Другая дочь, стр. 18

Ченни подозрительно глазел на обоих, а Мелани сверкнула благодарной улыбкой, что сконфузило Дэвида еще больше. Он же не какой-нибудь грубиян, правда? Ему прививали хорошие манеры. Он даже способен придержать даме дверь и подвинуть ей стул, да и жует обычно с закрытым ртом. В общем, умеет быть обаятельным.

Потом нахмурился. Мысли плывут куда-то не туда.

Мелани исчезла наверху, Риггс повернулся к Ченни.

– Чем прикажете заняться? – немедленно выпалил новобранец.

«И что тебе ответить? Что я здесь под прикрытием? Что мне нужен мой жетон? Господи, откуда академия набирает этаких желторотиков?»

– Ченни, изображаешь полицейского. Назови свое настоящее имя и, ради Бога, проведи надлежащую процедуру на месте преступления. Понял?

– Надеваем перчатки, берем пакеты, снимаем отпечатки пальцев, пройдемся вакуумным пылесосом, – кивнул Ченни. – Сделаем в лучшем виде.

– Ты просто золото.

– И только? Больше ничего?

– Сам увидишь, все совсем не похоже на цветные учебные пособия. Ничего, привыкнешь.

– Я только не понимаю, как это связано с медицинским мошенничеством, – проворчал Ченни.

– Вот за непонятки нам и платят большие деньги.

– Леймор в курсе?

Дэвид застыл.

– Пока нет.

– Вряд ли ему это понравится, – прямо высказался Ченни и взглянул шефу в глаза, впервые выказывая признаки недюжинного интеллекта. – Вы ставите себя под удар, заставляя меня играть роль полицейского. А ведь это происшествие, по всей видимости, не имеет непосредственного отношения к нашему делу. Если все выйдет наружу…

– Скажу, что это была моя идея.

– Я совсем не то имел в виду, – запротестовал Ченни, не на шутку оскорбившись.

– Проехали. Наверх, Ченни. Мы должны закончить до возвращения родителей домой.

– Почему?

– Приступай к делу, все вопросы потом. Считай это тренировкой.

Дэвид повел Ченни вверх по лестнице, сознавая, что мальчонка прав насчет Леймора, и еще сильнее напрягся. Надо выпытать у Мелани побольше сведений о семье, в частности, о докторе Харпере Стоуксе. Пора начать связывать факты воедино, приступить к старому доброму анализу обстоятельств.

– Ну, раз уж нам платят большие деньги, почему бы не проявить инициативу? – хмыкнул Ченни, таща тяжелый вакуумный пылесос и комплект для снятия отпечатков пальцев.

Всему свое время. Придется довериться младшему агенту. Взглянув на детскую игрушку и алтарь с уже потушенными свечами, Ченни выпрямился, натянул латексные перчатки и приступил к делу. К тому времени, как Мелани вошла в комнату в грубом шерстяном свитере и рваных джинсах, они уже начали документировать обстановку.

Дэвид надиктовывал, остро ощущая, какой юной и свежей выглядит Мелани с ненакрашенным лицом и скрученными в узел длинными светлыми волосами. Ченни посвятили в ситуацию. Тот старательно все записал, потом они направились в спальню Брайана.

Комната оказалась сумрачной, оформленной в оттенках темно-зеленого и глубокого бордового. Брайан не жил дома уже десять лет, но на огромной кровати был заметен явный отпечаток сидевшего здесь человека.

– Таким образом, объект пробрался сюда после вечеринки, устроился поудобнее и ждал отбоя, – сделал вывод Ченни, потом разрушил имидж бывалого профессионала, вопросительно взглянув на Дэвида.

– Ты у нас полицейский, – резковато напомнил Риггс.

Новобранец приосанился и посмотрел на Мелани.

– Ну, по крайней мере, он не пытался причинить вам вред, мэм, – успокоил Ченни.

– Что вы имеете в виду? – испугалась Мелани.

– Если парень просидел здесь всю ночь, то легко мог навестить вашу спальню, причем в любое время. Но он подождал, пока вы вышли, и только потом сделал ход. Взгляните на свечи. Толстые церковные, хватает часов на восемь. Сгорели почти дотла около двух часов дня. Стало быть, можно предположить, что он вошел в вашу комнату после четырех утра, когда вы освободили помещение.

– Хвала Господу за малые радости, – пролепетала Мелани.

