Изгнанники, стр. 2

А вот на интересные мысли наводит тот факт, что маршруты курьеров всегда засекречены. Может, поэтому он так бесстрашно и прет напрямик, что засады не боится – невыгодное это дело на курьера засаду устраивать, потому как бесполезное. Ну а зная маршрут… Интересно, откуда он заказчику известен? Впрочем, меньше знаешь – крепче спишь, наше дело телячье. Из орудий отстрелялся, из бластеров при абордаже погромыхал, бабки получил – и свалил, чем дальше, тем лучше, потому что пахнет это дело ой как нехорошо. Не пахнет даже, а смердит.

При этих мыслях Соломин вновь с трудом сдержал приступ тошноты. Вот ведь мерзость-то, кто бы знал. В космосе обычно качки нет, проблему невесомости решили при помощи генераторов искусственной гравитации, поэтому вестибулярный аппарат особым нагрузкам не подвергается. Разве что когда выходишь из корабля, в скафандре, но там недолго, можно и потерпеть. А сейчас корабль раскачивает, генераторы не справляются, и толчки ощущаются такие же, как и на море. Только вот лекарства почему-то почти не помогают – особенности качки в космосе, черт бы ее побрал. Мучайтесь, господа пираты, мучайтесь, деньги легко не даются. Вот уходят они легко, а зарабатывать их приходится в поте лица.

Хреновым было еще и то, что «Эскалибур» в таком месте и сам хуже «видел». Его радары тоже были подвержены губительному воздействию гравитационных аномалий, хотя и не настолько сильно, как радары обычных кораблей. Все-таки защищены они очень неплохо – хотя стихия линейного крейсера и открытый космос, в котором он должен играть роль непобедимого рейдера и перехватывать все, что не успеет удрать, но и возможность сидения в засаде конструкторы предусмотрели. Сейчас условия не слишком даже экстремальные, но радиус действия радаров все равно сократился. Теперь полуторакилометровый бронированный хищник, больше всего напоминающий увеличенный до безобразия наконечник протазана, был наполовину слеп. Оставалось лишь надеяться, что курьер ослепнет еще сильнее и обнаружит атакующий крейсер уже после того, как тот выйдет на дистанцию залпа.

– Ваш чай, капитан, сэр.

Соломин повернулся, окинул мутным взором вошедшего, и на лице его появилось подобие улыбки. Со стюардом ему повезло, хотя еще полгода назад он даже и предположить не мог, что в его экипаже окажется негр. А ведь оказался, и сейчас вовремя принес чай с лимоном, который ощутимо помогал капитану прийти в себя. Замечательно!

Отхлебнув из кружки горячего, но не обжигающего напитка, Соломин усмехнулся про себя – никогда не знаешь, где найдешь, где потеряешь. Полгода, а точнее, семь с половиной месяцев назад неподалеку отсюда, в диком космосе, они перехватили английский транспорт. Легко перехватили – «Эскалибур» настиг тихоходную калошу одним броском, после чего экипаж транспорта не стал искушать судьбу, застопорил ход и открыл люки, демонстрируя готовность сдаться на милость победителей.

А вот груз корабля, точнее, его часть, был неожиданным – три тысячи негров-рабов. Не то чтобы что-то невозможное, но, тем не менее, не часто встречающееся в этих местах. На территории Российской империи за такое расстреливали, если только раньше не сажали на кол, в секторах, принадлежащих США, сажали на длительные сроки. Это в Британском Содружестве рабство для негров было узаконено, да еще у арабов, ну да там оно было вне зависимости от расовой принадлежности. Пожалуй, только русских продавать опасались – имперский флот дважды коротко и недвусмысленно продемонстрировал всю пагубность такого подхода, отбив своих граждан, а потом разнеся планеты, на которых происходили торги, вдребезги и пополам. В смысле, так, что из местных никто не выжил. Арабы, будучи понятливыми, если дать им палкой по горбу, тут же сделали выводы, что есть русские, а есть все остальные, и что русских трогать чревато. Также они уяснили, что за «всех остальных» им от русских ничего не будет, и с тех пор в этом вопросе царило полное взаимопонимание, подкрепленное гарантом в лице русских эскадр, мрачными серыми тенями проходящих вдоль границ секторов и пугающих соседей до мокрых подгузников. Впрочем, в той или иной степени империю боялись все.

