Нужные вещи, стр. 176

Затем Мейн Стрит окутало облако черного дыма от догорающих останков муниципалитета, и когда дым этот рассеялся, Лилэнда Гонта и его дьявольской колесницы след простыл.

18

Алан проводил Полли к патрульному автомобилю, на котором приехали Норрис Риджвик с Ситоном Томасом.

Норрис все еще сидел на окне и держался за подставку мигалки. Он так ослабел, что не в силах был спуститься обратно в салон машины.

Алан обхватил Норриса вокруг живота (эту часть тела и животом-то назвать было затруднительно, настолько тщедушен был его хозяин) и помог ему выбраться.

— Норрис?

— Что, Алан?

— Ты теперь можешь переодеваться в конторе когда и сколько захочешь.

Норрис, казалось, его не слышал.

Алан почувствовал под руками, обнимавшими первого помощника, липкую кровь, сочившуюся из-под блузы.

— Ты тяжело ранен?

— Не слишком. Во всяком случае, мне так кажется. Но это… — он протянул руку в сторону к центру города, над руинами которого полыхал пожар и поднимались столбы черного дыма.

— Все это — моя вина.

— Ты не прав, — вмешалась Полли.

— Тебе этого не понять. — Лицо Норриса осунулось от горя и тяжкого чувства вины. — Это я порезал шины Святоши Хью! С меня все началось!

— Да, — сказала Полли, — ты, конечно, это сделал. И тебе придется жить дальше с этими воспоминаниями. Так же, как мне не забыть, что виновницей смерти Туза Мерилла оказалась я. — Она указала в том направлении, где католики и баптисты разбредались кто куда, провожаемые взглядами обезумевших от бессмысленности своих усилий полицейских. Некоторые из воинственных верующих брели поодиночке, кое-кто — группами. Отец Брайам поддерживал за плечи своего злейшего врага, преподобного Роуза, Нэн Робертс обнимала за талию Генри Пейтона. — Но кто сподобил их всех на это, Норрис? Кто послал на смерть Нетти и Вильму? И всех остальных? Если все это сделал ты один, Норрис, значит считай, что свернул горы.

Норрис громко всхлипнул и разрыдался.

— Я так виноват!

— Так же, как и я, — тихо произнесла Полли. — Мое сердце разбито.

Алан обнял их обоих за плечи, а затем склонился к Ситону Томасу, сидевшему на пассажирском сидении патрульного автомобиля.

— Ты-то как, старина?

— Полон сил, — с готовностью ответил Сит. И действительно, судя по его выражению лица, он был слегка растерян, но возбужден и в боевой готовности. — Нашим согражданам досталось гораздо больше, чем мне.

— Кажется, Норриса надо отвезти в больницу, Сит. Если у тебя в машине хватит места, можем поехать все вместе.

— Конечно, Алан, о чем речь! Залезайте. В какую больницу поедем?

— В Северный Камберленд. Там сейчас находится. Маленький мальчик, которого мне хотелось бы проведать, надо убедиться, навещал ли его отец.

— Алан, скажи, неужели то, что я видел, произошло на самом деле? Неужели этот тип взлетел на воздух в какой-то немыслимой повозке?

— Не знаю, Сит, — признался Алан. — И более того, клянусь Богом, знать не желаю.

В этот момент подошел Генри Пейтон и тронул Алана за плечо. Глаза у него лихорадочно блестели, и взгляд был близок к безумию. Он походил на человека, который внезапно решил резко изменить свой образ жизни, или образ мыслей, или и то и другое сразу.

— Что случилось, Алан? — спросил он. — Что же все-таки произошло в этом Богом проклятом городе?

За Алана ответила Полли.

— Здесь совершилась торговая сделка. Самый грандиозный аукцион, какой когда-либо видел свет, и проводился он по своим особым правилам… Но перед самым его окончанием кое-кто из нас решил все-таки не покупать товар, предложенный на продажу.

Алан открыл дверь машины и помог Норрису устроиться на переднем сидении. Затем он взял за руку Полли.

— Поехали. Надо торопиться, Норрису плохо и он потерял много крови.

— Эй! — воскликнул Генри. — У меня еще целая куча вопросов и…

— Оставь их при себе, — сказал Алан, садясь рядом с Полли и закрывая дверь. — Прибереги до завтра. Тогда и поговорим, а сейчас я беру отгул. Скорее всего, я возьму отгул в этом городе навсегда. Могу сказать одно — не беспокойся, все кончено. Всему, что произошло в Касл Рок, пришел конец.

— Но…

Алан подался вперед и похлопал Сита по костлявому плечу.

— Вперед, дружище. Гони лошадей.

