Молот Эдема, стр. 48

Джуди упрямо покачала головой:

– Тебе следует сначала поговорить с Марвином.

– Я понимаю, что ты хочешь сказать, но Марвин – паршивый идиот. Ты знаешь, когда он в последний раз кого-нибудь посадил за решетку?

– Саймон, если ты хочешь, чтобы я работала над этим делом за спиной у Кинкейда, забудь!

– Ты только послушай меня, ладно? Вреда ведь не будет.

Саймон включил запись.

Джуди вздохнула. Ей ужасно хотелось услышать выводы, которые сделал Саймон. Но если Кинкейд узнает, что Саймон говорил с ней прежде, чем ознакомил со своими выводами Марвина, им обоим не избежать неприятностей.

Прозвучал женский голос:

Саймон остановил запись и посмотрел на Бо:

– Что вы представили, когда в первый раз услышали эти слова?

Бо усмехнулся:

– Крупную женщину лет пятидесяти, с широкой улыбкой. Сексуальную. Я помню, как подумал: «Было бы неплохо… – Он посмотрел на Джуди и закончил: – Встретиться с ней».

Саймон кивнул:

– У вас надежные инстинкты. Даже не имеющие специальной подготовки люди могут многое сказать о человеке по голосу. Почти всегда понятно, кто говорит – мужчина или женщина. Кроме того, удается довольно точно определить возраст, а также рост и сложение. Иногда даже состояние здоровья.

– Ты прав, – кивнула Джуди. Она была заинтригована, несмотря на все свои опасения. – Всякий раз, услышав голос по телефону, я представляю себе человека, даже если это запись.

– Причина достаточно проста: голос исходит из тела. Высота тона, громкость, резонанс, хрипота, все голосовые характеристики имеют физические причины. У высоких людей голосовой тракт длиннее, у старых ткани теряют гибкость, хрящи становятся скрипучими, у больных бывает воспаленное горло.

– Да, конечно, но я раньше никогда об этом не думала, – призналась Джуди.

– Мой компьютер выделяет те же сигналы, что и люди, только точнее. – Саймон вытащил распечатку из конверта. – Этой женщине от сорока семи до пятидесяти двух лет. Она высокая, рост около шести футов без одного дюйма. У нее лишний вес, но она не страдает ожирением: скорее всего у нее пышные формы. Она пьет и курит, но не страдает серьезными заболеваниями.

Джуди ощутила тревогу и возбуждение. Она не хотела, чтобы Саймон читал свой отчет, но ей было ужасно интересно узнать о женщине, которой принадлежал голос.

Саймон взглянул на Бо:

– Вы правы относительно широкой улыбки. У нее большая полость рта, и ее речь не слишком лабиализована – она недостаточно напрягает губы.

– Мне нравится эта женщина, – заявил Бо. – А что говорит компьютер: хороша она в постели?

Саймон улыбнулся:

– Она представляется вам сексуальной из-за того, что ее голос кажется шепчущим. Это может быть признаком сексуального возбуждения. Но если она так говорит все время, то могут быть и другие причины.

– А тут, как мне кажется, вы ошибаетесь, – возразил Бо. – У сексуальных женщин сексуальные голоса.

– Как и у тех, кто много курит.

– Ладно, вы правы.

Саймон перемотал запись на начало.

– А теперь обратите внимание на акцент.

Джуди запротестовала:

– Саймон, я не думаю, что нам следует…

– Только послушай, ну пожалуйста!

– Ладно, ладно.

На этот раз он дал им послушать первые два предложения.

Саймон остановил пленку.

– Акцент, характерный для северной Калифорнии. Но вы больше ничего не заметили?

– Она принадлежит к среднему классу, – сразу же сказал Бо.

Джуди нахмурилась:

– А мне показалось, что к высшему.

– Вы оба правы, – сказал Саймон. – Ее акцент изменился от первого предложения ко второму.

– А так часто бывает? – спросила Джуди.

– Нет. Большинство из нас имеют базовый акцент, относящийся к той социальной группе, в которой мы выросли, хотя со временем он может немного измениться. Как правило, люди стараются улучшить свою речь: рабочие пытаются говорить более свободно, а те, кто разбогател недавно, стремятся усвоить речь и манеры, характерные для «старых денег». Иногда происходят и обратные процессы: политики из богатых семей делают свою речь более разговорной, чтобы не отличаться от обычных людей, вы понимаете, о чем я?

Джуди улыбнулась:

– Ну конечно.

– Выученный акцент используется в стандартных ситуациях, – продолжал Саймон, вновь перематывая кассету на начало. – Человеку необходимо сосредоточиться, чтобы говорить в непривычной для себя манере. Но стоит нам оказаться в неприятной ситуации, как мы возвращаемся к выученным в детстве формам речи. Вы не потеряли нить моих рассуждений?

– Продолжайте, – кивнул Бо.

– Эта женщина упростила свою речь. Она старалась говорить как человек из рабочей среды.

Джуди была поражена.

– Ты полагаешь, она вроде Пэтти Херст [7]?

– Давайте хорошенько разберем ее речь. Она начала с выученного заранее предложения, которое произнесла как представитель среднего класса. Следует отметить, что в американской речи есть одна интересная деталь: чем к более высокому классу ты относишься, тем отчетливее произносишь букву «р». А теперь, имея это в виду, послушайте, как она произносит слово «губернатор».

Джуди опять хотела остановить Саймона. Но ей было очень интересно. Женщина с магнитофонной ленты произнесла:

– Обратите внимание, как она произнесла «губернатору Майку». Так говорят на улицах. А теперь послушайте следующее предложение. Голос автоответчика сбил ее с толку, и она заговорила более естественно.

– И хотя она произнесла «черт», буква «р» прозвучала очень четко. Рабочий человек проглотил бы «р» в словах «привыкла» и «говорить». Выпускник колледжа произнес бы «р» только в первом случае. И только человек из высших слоев общества четко произнес бы «р» дважды.

– Поразительно, что вы можете так много обнаружить всего лишь в двух предложениях, – восхищенно проговорил Бо.

Саймон довольно улыбнулся.

– А вы обратили внимание на словарный запас?

Бо покачал головой:

– Не могу сказать ничего определенного.

– Что такое магнитофон?

Бо рассмеялся.

– Устройство размером с небольшой портфель с двумя кассетами сверху. У меня был такой во Вьетнаме – «Грюндиг».

Джуди поняла, к чему клонит Саймон. Термин «магнитофон» вышел из употребления. Сейчас такое устройство называют «кассетник». Автоответчик записывает голоса на жесткий диск компьютера.

– Она живет в прежнем времени, – сказала Джуди. – Что вновь возвращает нас к Пэтти Херст. Кстати, какова ее судьба?

– Отсидела свой срок, вышла на свободу, написала книгу и появилась в «Геральд». Да здравствует Америка! – ответил Бо.

Джуди встала.

– Все это очень интересно, Саймон, но я чувствую себя не в своей тарелке. Мне кажется, тебе следует показать отчет Марвину.

– Но сначала я хочу обратить ваше внимание вот на что, – сказал он и нажал на перемотку вперед.

– Правда, Саймон…

– Вы только послушайте этот кусок.

Послышался какой-то слабый звук, и женщина сделала паузу. Саймон остановил запись.

– Мне удалось усилить звук и понять, что было сказано. Вот реконструкция. – Он вновь включил запись.

Джуди услышала мужской голос, искаженный шипением, но достаточно внятный, чтобы можно было разобрать слова:

Шум исчез, и женский голос повторил: