Другая дочь, стр. 61

– Он и Патриция?

– Да уж. Несмотря на всеобщее мнение, не все проблемы моих родителей были вызваны бесконечной занятостью папы в больнице.

Брайан пожал плечами, сделал глубокий вдох.

– Что касается языка… У отца тогда не имелось ста тысяч долларов на выкуп. Он был просто перегруженным работой жильцом дорогущего особняка, старался погасить студенческий займ и заодно обеспечить матери привычный образ жизни. Так что деньги тогда привез Джейми. При мне отдал отцу портфель, набитый наличными. И… – Брайан поднял голову, встретил их взгляды. – И, как выяснилось, отец не отнес баксы похитителю. На встречу с преступником взял свой портфель, а не тот. Без ста тысяч. Я знаю точно, потому что, увидев баул Джейми под родительской кроватью, вытащил его и открыл. Все купюры находились там. Понимаете? Отец не стал платить выкуп. Этот жадный дьявол оставил деньги себе. И Рассел Ли Холмс… Рассел Ли Холмс убил мою сестренку, – задохнулся от гнева Брайан.- А я никому не сказал ни слова. Ни полицейским, ни Джейми, ни маме. Никому. Просто смотрел на Харпера вечер за вечером, наблюдал, как он спокойно ужинал, заверяя маму, что все будет в порядке. Вечер за вечером. Лгал сквозь зубы, продал мою сестру за сто тысяч долларов. А у меня так и не хватило смелости потребовать у него объяснений. Никогда. Тысячу раз собирался сказать в лицо, что он мерзавец, но не смог. Просто не смог!

Брайан вывалил содержимое на дубовый кофейный столик. Зрелище никого не порадовало. Язык свалился на пол и теперь красовался на ковре у всех на виду.

– Дерьмо, – выпалил Брайан. – Дерьмо.

Дэвид тоже так считал. Стало быть, Брайан и Патриция не причастны к гибели Меган, и домашние не покрывают преступление сына. Стало быть, Меган убил либо Джейми, либо Харпер, либо оба на пару. И это было хладнокровное убийство. Четырехлетней девочки с большими голубыми глазами и вьющимися белокурыми волосами.

– Может, вам полегчает, если скажу, что на девяносто процентов уверен – Рассел Ли Холмс не похищал и не убивал Меган. Что объясняет, почему ваш отец не отнес тогда деньги для выкупа. Он уже знал, что платить не придется.

– Что, простите?

Дэвид глубокомысленно прищурился на Брайана.

– Думаю, ваш отец устроил все это не ради ста тысяч. Ради миллиона.

– Что?

– Страхование жизни, Брайан, или вы не в курсе? И вы, и Меган были застрахованы на миллион долларов.

Брайан явно ничего не знал. Он побелел как полотно, потом его лицо перекосилось от ярости.

– Проклятый сукин сын, я убью его! Не могу поверить…

– Записка с требованием выкупа слишком сложна для Рассела Ли Холмса. Меган не вписывается в профиль его жертв. Никогда так и не нашли ни одного вещественного доказательства, связывающего Холмса именно с этим преступлением. Если честно, все что имелось у полиции – его голословное признание…

– Зачем ему было признаваться?

– Чтобы его ребенка вырастили богатые люди. Мелани – дочь Рассела Ли Холмса, Брайан. Ваши родители удочерили ее ради сокрытия собственного преступления. А теперь скажите, это обстоятельство изменит ваше отношение к сестре?

– Конечно нет, – помолчав минуту, заверил Брайан. – Мелани есть Мелани. Она лучшее, что случилось в этой семье. Может, это просто насмешка судьбы – подсунуть дочь самого дьявола к безупречным Стоуксам.

Дэвид решил пропустить комментарий мимо ушей.

– Ладно, теперь вы должны нам помочь. Первоначально у нас были основания подозревать в соучастии вас или вашу мать. В семидесяти пяти процентах подобных случаев виноваты близкие, поэтому мы начали с вас. Теперь понятно, что у вас двоих есть алиби. А у Харпера?

– Он работал. По крайней мере я так всегда думал. Не знаю. Отец, безусловно, хладнокровный сукин сын, но невозможно представить, чтобы он похищал… убивал… – покачал головой Брайан. – Он не из тех, кто лично пачкает руки.

– Да? Ну, а Джейми О'Доннелл?

Брайан повесил голову, что послужило ответом.

