Другая дочь, стр. 47

– Ладно, согласен. Излагаю второй существенный факт – не только у Харпера имелся мотив, тогда у всех в семье были проблемы. Какой, к черту, единственный подозреваемый! В 1972 году у полиции их было целых четыре: Харпер Стоукс, Патриция Стоукс, Джейми О’Доннелл и, верите или нет, Брайан Стоукс.

Дэвид кивнул явно удивленным собеседникам.

– Все так и есть. У этой семейки не просто чахлый скелет в шкафу, у них целое кладбище. Так что если вам не подходит Харпер в качестве убийцы – давайте присмотримся к остальным. Патриция Стоукс. Была богата задолго до встречи с Харпером. Родилась в нефтяном благоденствии, воспитывалась довольно властным отцом, который глаз с нее не спускал. Не похоже, что отцу Патриции сильно нравился Харпер, полагаю, он считал жениха недостойным своей дочери, что, однако, не помешало ему подарить дочурке свадьбу ее мечты и особняк на холме. К сожалению, когда Патриция обосновалась в новой жизни в качестве жены доктора, то быстро обнаружила, что ей не нравится пейзаж. Еще до того, как Брайан выполз из пеленок, она заскучала и задергалась. Начала швырять деньги направо и налево. Не вылезала с вечеринок. И стала проводить куда больше времени с Джейми О'Доннеллом, чем с мужем. Харпер, со своей стороны, тоже охотнее общался с медсестрами, чем с собственной женой. По словам друзей семьи, супруги пытались примириться. Харпер начал приходить домой пораньше, и они приняли решение родить второго ребенка, Меган. На этот раз сработало. С двумя детьми на руках Патриция отказалась от вечеринок и наконец нашла себя в материнстве. Занялась благотворительной деятельностью, вступила в несколько организаций, но в основном появлялась на публике с любимыми детьми. По словам экономки, они с Харпером делили одну спальню, но у домработницы никогда не находилось причин преждевременно перестилать запачканные простыни, ну вы понимаете, о чем я.

– Многие семьи к такому приходят, – мягко заметил Леймор. – Если трактовать отсутствие половой жизни как свидетельство преступной деятельности, придется арестовать всех мужей и жен, состоящих в браке более пяти лет.

– Согласен, – улыбнулся Дэвид, – но мы еще не закончили со Стоуксами. Теперь добавим к картине Меган. И получим Харпера, Патрицию и двоих детей, все счастливы. Но вдруг, за шесть месяцев до убийства дочери, супруги начинают ежедневно скандалить. Одна служанка, видимо, кому-то проболталась, так уже на следующий день Патриция ее уволила. Но – о, чудо из чудес! – Джейми О'Доннелл снова торчит у них дома.

– Между ним и Патрицией что-то было, – догадался Ченни.

– Похоже на то. Полиция не смогла этого доказать, но невозможно поверить, что О'Доннелл болтался в особняке Стоуксов исключительно ради вкусной кормежки. И Патриция начала попивать джин. Все говорят, что убийство Меган толкнуло ее на грань, но полиция сумела проследить ее проблемы с алкоголем еще до смерти дочери. До! Что означает – Патриция и раньше находилась в смятенном состоянии души. А кто знает, на что способна женщина на грани нервного срыва?

– Интересно, – медленно кивнул Леймор, поджав губы. – Стало быть, у нас имеется меркантильный врач трудоголик, несчастная алкоголичка жена и любовный треугольник с другом семьи. Именно адюльтер связывает Джейми О'Доннелла со Стоуксами?

– Старый друг Харпера со времен колледжа, хотя этот О'Доннелл даже в школу не ходил. Исключительно самоучка и сделал себя сам. Начал с работы на нефтяных месторождениях. На первый взгляд они с Харпером совсем разные, но оба одержимо карабкались вверх. Разумеется, к вершине они шагали совершенно разными маршрутами. Харпер теперь мистер Столп Общества и мистер Семьянин, в то время как Джейми О'Доннелл не раз был замечен в сомнительной компании. В Интерполе на него имеется досье.

– Что? – навострил уши Леймор.

– Интерпол пытается доказать, что О'Доннелл торгует оружием, но пока ничего конкретного не накопали, разве что знакомства с интересными людьми. На поверхности занимается законным импортом, платит налоги каждое пятнадцатое апреля и ведет себя как все остальные.

