Соколиный замок, стр. 17

Теперь я рассматривала очень большую комнату, как и все остальное в Соколином замке. Однако обстановка явно предназначалась для женщины и была выдержана в розовом цвете от темных до светлых оттенков. Моя вчерашняя реакция на кровавый камень сегодня казалась совершенно глупой. Я оправдывала себя лишь тем, что миссис Халлиси в Ирландии рассказала мне о нем страшную легенду.

Видимо, история о том, что когда-то этот камень был сердцем предка О'Нилов, наложилась на страшный сон, который приснился мне ночью. Иначе как же я, Касси Маги, могла вспомнить то, чего прежде никогда в своей жизни не видела? Шейна, в образ которой я странным образом перевоплотилась. Но она умерла более четырехсот лет назад. А я – Кассандра Маги, секретарша Шейна О'Нила, нанятая для того, чтобы помочь ему написать книгу о далеких предках. Напомнив себе, кто я такая и с какой целью нахожусь здесь, чтобы окончательно изгнать страх, прочно притаившийся в уголках подсознания, я поднялась с высокой кровати.

Тейлор поставил мои чемоданы возле дверей просторной гардеробной. У меня появилось желание поскорее открыть их и развесить свои новые платья. Но это снова напомнило мне о ночном сне, в котором я была одета в одно из новых платьев, из-за этого кто-то перепутал меня с кем-то и пытался убить.

Подойдя к груде багажа, я развязала ремни самого большого чемодана и откинула крышку. Сверху лежала красная юбка и такого же цвета свитер. Я с облегчением вынула их – во сне я была одета в черное.

Я оделась в красное и, размышляя над тем, что не мешало бы составить свой рабочий график в Соколином замке подобно заведенному порядку в корабельной компании Девора, принялась распаковывать вещи. Мимолетное воспоминание об Алане не причинило мне прежней боли.

Я решила настроиться на деловой лад исполнения своих обязанностей. Упорядоченная деятельность всегда создает ощущение надежности и уверенности.

Сомнения относительно того, что я просто служу забавой для Шейна О'Нила, значительно укрепились за долгую ночь. В человеке, который, ни минуты не колеблясь, протянул маленького невинного кролика хищной голодной птице с жестокими глазами, я совершенно не узнавала Шейна. Для меня он остался тем же незнакомцем, с которым я впервые встретилась в церкви Святого Кевина. Почему я ощущала привязанность к нему и не могла отрицать этого? Какая-то неуправляемая часть моего сознания требовала, чтобы я находилась рядом с ним. Я убеждала себя, что причина этого в нашем необычайном внешнем сходстве. Да и Шейн как-то особенно заботился о моем благополучии, чисто по-братски. Склонившись над роскошными нарядами, я вдруг поняла, в какой бедности жила до того, как Шейн вошел в мою жизнь.

Едва я закончила распаковывать первый чемодан, как раздался стук в дверь. Я машинально ответила, приглашая стучавшего войти, но, вспомнив, что дверь заперта, подошла, чтобы открыть ее. На пороге стояла странная женщина. На ее круглом лице отражалось чисто детское, неприкрытое любопытство – свидетельство небольшого ума. Ее светло-зеленые глаза смотрели невыразительно, подтверждая мою догадку о врожденном недостатке разума и находчивости. Заговорив, она подтвердила справедливость моих подозрений.

– Миссис Джигс послала меня наверх, – сказала она. При этом на ее лице медленно проступало выражение детского недоумения. – Она велела мне не будить вас, если вы все еще спите. Я услышала, что вы копошитесь в комнате, и поняла, что все в порядке. Миссис Джигс велела распаковать вещи и развесить их, когда вы встанете.

– Вы миссис Данкуорт? – спросила я.

– Верно, – ответила она. – Я живу с О'Нилами очень давно. Но вы знаете это не хуже меня, хотя они все время говорили, что вы умерли, и пытались обвинить в этом моего мальчика.

Она покорно склонила свое заплывшее тело над новыми чемоданами и принялась вытаскивать одежду. Я наблюдала за ней. Ее странные слова озадачили меня, тревожное предчувствие наполняло душу. Миссис Данкуорт уронила платье и тут же подняла его.

– Почему вы так удивились только что, когда вошли в комнату? – спросила я. – Как вы думаете, кто я?