– Он нас любил, могу поклясться. Играл с нами, приносил подарки, баловал, развлекал. Но…

– Но?

– Но в нем скрыто нечто зловещее, – прошептал Брайан. – Он кое-чем занимался. Кое-какими вещами. У меня такое впечатление, что если Харпер ненавидит пачкать руки, то Джейми в грязи чувствует себя как дома.

– Он такой, – поддакнул Дэвид.

– Да, возможно. Но Меган была просто маленькой девочкой. Полагаю, Джейми вполне способен напасть на взрослого человека, например на того, кто нас обидел, но не могу поверить, что он может причинить боль ребенку. Особенно Меган. Знаете ли вы, что его имя было первым словом, которое она научилась говорить? Отец был в ярости.

– Попробуем подойти с другой стороны, – после минутной паузы предложил Дэвид. – Имеются две разных персоны. Первая – лицо или лица, убившие Меган. Скорее всего, это Харпер и/или Джейми. Вторая – тот, кто в курсе дела и, кажется, глубоко возмущен тем, что кто-то совершил или не совершил двадцать пять лет назад. Этот второй пытается обнародовать правду, пусть даже таким извращенным и вывернутым способом. Если сумеем вычислить этого правдолюбца, получим шанс спросить напрямую. Кто-нибудь видел, что вы нашли оставленный дома выкуп, но промолчали?

– Вряд ли, – покачал головой Брайан. – Если бы я подозревал, что имеется свидетель, сразу бы признался.

– Но ведь имелся. Кто-то видел, раз отправил вам коровий язык.

– Кроме шуток, агент. Говорю вам – никто не знал!

– Рассел Ли Холмс, – взволнованно выпалил Ченни. – Он-то наверняка был осведомлен обо всех деталях. Что Харпер оставил выкуп себе и про любовный треугольник. Перед признанием наверняка потребовал все подробности. Холмс достаточно извращенный и вывернутый тип, чтобы насладиться подобной игрой.

– Рассел Ли Холмс мертв! – пылко воскликнул Брайан. – Я сам наблюдал за казнью!

– Все можно перевернуть, подделать. Возможно, это было частью сделки, – пожал плечами Ченни. – Почему мы считаем, что Холмс признался исключительно ради будущего своего ребенка? Может, ради себя самого, а?

– У нас нет доказательств того, что Рассел Ли Холмс жив, – возразил Дэвид, сурово глянув на новичка.

– Зато есть доказательства, что мы пропустили какую-то загадку, – настаивал Ченни. – С этим не поспоришь.

– Давайте вернемся к фактам, – твердо предложил Дэвид. – Некто знает, что случилось двадцать пять лет назад, и полон решимости взбаламутить тихий омут. Может, сам догадался о Брайане и выкупе. Он также знал, где все эти годы находились игрушечная лошадка и платье Меган, так что, скорее всего, близок к семье. Черт, может, это был Уильям Шеффилд. Вдруг Харпер напился как-нибудь вечерком и наболтал лишнего, а Уильям сообразил, что получил отличный способ раскрутить Стоукса на деньги. Следует обыскать его жилище. Теперь о неизвестном, совершившим преступление двадцать пять лет назад, а в нынешних обстоятельствах отчаянно пытающимся оставить прошлое в тайне. Он нанял стрелка убить Ларри Диггера, когда репортер подобрался слишком близко. А тут еще Мелани начала вспоминать.

– Что? – вздрогнул Брайан.

– В общем, – кивнув, резюмировал Дэвид, – некто играет всерьез. Пожалуй, доктор Стоукс, подача Нейтом заявления о вашем исчезновении не такая уж плохая идея. И прошу вас еще раз: помните, в настоящее время ваша сестра находится в опасности и мы имеем дело с человеком, который когда-то хладнокровно убил четырехлетнюю девочку. Вам известно, где Мелани?

– Нет, агент. Я только получил от нее сообщение.

– Ладно, она понимает, что дома небезопасно, и с вами не сумела связаться. Не настолько уж она опытна или подготовлена, чтобы без следа исчезнуть с лица земли, так куда же она направилась?

– К Энн Маргарет! – возбужденно воскликнул Брайан. – Это ее босс в донорском Центре Красного Креста.

* * *

До донорского Центра было тридцать пять минут езды. Ченни сел за руль, Дэвид по мобильному подкинул детективу Джаксу лакомый кусок – рассказал о сообщении Мелани на автоответчике брата, что она выстрелила в Уильяма в целях самообороны.