Журнал «Компьютерра» №42 от 15 ноября 2005 года, стр. 29

Что еще нужно? Нужно сшивать блоки, переплетать. И нужна, конечно, служба рассылки. Но это организовать нетрудно.

Теперь о стоимости. Сейчас, допустим, у нас на сайте в разделе PoD висят две книги. Но буквально на днях будет вывешен новый роман Владислава Крапивина (уже вывешен. - «КТ»). Крапивин - известный автор, но он решил, что ему интересен этот метод печати. Книжка будет рекламироваться у меня на сайте, у него на сайте, может, еще где-нибудь. Причем это не переиздание, а совершенно новая книжка, 276 страниц. И стоит она у нас 275 рублей, из которых одна десятая достается автору. 25 рублей с экземпляра - ни один автор в России столько не получает с книги; по меркам издательств - это гигантское отчисление. Стандартом считается десять процентов роялти при отпускной цене в 30-50 рублей - то есть три-пять рублей. Ну шесть рублей, если книжка дорогая. Но никак не двадцать пять.

Но дело не только в этом, но и в том, что книга все время на сайте. Она все время в продаже. Тиража, с одной стороны, нет. С другой стороны, он неограничен.

А как автор может проверить, сколько книг было продано?

То есть все держится на доверии?

- Да. Конечно, мы можем поставить счетчики, но поскольку счетчиками управляем мы сами… Замкнутый круг получается. Но автор не может проверить и обычный тираж. Только там - сотни тысяч экземпляров, и автора, если надувают, то надувают по-крупному. Но мы не хотим никого обманывать. Зачем?

Понятно, что автор от мошенничества не застрахован - где бы он ни издавался. Но кроме издателя и автора существуют еще и покупатели, а качество книг, выпущенных по технологии PoD, близко к офсетному, а не равно ему. Так, например, считается технологическим стандартом использовать при изготовлении PoD-книг быстро сохнущий термоклей, что на долговечности книги сказывается не лучшим образом. «Геликон» книги переплетает, однако «обложки, напечатанные на струйном принтере» тоже звучит как-то не слишком надежно. При том, что PoD-книжки заметно - не катастрофически, но заметно - дороже офсетных аналогов, получается не совсем честно.

- Ну, полиграфическое исполнение - не так чтобы супер. Но вполне на уровне средней офсетной типографии. Качество печати обычно принтерное, с разрешением 600 или 1200 точек на дюйм. Этого вполне достаточно.

У вас или в общем случае?

- У нас. А я никаких общих случаев не знаю. Их нет.

Но есть же специальные печатные машины для цифровой печати.

- Да, есть цифровые типографии - например, «Принтисса», которая пытается специализироваться и на выпуске книжек тоже, но цены у нее жуткие, на порядок выше наших. Там стоят хорошие современные машины двухсторонней печати от Xerox и Canon. Качество печати - замечательное. Скрепление, правда, только термоклеевое. У нас же есть ниткошвейная машина - такая же, как в обычных типографиях. Переплет ручной, но качество его нисколько не хуже, чем у обычного. Просто это малопроизводительно, но на один экземпляр ничего другого и не придумаешь.

Так что полиграфическое качество у наших книг - вполне приличное. Мы делаем и тиснение фольгой. Все, что нужно. И если речь не идет об альбомах с репродукциями или дорогих изданиях, то мы вполне конкурентоспособны полиграфически.

Что касается содержания, то у меня концепция очень простая. Если типография объявила услугу печати книг, то она не вправе отказывать на основе содержания, если оно не противоречит закону, не является проповедью фашизма и прочее. Все остальные случаи, даже если автор пишет абсолютно безграмотно…

- …все равно что в ресторане официант будет отказывать посетителям в зависимости от своих симпатий. Я не могу брать это на себя… Когда я печатаю за свой счет, то ориентируюсь на свои вкусы и формирую политику издательства. Когда же я лишь печатный станок, а издательство просто помогает автору оформить книжку правильно, полиграфически грамотно, то содержание меня не касается, если оно не противоречит закону. Очень простая позиция.