– Злоумышленник определенно не желал вступать с вами в конфронтацию, мэм, – пожал плечами Ченни. – На данном этапе всего лишь решил устроить маленькое шоу. Дал понять, что был здесь во время вашего отсутствия. Сорок четыре свечи, лошадка, ткань. Я бы сказал, ему потребовалось менее часа. Поэтому, возможно, он покинул дом около шести…

– Он не мог уйти, – прервала Мелани, покачав головой. – Сигнализация. Открытие любой уличной двери – изнутри или снаружи – активирует систему.

Все посмотрели на кровать.

– Значит, он все установил, зажег свечи и вернулся в укрытие, – подытожил Ченни.

– И подождал, пока кто-то из домашних встал и выключил сигнализацию.

В голове Дэвида замелькали картинки, ни одна из которых ему не понравилась.

– А потом просто вышел из передней двери.

Мелани снова испугалась.

– Еще одно соображение, – вслух размышлял Дэвид. – Субъект уже находился в доме. Он – или она – мог выбрать любое место, однако навестил именно спальню Мелани, а не родителей, например. Я бы сказал, что целью были именно вы, а не кто-то другой.

Ченни, казалось, немного опешил от прямолинейного вывода, но девушка просто кивнула. Дэвид не сомневался, что это ее не тревожит. Насколько он мог судить, Мелани гораздо больше волновалась о домашних, чем о себе.

– Уже поздно, – сказала она наконец. – Странно, что мама до сих пор не дома, это…

– Мне потребуется час или около того, – немедленно откликнулся Ченни. – А пока придумываете благовидный предлог для моего присутствия, начну обрабатывать место происшествия.

– Спасибо, детектив.

– Нет проблем, мэм! – отмахнулся Ченни.

Мелани и Дэвид неожиданно остались наедине. Она перешла к большому окну с видом на парк, где цвели вишни и, держась за руки, гуляли юные влюбленные. Угасающий солнечный свет обводил профиль в тени, девушка казалась одновременно уязвимой и задумчивой. Прекрасно выглядит, оценил Дэвид. Потом отмахнулся от неуместных мыслей.

– У нас есть несколько вопросов. Вы готовы?

– Я заставила брата плакать.

– Он большой мальчик. Переживет.

– В моей спальне устроили алтарь в честь убитого ребенка, – повысив голос, выпалила Мелани. – В моей голове, Дэвид… Господи, в моей голове каша.

Она прижалась лбом к окну, словно прикосновение могло очистить рассудок. Глубоко вздохнула, затем еще раз. Ее руки дрожали. Риггс смотрел, как девушку сотрясает волна ужаса, и ничего не предпринимал. Еще через минуту она откачнулась от стекла и расправила плечи.

– Ну, – бодро произнесла Мелани с интонацией «что сделано, то сделано». – Детектив Ченни обо всем позаботится и даст мне знать, когда что-нибудь выяснит?

– Пошлет данные в лабораторию. Посмотрим, что сообщат.

– Как и отпечатки пальцев, да?

– Не будет никаких отпечатков, – вздернул бровь Дэвид.

– Откуда вам знать…

– Подумайте сами. Этот парень потратил часы, чтобы подготовить сцену. И наверняка не проколется на такой общеизвестной мелочи.

Мелани на минуту опечалилась, затем упрямо заявила:

– Ну, хоть что-то детектив накопает.

– Возможно. Послушайте, если хотите получить результат, давайте займемся делом прямо сейчас. Работа лаборатории – это еще не все. Большинство информации поступает из опросов, и у нас есть к вам несколько вопросов.

– Хотите сказать, у детектива Ченни.

– Разумеется, можете подождать Ченни, но он провозится в вашей спальне минимум час. К тому времени стукнет шесть, ваша мама может вернуться домой в любое время. Сомневаюсь, что вам захочется обсуждать это происшествие в ее присутствии.

– О.

Дэвид воспользовался преимуществом, не желая давать Мелани время на раздумья, и решительно углубил прорыв.

– Начнем со стандартных вопросов. Пробежимся по списку одним махом.

Мелани все еще колебалась, но на лице дознавателя светилась непреклонная решимость, и она наконец кивнула.

– В общем-то, вполне понятно, как этот субъект попал в дом, – приступил к делу Дэвид. – Теперь следует разобраться, кто и зачем.