэт не обращала внимания. — Он не убивал генерала, это я его убила. Я ударила его прикладом по голове. Мои отпечатки вы тоже найдете на винтовке. Вольц хотел задушить Питера. Но я бы все равно убила его. Он того заслуживал не меньше Мартина. И мне совсем не стыдно. И я встану и скажу это при всех на суде, и еще...

Питер уже улыбался. Лейтенант замахал руками:

— Ладно, ладно, успокойтесь, хорошо, док?

— Не говорите мне «док»!

— Извините. Послушайте, док, то есть мисс Мор, — я никого не обвиняю, я стараюсь разобраться. Я знаю, здесь что-то не так. Я не первый год в полиции и вранье носом чую. Итак, он вас защищал. Похвально. Но это большая глупость.

— И самонадеянность, — вставил Питер. — Ей не нужны защитники. Она сама может за себя постоять.

— Разумеется.

Двое мужчин обменялись понимающими взглядами. Кэт терпеливо ждала. За непроницаемым выражением лица скрывалась лихорадочная работа мысли.

Питер говорил чистую правду. Он не стал бы оскорблять ее такой грубой ложью. Он защищал, но отнюдь не ее, а Хилари. Нельзя было допустить, чтобы Хилари судили за убийство. Пусть его и оправдают, но для него это будет непоправимо. И если он сам не проговорится...

Кэтрин заставила себя оторвать взгляд от лица Питера и посмотреть вокруг. Один из полицейских сразу обнаружил винтовку рядом с телом Вольца, где ее бросил Питер. После того как лейтенант обследовал ее, оружие приобщили к делу. Пистолет еще не нашли, все были заняты трупами. Кэтрин примерно запомнила место, где Хилари бросил его, — недалеко от тела. Она должна как-то добраться туда. И быстро. Один из полицейских ползал на коленях возле Марка, шаря в листве.

Питер опередил ее:

— Лейтенант, пока его не унесли... можно мне...

— Хм?.. — Лейтенант перевел взгляд с Марка на Питера и смущенно заморгал. — Ах да, конечно. Ал, отойди.

Питер тоже запомнил место. Они оба запомнят его навсегда. Нетвердыми шагами Питер добрел, споткнулся и упал на одно колено. Так он застыл, прикрыв глаза одной рукой и бессильно уронив вторую вдоль тела. Его пальцы судорожно задвигались в листве, будто ища опоры.

Ал отвернулся. В полиции он был новичок. Но и у Кэт слезы навернулись на глаза при виде скорбной позы Питера и его склоненной головы. Все почтительно молчали. Затем Питер поднялся, держа что-то руке. Рассеянно посмотрев на предмет, он протянул его лейтенанту:

— Вот, я нашел пистолет.

Лейтенант аж подскочил.

— Черт возьми! — заорал он. — Вы что, с луны свалились? Это же улика! Ее нельзя трогать руками!

— Извините, я не знал. Я правда не знал, — оправдывался Питер. Поругавшись еще, лейтенант остыл и посмотрел на Питера со смесью

досады, уважения и удивления во взгляде.

— Ладно, Стюарт, хватит. Убирайтесь отсюда, пока еще чего-нибудь не натворили. Вы мне больше не нужны. И мисс Мор тоже.

— Благодарю, — мрачно отозвался Питер.

— Попозже я, возможно, захочу с вами побеседовать. — Лейтенант вздохнул. У него был совсем не полицейский вид. — Боже, какая бестолочь... Где вы будете?

— В Балтиморе, — поколебавшись, ответил Питер. — Я вам позвоню.

Они шли рядом. Кэт была несколько обижена холодной угрюмостью Питера и не посмела взять его за руку, хотя ей отчаянно хотелось дотронуться до любимого. Она знала, что их ждет, и знала, что Питер этого боится. Но рано или поздно она должна будет задать ему этот вопрос. Но Кэт никак не могла заставить себя произнести нужные слова.