Но я хотел бы все-таки, чтобы книжки, которые авторы издают за свой счет, продавались в специальном разделе. Я не могу отказать авторам, если они хотят продаваться через Интернет, но это должен быть специальный отдел магазина, чтобы читатель понимал, что за содержание этих книг издатель ответственности не несет, они абсолютно самостоятельны.

Эта схема практически ничем не отличается от старой схемы издания книг за свой счет. Но если в том случае автор платит значительную сумму денег и получает на руки некий тираж, то здесь и затраты поменьше, и тиража как такового нет - есть лишь опытный образец, который отсылается автору. Автор этот образец получает и ждет, когда читатели начнут заказывать книгу. Что, честно говоря, не очень реально. То есть, конечно, никто не отменяет друзей и родственников - но сколько их? Пять, десять, двадцать, сорок человек?

Когда я сам предлагаю автору публикацию - за мой счет, - то ориентируюсь на популярность автора в Интернете. В частности, в LiveJournal. Если я вижу, что у автора тысяча или две тысячи френдов, то знаю, что десятая, скажем, часть может купить книжку на бумаге.

- Вы знаете, я человек старой закалки, и для меня настоящие писатели - это те, кто был раньше. Они никогда не печатались за свой счет. Их печатали, и печатали с большими трудностями, и техническими, и идеологическими. Они проходили такую проверку, что если уж состоялись, то состоялись по-настоящему.

Правда, было две категории писателей. Первые сознательно служили господствующей идеологии (хотя при этом они могли быть вполне профессиональными). Другие - это те, которые просто писали. Не обязательно «против». Я, например, не диссиденствовал, но и никогда не пытался подлизываться к режиму, поэтому печатался очень трудно. Книжки выходили редко, с купюрами, не переиздавались. Многие вещи вообще лежали в столе - половина примерно. И таких было много. Из известных - Виктор Викторович Конецкий, который давал мне рекомендацию в Союз Писателей. Мой друг Валерий Георгиевич Попов, который сейчас возглавляет писательскую организацию в Санкт-Петербурге, Александр Мелихов…

Сейчас же, когда автор имеет деньги, он может напечататься - раз. Имея большие деньги, он может сделать себе рекламу - два. И стать почти популярным. А это, в общем, не совсем то. Или другой случай - автор пишет нечто жанровое, ему создают популярность рекламой. Ну и читатели у него соответствующие.

Я не хочу переходить на личности, но многие популярные авторы с миллионными тиражами писателями для меня не являются, потому что их популярность искусственна. Есть такое понятие - коммерческий писатель. И этот коммерческий писатель - не совсем то, что я привык считать писателем. Хотя, возможно, я ошибаюсь, и сейчас все переменилось, а на самом деле эти писатели, которые реально продаются, - и являются настоящими писателями. Но мы - люди старшего поколения - воспитаны на тех самых «глаголом жги сердца людей» и сталинских «инженерах человеческих душ». Такие вот определения были раньше. Сейчас - нет. Понятия меняются. Я не нахожу, что это хорошо, но с другой стороны - что ж делать?

Логично предположить, что распространение PoD-технологий резко снизит качество книжных текстов, поскольку никакой работы собственно с текстом, если не считать корректуры, PoD-издатель не проводит. Да и кому это нужно - вряд ли найдется много авторов, полагающих, что их шедеврам необходима редактура, даже бесплатная. А все работы над книгой в схеме PoD оплачивает именно автор. Но так ли это на самом деле?

- Дело в том, что редактуры как класса нет почти нигде. Что очень плохо. Редактор нужен каждому автору - будь он хоть трижды Горчев, хоть кто угодно. Но - увы. Экономические условия таковы, что не до жиру, быть бы живу. В нашу задачу входит выпустить текст, который хотя бы корректор просмотрел несколько раз. Ведь понятно, что каждый корректор допускает ошибки, поэтому нужно сделать две или три вычитки, но на это нет денег. Редакторский труд достаточно дорогой. Кроме того, раньше книжки выходили годами. А сейчас все делается очень быстро, второпях. К сожалению, это общая ситуация.