– Остальные не спали с Патрицией Стоукс, – сухо заметил Ченни.

– Разумеется, – пожал плечами Дэвид. – Так что теперь у нас есть денежный мотив и любовный треугольник. Может, Харпер был так зол на неверную жену, что решил убить Меган – отличный способ разом отомстить изменнице и решить свои финансовые проблемы. Или, возможно, Джейми О'Доннелл отчаялся, что Патриция никогда не покинет Харпера, пока у них имеются совместные дети, вот и попытался что-то предпринять. А может, когда Патриция взвинтилась настолько сильно, что начала всерьез прикладываться к бутылке, сама малышка улучила момент и улизнула – и бац! Прощай, Меган. Теперь подходим к подозреваемому номер три – Брайану Стоуксу.

– Эта семейка занимает меня все больше и больше, – пробормотал Ченни.

– До идеала далеко, – согласился Дэвид. – Брайан, между прочим, был весьма проблемным ребенком. По данным хьюстонской полиции часто ломал предметы в доме и чуть не ежедневно доводил мать до слез. В отчете офицер отметил, что у няни был строгий приказ не оставлять Брайана наедине с Меган. Видимо, он как-то вышел за рамки простого уничтожения ее игрушек. Потом, лишь бы от него отстали, Брайан встретился с психотерапевтом в 1972 году. Кстати, паренек однажды побаловался со спичками.

– Шутите, – выпрямился Леймор. – Только не говорите, что он к тому же мочился в постель и мучил животных.

Леймор имел в виду выведенную профайлерами триаду общих черт, присущих насильникам и убийцам. Если коротко, серийные убийцы, как правило, передвигались на двух ногах и имели в своем прошлом этот треугольник. Но не Брайан Стоукс.

– Всего лишь мелкий поджог, – пояснил Дэвид. – А вот теперь самое интересное – у матери с сыном отсутствует алиби на тот день, когда исчезла Меган. Патриция сообщила, что возила Брайана к врачу. Полицейские подтвердили, но прием был назначен на десять утра. В два часа дня няня сообщила, что Меган исчезла из ее машины. В пять Патриция и Брайан подъехали к дому, где оба якобы удивились известию.

– Как насчет Харпера Стоукса и Джейми О'Доннелла? – вмешался Леймор. – У них есть алиби?

– Харпер заявил, что был на работе, – покачал головой Дэвид, – но никто за это не поручился. О'Доннелл – что вообще отсутствовал в городе, но никаких доказательств не представил. Более того, полиция сомневалась даже в том, что няня сообщила верное время исчезновения Меган. Няня почти не говорила по-английски, прятала глаза, отвечая на вопросы, и старалась держаться поближе к Харперу. Копы даже решили, что у них с Харпером маленькая интрижка, или по меньшей мере няня всячески старалась угодить хозяину своими показаниями. По всей вероятности, девочку могли похитить в любое время и из любого места. В один прекрасный день Меган Стоукс буквально испарилась. На следующий день в больницу, где работал Харпер, доставили записку с требованием выкупа. Больше от похитителя сообщений не поступало. Затем, восемь недель спустя, на тело Меган наткнулся мужчина, выгуливавший собаку. Куинси прав. Дело Меган Стоукс смердит до небес, и от каждого члена семьи несет зловонием. Если бы Рассел Ли Холмс не признался, полиция копала бы под Стоуксов и О'Доннелла до морковкина заговенья. А ведь пока ведется расследование, страховая компания по правилам ничего не заплатит. В общем, неожиданное признание осужденного Ларри Диггеру принесло семье окончание крайне неприятного расследования и миллион долларов.

– Как удачно, – пробормотал Леймор, – что Рассел Ли Холмс разговорился.

– Да уж, – кивнул Дэвид. – В точку!

– Куинси решил снова открыть это дело? – спросил Леймор.

– Так он сказал. Но сомневаюсь, что откроет официально. Мы рассматриваем убийство девочки, как часть нашего расследования.

– Нет, – отрезал Леймор.

– Нет?

– При всем уважении, агент, – скептически заявил Леймор, сурово сверкнув глазами, – вы занимаетесь махинациями в здравоохранении. Агент Ченни обнаружил, что у нас появились весомые основания выдвинуть обвинения против докторов Харпера Стоукса и Уильяма Шеффилда, однако их преступную деятельность еще предстоит доказать. Вот чем вам надлежит заняться. Вот на чем следует сосредоточиться.