– Я знаю, кто вы, – ответила миссис Данкуорт. – Вы не можете просто так уйти и ожидать, что вернетесь как ни в чем не бывало, хотя ваш труп так и не нашли?

– Но я ни разу в жизни не была прежде в Соколином замке, – возразила я. – Здесь никто прежде не видел меня, кроме Шейна, мистера О'Нила.

– Говорите так, если хотите, – сказала миссис Данкуорт. – Вы всегда были странной. Но меня вам не одурачить. – В ее зеленых глазах сверкало удивительное лукавство. – Недостаточно одного нового имени, чтобы сбить меня с толку, мисс Кассандра. Как будто я не знала, куда вы поднимаетесь с этим самым.

За моей спиной со скрипом открылась дверь.

– Вы одеты, Касси? – Я узнала голос Хью, хотя он звучал более легкомысленно, чем накануне, как будто вся горечь волшебным образом исчезла из него в течение долгой спокойной ночи.

– Входите, Хью, – сказала я, обрадовавшись, что смогу задать свои вопросы другому человеку, помимо миссис Данкуорт, и надеясь получить на них разумные ответы.

– Завтрак накрыт в столовой на серванте, – сказал Хью. – Остается только рыдать и стенать от того, как Шейна представляет себе плотный завтрак. А преданная семейная нянюшка на своем месте, разливает кофе и следит, чтобы никто из ее прежних подопечных не ушел ненакормленным.

– Миссис Джигс была и вашей няней? – спросила я, выходя в сопровождении Хью в длинный темный коридор.

Миссис Данкуорт бросила нам вслед хмурый неодобрительный взгляд.

– Только она, – подтвердил Хью. – Трудно представить, что мы росли все вместе, именно здесь, в Соколином замке. Конечно, положение Шейна О'Нила всегда являлось особым, однако и все остальные были накормлены и обогреты. Отдаю должное за это деду.

– Но у вас была и мать, – возразила я.

– А у Шейна не было? – Хью мельком взглянул на меня. – На это вы намекаете? Полагаю, он все рассказал вам о нас?

– Нет, – ответила я. – Он вообще ни о чем не рассказывал. Я приехала сюда в полном неведении. А миссис Данкуорт только что сказала мне, что все считали меня умершей. – Я слабо рассмеялась, попытавшись притвориться легкомысленной.

– Вы на самом деле ничего не знаете о Шейне, на которую так походите? – спросил Хью.

– Только то, что она жила более четырехсот лет назад в Ирландии, если верить преданию, записанному вашим дедом, и что у нее был брат-близнец, Шейн Гордый.

Хью внезапно остановился, в его здоровом глазу я увидела что-то вроде сочувствия и жалости. При слабом освещении трудно было определить наверняка.

– Думаю, вам следует знать кое-что, мисс Маги, – сказал Хью. – У кузена Шейна тоже была сестра. Ее звали Шейна. Вы удивительно похожи на нее. Я даже не совсем уверен, что вы не она.

– Вы говорите о ней так, будто она умерла. И в то же время считаете, что я могу быть девушкой, о существовании которой я ничего не знала до самой последней минуты. Все это не выдерживает критики. Вот и миссис Данкуорт подумала, что я… Шейна. И миссис Джигс. И все вы. – Я с осуждением выпалила все это. – Ваши мысли пугают меня, как будто я – это вовсе не я.

– Стыдите за это Шейна, – спокойно возразил Хью. – Именно он втянул вас в эту путаницу. Или следовало бы сказать: вернул вас в нее.

– Они были близнецами, Шейн и Шейна? – спросила я, заранее зная ответ.

– Похожи, как две горошины в стручке, – легкомысленно ответил Хью. – Новое воплощение оригиналов, или всех нас заставил поверить в это дед.

– А что с их матерью?

– Умерла, когда они были младенцами, – ответил Хью. – Старинная легенда с точностью повторилась. Дед не желал воспринимать это иначе. Шейну было всего три недели, когда умерла его мать.

– Шейне тоже, – напомнила я.

– Конечно.

– Я всегда считала цифру 3 магическим числом.

– Вы так же суеверны, как Трула, которая играет роль ведьмы в этом доме, – произнес Хью, когда мы уже входили в столовую, так что Трула, сидевшая за столом, могла слышать его последние слова.