Психодинамика колдовства, или Введение в паралогию, стр. 19

Теперь, если хотите, можете вернуться в свое нормальное состояние. Хотя полный возврат в пресловутое нормальное состояние для вас, наверное, уже невозможен. Как говорится, слава Богу! В первой главе мы уже обсуждали эту самую норму — великое изобретение психиатрии. С нашей точки зрения, совершенно нормально для человека полностью владеть своими мыслями и эмоциями. Не менее нормально для него же контролировать собственные психические состояния, или позиции. Более того, осваивать глубины своего «я», дистанционно влиять на психику других существ, совершать лихие набеги за идеями в коллективное бессознательное — все это, по нашему мнению, тоже абсолютно нормально для всякого нормального человека. Если вы с нами согласны, можете смело перевернуть страницу и перейти к следующей главе.

Глава 8. Шесть точек дона Хуана

Действуя по принципу «сам не похвастаешь — никто другой не похвалит», сообщаем вам конфиденциально: книга, которую вы держите в руках, явление исключительно паралогическое — во всяком случае, по замыслу. А как иначе можно квалифицировать попытку абсолютно логическими языковыми средствами, без помощи гипноза, ЛСД и даже обычной дубины, растолковать вам то, чему слова чужды, как крокодилу скафандр! И если в итоге из этого и выйдет что-то дельное, то сам этот факт — тоже паралогия, чистейшей воды паралогия, ибо разумно что-либо объяснить все-таки будет невозможно.

Помните у Кастанеды: учения для правой и левой сторон психики, или, на нашем языке, для сознания и подсознания? Тамошние наставники, видящие или даже нагвали работают с этими областями сознания своих подопечных по отдельности, так что последние потом никак не могут вспомнить, чему же собственно научились. И вообще, даже в неплохих книгах о традиции толтеков, по нашему мнению, все-таки чересчур много туману. Взять хотя бы историю с таинственной схемой, начерченной доном Хуаном, — пресловутыми шестью соединенными точками, — прокомментировать которую, к немалой досаде Кастанеды, достойный маг отказался наотрез. Ну, а мы, что называется, не такие гордые. Вот он, этот рисунок:

Психодинамика колдовства, или Введение в паралогию - any2fbimgloader0.png

А вот и обещанные пояснения. Первая точка (или кружок — на нашем рисунке) — это воля, которая есть сила, связующая воедино все субличности человека и цементирующая их в результирующую личность. Гипертрофированная воля свойственна параноику, о чем мы уже говорили в первой главе. Пациент с сильной волей — беда для психиатра, психоаналитика или сценического гипнотизера. Могучая воля — непременное свойство суггестора, но она же — тормоз наших медиумических способностей. Следовательно, чтобы стать человеком силы, необходимо научиться контролировать собственную волю. Этому и служат предложенные вам волевые тренинги.

Вторая точка — ощущение. Здесь все, вроде бы, и ясно. Уточним лишь, что, помимо тактильных, слуховых и вкусовых ощущений, чувств равновесия, тяжести и прочих доступных каждому бытовых ощущений, в эту же категорию попадает и столь важное, столь неординарное человеческое свойство, как интуиция, предчувствие.

Третья точка — сновидение. Вообще-то, сон — это второе основное состояние сознания человека, которое он использует для неэффективного отдыха. Мы живем как бы в двух отдельных реальностях: в реальности яви и в реальности сна. Древние арьи насчитывали даже три таких реальности: явь, навь и правь.

Ну, с явью все, наверное, понятно. Что же касается нави, то это — наши ночные кошмары, так сказать, окрестности внутреннего ада, куда мы забредаем во сне. Тогда правь, как вы, наверное, уже догадались, будет у нас соответствовать психическому раю.

Современные шаманы издают множество книг, всевозможных сонников, в которых с восхитительной уверенностью толкуют любые сны. Что ж, в основном они (то есть толкователи, шаманы) — люди с фантазией, и у них все получается очень красиво, а порой — в тех случаях, когда их богатая фантазия сдобрена еще и толикой ума — даже логично. Только все-равно это — полный бред!