Так вот, наложив лапку на живой товар, Соломин не очень долго размышлял, что с ним делать дальше. В конце концов, не он их похищал. Хотя, когда позже он покопался на досуге в документах, найденных в каюте капитана, оказалось, что все законно. Ну, на какой-то полудикой (а большинство планет, населенных выходцами из Африки, стали почему-то нищими и недоразвитыми) планете закупили у местного князька партию живого товара и повезли продавать в Новый Глазго – там был крупный рынок, и навариться можно было здорово. А что тут особенного? Во все времена так делали. Это только в плохих романах пишут: «сожгли деревню, захватили рабов». Не, такое тоже бывало, но это были, скорее, исключения из правил. На самом деле рабов покупали у таких же черномазых, это было и быстрее, и дешевле, и, главное, не требовало искать каждый раз новые источники «черного дерева». Так было во времена, когда моря бороздили пузатые галеоны, так продолжилось и в космическую эпоху, только на смену морским кораблям пришли межзвездные.

Ну что же, пираты они или нет? Корабль продали арабу-перекупщику не разгружая – куда, скажите, высаживать три тысячи человек? Дальнейшая судьба груза и экипажа Соломина абсолютно не интересовала, скорее всего, и груз, и англичан (точнее, граждан Британского Содружества, их национальная принадлежность пиратов не интересовала) тоже продали. Конечно, тем самым, по законам некоторых государств Соломин, теоретически, заработал себе тяжелые приговоры, но его это мало волновало. Во-первых, приговором больше, приговором меньше – в его положении это ничего не значило, а во-вторых, дикий космос – он потому и дикий, что не попадает под юрисдикцию ни одного из государств и почти официально считается зоной беспредела. Ну и потом, продавал-то он корабль, а не рабов. В общем, концы найти можно, но сложно и никому, по большому счету, не нужно.

А вот этот конкретный негр по имени Джош – он, скотина, сбежал, проник на «Эскалибур» и обнаружен был, когда все уже закончилось. Изворотливость этого дикаря произвела впечатление на всех, и его решено было пока что оставить – вдруг пригодится. Пригодился – прижился на кухне, и вскоре корабль уже сложно было представить без незаметного и услужливого стюарда. Ну а три месяца спустя произошло событие, после которого негр вписался в экипаж на правах полноправного члена, даже с долей в добыче.

И все ведь просто было – на том самом Большом Хвате, на стоянке, вконец обнищавшие эстонские корсары то ли с голодухи, то ли еще с чего, решили, что «Эскалибур» пригодится и им. Ну, вообще, да – им бы он точно пригодился, потому что их собственное корыто текло по швам и ни на что толком не годилось уже давно. Вот они и полезли на абордаж, пока большая часть экипажа крейсера пьянствовала на базе. Не самая обычная, но не раз происходившая, в общем-то, ситуация, просто никто не ожидал, что хоть кто-либо рискнет напасть на такого монстра, как линейный крейсер русского производства. Однако же решились, внаглую подошли, пристыковались и высадили десант из сорока человек – вдвое больше, чем оставалось в тот момент на борту «Эскалибура».

Хотя, возможно, ими руководило не только отчаяние, но и банальная ненависть к русским. В самом деле, единственная планета, колонизированная Эстонией, Новый Таллин, не так давно была переименована в Новый Ревель, что подбросило масла в давно тлеющий огонь старой вражды. И ведь не объяснишь, что сами виноваты – ну кто же кусает руку хозяина? Ну колонизировали вы планету, молодцы. И что дальше? А дальше колонистов надо кормить, лечить, да и строить на новой колонии что-то надо, рентабельной ее делать. Даже предположить, что Эстония способна самостоятельно решить эти проблемы, было, по меньшей мере, наивно.

К чести правительства Нового Таллина, оно, похоже, хорошо понимало суть проблемы, а потому, стремясь привлечь иностранный капитал, объявило для внешних инвесторов все и всяческие льготы. Увы, ни американцам, ни французам, ни всем остальным крупные и рискованные вложения были неинтересны. А вот русские откликнулись.