Ситон Томас включил двигатель и поехал по Мейн Стрит, направляясь к северу. На перекрестке машина повернула налево и двинулась вверх по Касл Хилл в сторону к Касл Вью. Оказавшись на вершине холма, Алан с Полли как по команде оглянулись, чтобы бросить последний взгляд на догоравший город: искры пламени разлетались в разные стороны рубиновыми звездами. Алан почувствовал, как душу сковывают печаль, острое чувство потери и глубокая обида.

«Мой город, — думал он. — Это был мой город, и теперь он больше не будет моим. Не будет никогда».

Они с Полли снова одновременно повернулись лицом друг к другу и взглянули в самую глубину глаз.

— Тебе никогда не узнать, — прошептала Полли, — что на самом деле случилось в тот день с Энни и Тоддом. Никогда не узнать.

— Теперь я уже и не хочу этого знать, — ответил Алан Пэнгборн и нежно поцеловал Полли в щеку. — Это осталось в прошлом, а прошлое должно покоиться во мраке.

Оказавшись в Касл Вью, они свернули на шоссе N119, и Касл Рок вскоре исчез из виду. Он тоже остался в прошлом, и его тоже поглотил мрак.

Вы уже бывали здесь…

Ну конечно, бывали. Не может быть сомнений. У меня прекрасная память на лица.

Ну, так иди же скорее сюда, давай пожмем друг другу руки! Знаешь, я узнал тебя по походке, еще до того, как разглядел в лицо. Ты выбрал как нельзя более удачное время для возвращения в Джанкшн note 22 Сити, один из самых славных городков штата Айова — во всяком случае по эту сторону Эймз. Можешь смеяться, сколько душе угодно, я пошутил.

Может быть, присядешь со мной на пару минут? Прямо сюда, на скамейку у Мемориала Жертвам Войны. Нам тут будет неплохо. Солнышко пригревает, и отсюда мы сможем любоваться центром города, он раскинется перед нами как на ладони. Только смотри, не занозись, эта скамейка здесь стоит с тех времен, когда Гектор был Папой. А теперь посмотри вон туда. Нет, немного правее. На здание, окна которого замазаны мелом. Тут когда-то размещалась контора Сэма Пиблза. Он занимался недвижимостью и знал толк в своем деле. А потом женился на Наоми Хиггинс, той, что жила чуть дальше по шоссе, в Провербии, они снялись с места и уехали. Теперь большинство молодежи так поступает.

Контора его пустовала больше года — экономика наша в упадке с тех пор, как начались проблемы на Ближнем Востоке, но недавно кто-то прибрал помещение к рукам. Должен сказать, об этом ходило множество слухов. Но ведь ты знаешь, как бывает в таких местах, как наш Джанкшн Сити, где жизнь из года в год не меняется, — открытие нового магазина превращается в событие величайшего значения. Судя по всему, до премьеры осталось ждать недолго: рабочие уже в прошлую пятницу собрали все инструменты и ушли. И вот я думаю… Кто?

А, ты о ней. Так это Ирма Скиллинз. Она когда-то была директором колледжа Джанкшн Сити, говорят, единственный директор-женщина в этой части штата. Два года назад ушла в отставку. И такое впечатление, что одновременно ушла из всего остального — из Восточной Звезды, Союза Дочерей Американской Революции, Клуба игроков Джанкшн Сити. Насколько мне известно, даже из церковного хора. Предполагаю, что частично тому способствовал ревматизм — она, бедняжка, так страдает.

Смотри, как тяжело опирается на трость. Таким несчастным ничего, по— видимому, не остается, как уйти от дел и отдыхать.

Гляди-ка! Так и сверлит глазами этот новый магазин. А почему бы нет? Она хоть и не первой молодости, но еще и не на краю могилы. Знаешь поговорку: любопытной Варваре нос оторвали. Но по мне, так это не самый большой порок.

Как думаешь, смогу я прочесть вывеску? Бьюсь об заклад, что смогу. Пару лет назад приобрел очки, но они только для работы. А вдаль я вижу не хуже любого другого глазастого. Наверху написано СКОРО открытие, а ниже — воплощение МЕЧТЫ, МАГАЗИН НОВОГО ОБРАЗЦА. Теперь последняя строчка… Минутку, там шрифт помельче… Так, ясно. Там написано: Вы не поверите своим глазам! Но мне все-таки кажется, я поверю. В «Книге Экклезиаста» сказано: «…и нет ничего нового под солнцем», и я с этим полностью согласен. Но Ирма сюда придет. Не говоря ни о чем другом, она не упустит случая познакомиться с тем, кто повесил этот ярко-красный полотняный навес над бывшей конторой Сэма Пиблза.

вернуться

Note22

Junction — узловая станция (англ.).