Сон — никакая не аллегория, не призрачное послание, адресованное человеку какой-то еще более призрачной, но, тем не менее, великой силой. Сон — это самостоятельная реальность со своими объективными законами. Йоги сравнивают сны со звездами. Последние исчезают, когда восходит солнце. Но это вовсе не означает, что звезды погасли на самом деле Просто более яркий солнечный свет, или же — применительно к снам — более яркие дневные наши переживания их затмили.

К слову, о звездах. Простым, но эффективным тренингом, ориентированным на повышение нашей жизненной активности, жесткости, динамичности и относящимся к разряду волевых, является созерцание ночного неба с яркими звездами — либо непосредственно, либо (коли уж в наших краях небо преимущественно затянуто тучами) воссоздавая картину звездного неба в личном магическом мире, в собственном психическом пространстве. Вероятно, причиной относительной апатичности северян, особенно столичных жителей, по сравнению с темпераментными южанами как раз и является недостаток в их жизни яркого звездного неба. Для поддержания в нас динамизма, жесткости, агрессивности необходимы звезды. А человеку силы, сканеру, магу непременно нужны динамизм, жесткость и агрессивность (конечно, контролируемая). Так что делайте выводы.

Четвертая точка — это видение (именно в том смысле, в каком употребляет данное слово Кастанеда). Видение есть восприятие объекта без каких-либо интерпретаций и заранее обусловленных представлений, или же, на языке паралогии, это — продуктивный синтез двух важнейших наших свойств: свойства воспринимать и свойства забывать.

К примеру, чтобы видеть конкретного мужчину, нужно забыть, что это — мужчина, забыть, что ты — это ты, забыть все, что вообще знаешь о мужчинах и кстати о жрншинлу тоже, а еще — о людях, о человечестве, о млекопитающих, о времени, об одежде и т.д. и т.п. В буддизме Махаяны это называется чистым, ничем не замутненным взором, который поэтично сравнивается со «взглядом ребенка, взирающего на фрески монастырской стены».

Принцип видения неплохо иллюстрирует древняя восточная притча о слепых мудрецах. Трое слепых мудрецов решили выяснить, что же такое слон, и принялись его исследовать на ощупь.

— Слон — это огромный кожаный мешок, — возгласил, наконец, тот из мудрецов, что щекотал слону живот.

— Нет-нет, — возмутился другой, дергавший животное за хобот, — я теперь знаю совершенно точно: слон — это толстый гибкий шланг.

— Все это — чушь! — вынес вердикт третий, припавший к слоновьей ноге. — Вне всякого сомнения, слон — это колонна, уходящая ввысь.

За спором мудрецов следил один человек, ни во что, впрочем, не вмешиваясь, но от души веселясь. Человек этот мудрецом не был и таковым себя не считал; он был просто зрячим и потому знал, что такое слон.

Что еще можно об этом сказать? Подавляющее большинство человеков мыслящих воспринимает окружающий мир наподобие этих мудрецов, то есть фрагментарно. Допустим, определяя для себя образ какого-либо человека, мы акцентируем внимание на четырех-пяти, от силы на шести его качествах. А таковых — бесчисленное множество. Иначе говоря, мы воспринимаем лишь те стороны реальности, в которые «уткнулись». Человек силы видит всю картину целиком благодаря раскрытию своей способности видения.

Пятая и шестая точки — это соответственно разум {интеллект) и речь. Об этой парочке мы уже кое-что вам сообщили. Но рассказывать о них — опять-таки при помощи той же речи и (пусть и нескромно это прозвучит) не без участия того же ума — можно бесконечно. Обещаем вам по возможности от этого воздерживаться. Но в данный момент нам кажется вполне уместным напомнить вам один забавный случай, рассказанный П.Д. Успенским в его знаменитой книге «В поисках чудесного».